О христианском браке и обязанностях мужа и жены

Глава 1

Начало христианского брака восходит к первым дням человеческого бытия. Об установлении его мы читаем на первых страницах Библии. В самом установлении его заключается величайшая тайна самораскрытия Божества. Человек, как венец творения, создан по образу и подобию Божию, и этот-то образ Божий, восходя в подобие Божие, должен был раскрываться через человека путем размножения его посредством брака. Таким образом, цель создания всего — человек, через которого должна раскрыться слава Божия во всей полноте. Само собой понятно, что вечная слава Божия может раскрываться только в разумно-сознательном и свободном существе, каковым является человек на земле. А потому умножение людей есть расширение той области, где раскрывается слава Божия, проще сказать: умножение людей есть умножение славы Божией. Отсюда вся идея творчества Божьего, в котором открывается слава Божия, сконцентрирована в человеке и осуществляется через человека. Каким образом?

Созданный в заключение всего, человек уполномочен Самим Богом продолжать дело Божественного творчества, путем размножения человеческого рода по тому самому образцу, который дан в первом человеке. Для того чтобы этот творческий акт продолжил человек, Бог дает ему жену и устанавливает брак. Когда Господь, создав жену, «привел ее к человеку», тот сказал: Вот это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа своего. А потому, — определяет Бог, — оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей, и будут два одна плоть (Быт. 1, 27; 2, 22–24).

Великая тайна: жена взята от мужа и дана мужу. Один человек как бы раскололся на две половины, и эти половины опять составили одного человека. Из единства — опять единство!

Действительно, по самой основной идее установления брака ясно, что в брачной любви может участвовать только одна жена, как вторая половина человека. Жена от мужа взята и мужу дана. Если бы для мужа требовались две, три жены, тогда все они были бы взяты от мужа и даны ему. И равновесие между мужским и женским элементом нарушилось бы: один против двух-трех жен и т. д. Ошибка современных мыслителей в том именно состоит, что они брачную любовь смешивают с общехристианской любовью. Последняя может обнимать собой весь мир, как это мы видим в примере ап. Павла, пророков и всех праведников. Но брачная любовь — специальная любовь и по самой природе своей может концентрироваться на одном только лице. Связующим звеном этой любви являются дети, любовь к которым носит также особый, специфический характер.

Итак, Бог закончил акт творения; но человек назначен продолжать его. И это продолжение творческого акта человеком осуществляется через брак. Он является теперь источником творения новых людей, которые становятся причастными Божеству и призваны к вечной славе Божией, которая в них и через них должна раскрываться в вечности. Брак дает бытие новым существам, которые предназначены Самим Богом к вечному блаженству, через что открывается безконечная благость и любовь Божия. Не будь брака, не было бы продолжения и размножения человеческого рода; а без этого и благость Божия ограничилась бы пределами одного человека.

Таким образом, тайна брака есть тайна Царства Божия на земле. Св. Иоанн Златоуст, в пояснение слов апостола тайна сия велика (Ефес. 5, 32), говорит: «Истинно эта тайна, и тайна великая, ибо муж, оставив отца, который его родил, воспитал, и мать, которая рождала его в болезни, оставив обоих, с которыми жил вместе и свыкся, прилепляется к той, которую не видел, и предпочитает ее всем».

Через брак Царство Божие расширяется, растет и укрепляется в людях путем семейного воспитания. Члены этого Царства умножаются благодаря установлению брака. Но это осуществляется только в христианском браке через сохранение брачного целомудрия и чистоты. Св. Кирилл Иерусалимский об этом говорит: «Да пребудут в благой надежде брачные, кои живут как должно в браке по закону, а не по любострастию, следуя необузданной воле; кои знают время воздержания, дабы свободно заняться молитвой; кои в церковных собраниях с чистыми одеждами имеют и чистые тела; кои вступили в брак для деторождения, а не по любострастию».

Итак, христианский брак для деторождения, с целью умножения через то членов Царства Божия. А с умножением членов умножается и слава Божия через свое раскрытие в людях. Но эта слава Божия раскрывается в добродетельной жизни супругов, являющейся результатом таинства брака. Св. Иоанн Златоуст, восставая против срамных песен и празднований, бывающих обыкновенно при браках, говорит: «Зачем безчестить всенародно честное таинство брака? Все это надобно отвергнуть и учить дочь стыдливости с самого начала, и позвать священников, и через молитвы и благословения заключить союз супружества, чтобы умножалась любовь жениха и сохранялось целомудрие невесты, а всего более, чтобы в дом тот вошли дела добродетели и изгнаны были из него все коварства дьявола, и чтобы они (супруги), соединенные благодатью Божией, провождали жизнь приятную».

Такие же условия для христианского брака выставляет и Климент Александрийский. «Брак, — говорит он, — должно сохранять от всего оскверняющего, как священный предмет».

Итак, установление брака, заканчивая акт временного (шестидневного) творчества Божия, начинает собой вечное творение в раскрытии вечной славы Божией. Сотворив мужчину и женщину по образу своему, Бог благословил их и сказал: Плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею и владычествуйте над рыбами морскими (и над зверями) и над птицами небесными (и над всяким скотом, и над всею землею), и над всяким животным, пресмыкающимся по земле (Быт. 1, 27–28).

Мы видим, прежде всего, что брак есть установление Самого Бога, а потому он есть таинство, и как учреждение Божие — каков христианский брак — он отличается от гражданского брака, как учреждения человеческого. Против последнего св. Игнатий Богоносец пишет: «Подобает женящимся и выходящим замуж, чтобы союз их совершался по благословению Епископа, да будет брак о Господе, а не по вожделению». А о превосходстве церкового брака перед гражданским говорит Тертуллиан: «Как я могу описать счастье моего брака, который церковь утверждает, жертва скрепляет, благословение запечатлевает, ангелы возвещают, Отец утверждает».

Затем мы видим, что Творец, создав землю, передает свою власть над ней человеку. Но эта власть осуществляется, реализуется человеком только через брак. Это видно уже из того, что власть над природой передается человеку по установлении брака, под условием размножения людей. Без брака невозможно ни размножение человеческого рода, ни господство человека над природой. Единичными силами человек не может ни развиваться, ни утверждать своего господства над природой. Культура человеческая, в широком смысле слова, обусловливается браком. Только в семье и для семьи человек работает, развивается, изучает природу, чтобы укрепить свою власть и господство над ней и заставить ее служить себе.

Никто не станет оспаривать, что полнота и стройность человеческого развития и жизни осуществляется только в семье. Св. Иоанн Златоуст об этом говорит так: «Бог разделил деятельность нашей жизни на занятия двоякого рода: общественные и домашние: жене вверил управление домом, а мужьям предоставил все гражданские дела, производимые на торжище, в судилищах, на советах, на войне, и другие подобные. Если жена не может бросать копья, метать стрелы, зато умеет управлять веретеном, ткать полотно и с успехом производить другие подобные дела домашние.

Не может давать мнения в совете, зато может давать голос дома, и часто, когда муж советует что касательно дома, оказывается, что совет жены гораздо превосходнее. Не может она заведовать народной казной, зато может воспитывать детей, может замечать худые намерения служанок, наблюдать за честным поведением слуг, освобождая мужа от всех сих безпокойств, сама заботясь в доме о кладовых, о рукоделиях, о приготовлении пищи, о приличии одежды и о всем другом, чем непристойно заниматься мужу, да и нелегко, хотя бы он тысячу раз принимался за это. Ибо и это есть дело попечительности и премудрости Божией, что способнейший к важнейшим делам менее способен и полезен в делах не столь важных, дабы тем более была ощутительна нужда в жене. Если бы Бог сделал мужа способным к занятиям обоего рода, то женский пол легко бы мог прийти в презрение. Опять, когда бы Он препоручил жене большую и важнейшую часть, тогда бы жены сверх меры исполнились гордости».

Златоуст очерчивает здесь круг занятий не женщины вообще, а жены, обремененной семейством. Она выставляется душой семьи и центром всего семейного очага, так что муж является элементом, как бы отвне прилепившимся к ней.

Справедливость требует сказать, что недалеко двинулась бы вперед и культура человечества, если бы каждый мужчина, прежде чем заняться разработкой во просов науки и жизни, вынужден был исполнить все женские работы по хозяйству для себя и семьи.

В истории сотворения первых людей и установления брака мы отметим еще одну особенность: жизнь человеческая началась собственно с момента создания первой женщины. Это мы видим из имени ее, какое дал ей Адам: И нарек Адам имя жене своей Ева (что значит жизнь), ибо она стала матерью всех живущих (Быт. 3, 20). А потому каждый человек, как бы он презрительно ни смотрел на женщину, не должен забывать того, что он обязан своим бытием женщине-матери. Без жены нет жизни. В этом ее недосягаемая высота и преимущество перед мужем. В этом и ее неизмеримое значение в истории распространения Царства Божия на земле.

Основа брака лежит в самой природе человека, по премудрому устроению ее Творцом. Первый человек, когда увидал первую жену, созданную для него Творцом, сказал: Вот, это кость от костей моих и плоть от плоти моей; она будет называться женою, ибо взята от мужа своего (Быт. 2, 23). Отсюда естественное влечение мужа к жене, которая является второй половиной человека, так что без жены человек не есть человек, а только получеловек. И эта истина выражается в следующих словах Писания, раскрывающих определение Самого Бога: Потому оставит человек отца своего и мать свою и прилепится к жене своей (а не жена к мужу своему: ясно, что основа брака и центр семьи — жена, а не муж); и будут два одною плотию (Быт. 2, 24). Знаменательно, что этот закон об установлении брака, раскрывающий самую сущность брака, повторен Самим Христом (Мф. 19, 5; Мк. 10, 8) и апостолом Павлом (Еф. 5, 31).

Само собой понятно, что только две половины составляют единство целого человека. Но если между этими двумя половинами появляется третий член, то единство целого раскалывается, так как целое составляется из двух половин, а не из трех.

Есть ходячее мнение в обществе, что мужчина может одинаково любить двух — трех и более женщин. И так как в основе брака лежит любовь, то он и обязан разделять брачное ложе со всеми, кого любит. Но это ложь, и христианский брак не допускает побочного сожительства при жене. В ответ на это скажем словами ап. Павла и св. Иоанна Златоуста.

О состоящих в христианском браке ап. Павел говорит: Жена не властна над своим телом, но муж; равно и муж не властен над своим телом, но жена. Не уклоняйтесь друг от друга, разве по согласию, на время, для упражнения в посте и молитве, а потом опять будьте вместе, чтобы не искушал вас сатана невоздержанием вашим (1 Кор. 7, 4–5).

Ясно, что мужчина, вступая в брак, отдает свое тело в распоряжение своей жены, а равно и жена отдает себя в распоряжение мужа. Отсюда ни тот, ни другая не имеют права распорядиться своим телом, принадлежащим другому лицу, с которым он составляет единое, неделимое. Но совокупляющийся с (третьим лицом) блудницей (при жене всякая женщина в подобных обстоятельствах является блудницей) становится одно тело с ней, ибо сказано: два будут одна плоть (1 Кор. 6, 16; Быт. 2, 24).

Таким образом, муж, отдающий другим свое тело, которым владеет исключительно только одна его жена, и составляющий с ними во внебрачном сожительстве одно тело, по слову апостола, перестает быть мужем своей жены. В нем нет настоящей любви к своей жене, которую (любовь) требует от него Евангельский закон. При истинно христианской любви к жене немыслимо постороннее сожительство с другими женщинами.

Мысли ап. Павла о недопустимости нарушения супружеской верности в христианском браке продолжает развивать и св. Иоанн Златоуст. «Чем извинится муж, нарушающий верность к своей супруге? — спрашивает он. — Не говори мне о страсти природы, потому и установлен брак, чтобы ты не преступал границ. Ибо Бог, промышляя о твоем спокойствии и чести, для того и дал тебе жену, чтобы ты удовлетворял разжжению природы через свою супругу и освободился от всякой похоти. А ты неблагодарной душой наносишь Ему безчестие, отвергаешь всякий стыд, преступаешь назначенные тебе границы, безчестишь свою собственную славу. Зачем обращаешь взоры на чужую красоту? Зачем рассматриваешь лицо, не принадлежащее тебе? Зачем нарушаешь брак — безчестишь свое ложе? Не затем пришла к тебе жена, оставив отца и мать и весь дом, чтобы терпеть от тебя безчестие, чтобы ты предпочитал ей гнусную рабыню, возбуждал безчисленные распри. Ты взял сопутницу в жизни, равную в чести, свободную. Не безрассудно ли, что ты, взяв приданое, бережешь его и не расточаешь, а между тем повреждаешь и оскверняешь то, что драгоценнее приданого — чистоту, целомудрие и твое тело, принадлежащее жене».

Христианский брак в самом принципе не допускает внебрачного сожительства при жене. Об этом ясно говорит молитва, читаемая при возложении венцов на брачующихся:

«Ты, Господи, ниспосли руку Твою от святаго жилища Твоего и сочетай рабу Твою и раба Твоего и сопрязи я в единомудрии, венчай я в плоть едину, яже благоволил еси сочетоватися друг другу, честный их брак покажи, нескверное их ложе соблюди, непорочное их сожительство пребывати благоволи».

Назад: Предисловие
Дальше: Глава 2
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий