Темный ратник. Факультет. Том 1

Эпизод 25

 

 

Я опешил, но ничего не успел сказать.
— Не нужно напрягаться, Киро. — Люче чуть поёрзала на мне, устраиваясь удобнее и приближая лицо к моему лицу. — Чем больше ты будешь нервничать, тем хуже будешь видеть то, что я тебе покажу.
Я всё равно напрягался.
Причин для этого имелось предостаточно.
Как минимум, надо было сказать девчонке, что во мне бултыхается не только приличное количество амброзии, но и сироп Майло с «эффектом любви».
Отрава Зельевара действовала уже не так сильно, но всё же действовала, и я это ощущал: на мне сидела красивая девушка, и мой организм однозначно на неё реагировал.
— Это нам не помешает, — сказала Люче, сразу почувствовав всю неловкость ситуации. — Прежде чем ты будешь вспоминать прошлое настоящего Киро Нобу, я покажу тебе то, ради чего Альмагор просит тебя сражаться. Ты должен это увидеть.
Люче провела пальцами по моему лбу.
— Это будет не больно. Я медиум, можешь мне довериться. Таких, как я, очень немного, всего несколько человек во всём Атласе. Я нахожусь вне уровней и рангов, с врождённой высшей способностью. Так же, как, например, маг-джадуг имеет врождённую способность к заклинательству. Это ещё более редкие создания. Такие, как наш Фонтей.
Девушка убрала ладонь и положила мне её на грудь.
— Я буду контролировать твоё сердцебиение, но ты должен смотреть мне только в глаза.
Я нервно кашлянул.
— Попробую.
— Не надо пробовать. Просто смотри.
Я уставился в синие глаза Люче. В темени лавки они будто озарились светом.
Сначала я не увидел ничего необычного, кроме яркого цвета радужной оболочки, но чем дольше смотрел, тем больше мне казалось, что её глаза становятся всё больше, что чёрные зрачки расширяются и пульсируют… пульсируют в такт моему сердцу.
Не знаю, как так вышло, но картина перед моими глазами поменялась.
Люче уже не было рядом, а я не сидел в кресле и не испытывал чувство неловкости. Я будто отлетел в космос, в вакуум, и замер над неизвестной планетой.
Это была не Земля.
Да, она была похожа на Землю, но всё же не она. Голубая планета в пелене серо-сиреневых облаков и воронках ураганов. Континенты располагались совсем иначе.
Моим глазам предстали три материка.
Один севернее экватора; второй, через пролив — южнее, а третий чуть в стороне, на востоке. Всё остальное занимали моря и океаны, среди которых пестрели острова: средние и мелкие, в основном архипелаги и длинные гряды, но попадались и крупные одиночные.
Картина сменилась, и вот я уже приблизился к материкам, увидев их подробно. Я будто пронёсся над ними на самолёте.
Острые снежные горы, реки в туманах, озёра, болота, пастбища, леса и луга, города и мелкие поселения, фермы и промышленные зоны.
У морских берегов кое-где стояли крупные заграждения. Похоже, так защищали прибрежные зоны от цунами и ураганов.
— Так мы жили, — услышал я далёкий голос Люче. — А так живём сейчас.
Картина снова сменилась.
Северный континент почти полностью поменял цвет. Исчезли многие поля, пастбища и фермы, промышленные зоны замерли в разрухе, не все, но многие. Как и города, превратившиеся в развалины. Исчезли деревни, исчезли мелкие города.
Я узнал этот континент — именно его показывал на лекции профессор Спиро, именно на нём находилась умирающая империя Атлас, а через пролив, на южном материке, соседствовал почти павший Юбрион. Видимо, ещё южнее находилась третья страна Содружества. Остальных уже не существовало.
И если до этого на южном материке я видел крупные города между лугами и зонами джунглей, то сейчас остались только джунгли и обвитые лианами останки поселений, их почти скрыла буйная растительность.
Всё, что напоминало о былом величии — лишь крупные стены на берегах. Их никто не разрушил, потому что они были нужны всем, не зависимо от того, кто занял эти территории.
— Ураганов стало больше. — Мягкий голос Люче снова вторгся в моё сознание. — Многие территории стали непригодны для жилья, особенно на Востоке.
Меня резко качнуло в сторону.
Я увидел восточный континент и, глядя на него, понял, что ни о каких городах, промышленности и земледелии речи уже не идёт. Ураганы смели всё, что там было, оставив после себя только руины и болота. Жизни там не осталось.
— Это Ледан. Там процветали те самые расы, которых мы теперь именуем тёмными отбросами, — сказала Люче. — Раньше мы их так не называли, мы успешно торговали с ними. Пушнина и ткани, многие древесные смолы, приправы, уникальные технологии по обработке кожи, дерева и камня пришли оттуда. Они же покупали у нас изделия из маг-металла, пламенные золы, яды, сухие напитки, мясо домашних животных.
Оглядев безжизненный материк, уничтоженный ураганами, мой взгляд переместился на архипелаг, чуть западнее.
— Острова Паоло, — продолжила Люче. — Именно там нашли спасение многие из тёмных отбросов. Они уничтожили местное население и заселили острова. Только этой территории им не хватило, и они продолжили завоевания. Их путь лежал на наш материк и наших соседей, которые тоже пострадали от ураганов. Это их и сгубило. Та страна называлась Кронод. Теперь её нет. Тёмные отбросы отныне называют эту территорию Новый Ледан. У них появился молодой и амбициозный лидер, которому мало того, что они себе отвоевали, ведь есть земли более безопасные, более щедрые. Это земли Атласа. На северном материке остались только мы и они. Атлас сражается и пока ещё держится, но рискует не выдержать очередного урагана и натиска Нового Ледана. Забыты старые договорённости, забыты торговые связи. Осталась только борьба за территории. Когда-то у нас был флот, но он сгинул в ураганах. Всё наше прошлое сгинуло в ураганах.
Меня снова швырнуло в космос, и опять перед глазами возникла планета.
Голос Люче проник в голову.
— Здесь все рождаются с меткой райфу. Единственное, что нас отличает, это цвет метки. У магов она красная, у тёмных отбросов — чёрная. Чёрная слабее, зато численно магов меньше и они погибают под натиском более крупной армии. Большинство магов Атласа развиты только до первой и второй высоты, и лишь в таких школах, как Трон-Стронг, они имеют возможность развиться выше. Те, кто успел получить более третьей высоты, занимают в армии генерала Лавана высокие посты, но этого мало. Солдаты не подготовлены и слабы как маги.
Передо мной возникла картина с величественным замком Трон-Стронг, захлопали его красные флаги.
Показав мне школу, Люче продолжала свой рассказ.
— Тёмные отбросы намеренно уничтожили все школы в период урагана и мародёрства. Благодаря защите Альмагора осталась только одна школа, но и та на грани исчезновения. Есть риск, что правительство изберёт другую тактику, сделав ставку на пламенные золы. Бросит все деньги на их производство, а не на развитие природной силы магов. Не спорю, пламенные золы эффективны, я сама ими пользуюсь, когда заряжаю свой арбалет, и всегда ношу заряды с собой вместе с оружием, но пользуюсь ими лишь в малых количествах. Иначе мы выжжем собственные земли, которые и без того потрёпаны ураганами.
Люче рассказала мне, как действуют пламенные золы.
Они напоминали порох, только пламенные золы активировали за счёт энергии райфу. Чем больше силы райфу у мага, тем больше сила взрыва снаряда с золой.
Последнее, что показала мне сестра директора — это Каскады.
Я до сих пор не понимал, что это такое. Все о них говорили, но никто мне так нормально и не пояснил, где они находятся, и кто ими управляет.
Передо мной появилась необычная картина.
Каменистый берег. Бьются морские волны, взрываются брызгами. На камнях стоят три существа в белых светящихся одеждах. Из-за мерцанья не разглядеть их лиц — женщины это или мужчины, а может, бесполые существа.
— Мы называем их Творцы, — сказала Люче. — Сами себя они никак не называют. Они владеют Каскадами, пограничьем между высшим миром духом и миром живых. Только они могут разрешить перенос духа в ту или иную сторону. Мы считаем, что Творцы — полубоги. Они являются только когда им самим это нужно. Обычно они держат нейтралитет, но им не всё равно, что происходит в нашем мире.
Перед моими глазами Творцы растворились в воздухе. Остался лишь скалистый морской берег и брызги.
Голос Люче тем временем продолжал:
— Никто не знает, как Альмагору удалось договориться с ними о поставках ратников. Он сделал это после последнего урагана, когда в Атласе уцелела только одна школа. Раньше Каскады отправляли ратников лишь в единичных случаях. Но теперь маги ищут способы эффективной защиты, и возвышение ратников — один из долгосрочных экспериментов. Но времени остаётся всё меньше. Император недоволен и уже сомневается. Народ недоволен. Тёмные отбросы планируют новую атаку на границы, а теперь ещё и в школу проник отряд полумагов. Если Альмагор потеряет доверие Каскад, то всё рухнет. Никакая пламенная зола нас уже не спасёт. Нас может спасти только чудо. И мы сами… мы сами. Помоги нам, Бейт.
Она назвала моё настоящее имя, и меня тут же бросило в дрожь.
Порой я ловил себя на мысли, что начинаю его забывать, что я привыкаю быть Киро Нобу, парнем в магических доспехах и с шикарной напарницей.
Картины исчезли. Передо мной снова появилось красивое лицо Люче в обрамлении локонов красных волос, её синие глаза.
Ещё с полминуты мы смотрели друг на друга. Я приходил в себя, а Люче сидела на мне и внимательно наблюдала за моей реакцией.
Она просила меня помочь спасти их погибающий мир. Не просто отбить школу, как требовал директор, а спасти нечто большее…
— Но что я могу? — прошептал я, глядя ей в глаза.
Люче улыбнулась.
— Ты можешь больше, чем думаешь. — Её пальцы снова коснулись моего лба. — А теперь вспомни, что задумал настоящий Киро Нобу. Погрузись в своё сознание точно так же, как только что погружался в моё. Возможно, именно эти воспоминания спасут нас от гибели.
Девушка принялась расстёгивать мне жилет, потом — рубашку.
Я молчал и ждал, что будет дальше. Ладонь Люче юркнула меж расстёгнутых половин рубашки и легла на мою голую грудь. Прохладные пальцы погладили кожу.
— Так я лучше проконтролирую твоё сердцебиение, — пояснила девушка шёпотом. — По мере того, как ты будешь вспоминать, я буду увеличивать скорость пульса. А теперь закрой глаза. Никто, кроме тебя, не владеет той информацией, которой владеешь ты.
Я кивнул и прикрыл глаза.
Это было странное ощущение.
Меня оседлала сестра директора Стронга, я развалился в кресле посреди непонятной лавки со склянками, вокруг царили темнота и тишина. Лишь ровное дыхание девушки и её ладонь на груди успокаивали мой разум, но я всё равно никак не мог сосредоточиться.
— Киро, ты на кого-то смотришь… я знаю, ты на кого-то смотришь… — прошептала Люче. — Ты кого-то видишь… его лицо… опиши его…
Лицо?.. Какое лицо?
Не открывая глаз, я нахмурился.
— Никого я не вижу.
— Видишь.
— Не вижу…
— Сосредоточься и посмотри лучше.
— Да не вижу… нет.
И тут я понял: вижу. Действительно вижу. И не только вижу, но и ощущаю себя другим человеком…
* * *
…Я младший из рода Нобу, но скоро моё совершеннолетие, и я смогу выйти из-под опеки семьи.
На меня смотрит человек… хотя нет. Не человек.
Это полумаг, и я его знаю. Точно знаю его имя и то, откуда он пришёл. Мы знакомы уже полгода, я приметил его в развалинах в пригороде Диона, но не сдал солдатам, а продолжил наблюдение.
Наивный.
Я думал, что это я наблюдаю за ним. Оказалось, это он наблюдал за мной: полумаг выдал себя намеренно и ждал моей реакции, и если бы она оказалась не той, какая ему нужна, то он бы меня просто убрал.
Только я всё ещё жив. Его отряд искал союзника из отверженных магов, и я им идеально подошёл.
Этот полумаг мне не друг, но и врагом я его не считаю. Он тот, за кем бы я хотел следовать. Сильный лидер, хитрый и терпеливый воин. Он умеет ждать, он охотник, следопыт, он тень и кинжал, ему ничего не стоит загнать врага, обессилить его, навести на ложный след и ударить со спины.
Это он.
Пилигрим Керк.
Высокий лысый мужчина в халате, со шрамом в носогубной складке. Наверняка порвали в драке. Когда он открывает рот, то я не могу оторвать взгляда от его зубов, треугольных, будто заточенных напильником.
И именно сейчас он говорит со мной.
Голос грубый, отрывистый, тон холодный. Полумаг тоже не считает меня другом, я это понимаю, но мне ничего не остаётся, как поверить ему.
Хуже уже не будет, потому что я и так предал свою страну, предал семью и свой неполноценный род. С другой стороны, что эта страна дала моему роду? Ничего. Только презрение.
Ненависть съедает меня, я чувствую её каждой клеткой своего тела. Мой слабохарактерный отец готов смириться с забвением рода и отсутствием достойной работы, моя мать готова молчать о своих горестях и нищете, мои братья и сёстры готовы преклоняться перед полноценными магами и не просить большего, но только не я.
Нет, только не я.
Мой путь — величие. Мой путь — война за достойное существование.
Слишком много я отдал, чтобы заработать доверие полумагов. Проще склонить к доверию камень у дороги, чем полумагов. Но у меня получилось. Они доверили мне свой план. Не весь, конечно, а лишь часть плана, но и это уже многого стоит.
Они научили меня навыку маскировки, и пусть это далеко не высший уровень, но всё же. Они приняли меня в свои ряды, хоть я и чужой. Я добыл для них списки всех, кто придёт на экзамен, чтобы они изучили их подноготную.
Да, я знал, что тех ребят убьют. Знал, и мне было всё равно на этих выскочек, детей аристократов. Они уже пожили в своё удовольствие с самого младенчества. Пусть дадут пожить другим.
— Пойдёшь первым, — говорит мне полумаг, а я продолжаю смотреть на его треугольные зубы. — За тобой ещё четверо.
— А ты? — спрашиваю я.
— Я приду с другим пропуском. Мне поможет союзник. На арене нужно будет кое-что проверить, подготовить, отвлечь комиссию и убрать хвосты.
Он вдруг передёргивается всем телом, будто поёживается, его глаза становятся совсем чёрными, белые зрачки проваливаются в бездну. Он запрокидывает голову, та трясётся мелкой дрожью, пальцы оттопыриваются и скрючиваются, будто в судороге.
Это жутко, но я знаю, что он делает.
Он применяет псевдо-образ.
Его тело приспосабливается к смене и созданию иллюзии. Маскировка без пожирания тела жертвы, а лишь по памяти и прикосновению, отнимает много энергии райфу, но Пилигрим невероятно силён.
Через пару минут он выглядит совсем иначе.
Теперь это высокий мужчина с ёжиком белых волос и шрамом во всю щёку. И он явно не человек.
— Это ратник Кезарий, — говориит Пилигрим. — Его уважают и боятся остальные ратники. Ему никто не станет перечить или оказывать сопротивление. Если он прикажет снять броню, то любой ратник, даже высокоранговый, исполнит приказ беспрекословно. Кезарий — идеальный убийца. Именно он уничтожит всех ратников школы. Одного за другим, начиная с арены.
Пилигрим скидывает халат и остаётся в одежде ратника, но я знаю, что теперь он стоит здесь, в чём мать родила. Мне тоже придётся голым проходить на арену. От этой мысли до сих пор становится не по себе.
Пилигрим смотрит на меня требовательно и холодно.
— Если увидите меня в этом образе на арене, никак не реагируйте, но постарайтесь увести других студентов. Тебя же, Киро, я попрошу прийти пораньше и дождаться меня. Надо будет решить, что с тобой делать.
Он долго-долго смотрит на меня, и что-то в его глазах мне не нравится. В них таится смерть…
Пилигрим наконец отворачивается и наклоняется, чтобы подобрать свой халат, потом вынимает из кармана стопку открыток-портретов с именами экзаменуемых (это я ему их принёс).
Командира сразу окружают ещё четыре полумага.
Такие же лысые, невзрачные, но сильные.
Пилигрим внимательно просматривает все портреты, читает имена. Полумаги уже изучили биографии всех двадцати парней и девушек из двух фрактатов Армдор и Сольвейг, но пора выбрать тех, чьи жизни нужно будет исследовать особенно тщательно, узнать их привычки, их пристрастия и страхи — всё, что можно узнать. Ведь именно этими людьми полумаги будут притворяться в школе.
Пилигрим отбирает пятерых и раздаёт карточки каждому из собратьев. Одну оставляет себе.
Я чувствую, как пульс начинает убыстряться… слышу настойчивый голос Люче:
— Что это за портреты? Посмотри! Посмотри, Киро! Посмотри на них немедленно!
Меня вышибает из воспоминания.
Я пытаюсь открыть глаза, но у меня не получается. Веки болят, они будто срослись, слиплись, я будто ослеп. А ещё я чувствую, как сильно Люче сжимает меня бёдрами, как её ладонь давит мне на грудь, как пульс зашкаливает.
— Посмотри на них! — От жуткого голоса Люче по черепу разносится эхо. — Посмотри!!
Вот теперь Люче делает мне больно.
Кости по всему телу снова ноют и трещат, голову давит тисками, как при прошлом допросе… адская слепящая боль…
— Посмотри! Пока не посмотришь, я не позволю тебе открыть глаза! Посмотри! У нас нет времени на второй сеанс! Нужно, чтобы ты увидел их сейчас! Посмотри!!
Голос Люче становится грубым и требовательным.
Я делаю над собой чудовищное усилие и смотрю. Сам не знаю, куда смотрю, но смотрю.
И вот опять вижу Пилигрима и его команду.
Пилигрим забирает у сородичей портреты и подаёт их мне.
— Подготовь по ним всё, что сможешь достать.
Мои ладони потеют, когда я беру стопку из четырёх карточек…

 

Назад: Эпизод 24
Дальше: Эпизод 26
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий