О христианском браке и обязанностях мужа и жены

Глава 10

При общей нравственной распущенности, при легкости развода такой взгляд на нерасторжимость брака представляется странным и ужасным. Сами апостолы испугались слов Иисуса и сказали Ему: Если такова обязанность человека к жене, то лучше не жениться. Очевидно, они имели в виду не только строптивость некоторых жен, о которых сказал древний мудрец еврейский, что лучше со змеей жить, чем с женой строптивой, но и законные поводы к обязательному расторжению брака, вроде болезни, неспособности к брачной жизни и чадородию.

На это ответил им Иисус, указав все случаи, где брак невозможен. Не все вмещают слово сие (т. е. лучше не жениться), но кому дано. Ибо есть скопцы, которые из чрева материнского родились так, т. е. неспособными к брачной жизни, и потому, если бы брак случайно состоялся, он не брак, потому что он не осуществляет самой основной идеи брака; и есть скопцы, которые оскоплены от людей и потому не могут даже вступать в брак; и есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного «δι δήν βαςιλιαν τώ ουρανών». К числу таковых относятся все те, которые сами отреклись от семейной жизни для высшего служения, по слову Христа: Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня, и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, не достоин Меня (Мф. 10, 37). Эти лица, объятые пламенем любви Христовой, все земное считают за нищету (Флп. 3, 7–8). Ради Христа они считают все за сор (ст. 8). Вкусив сладость «Царства Небесного», которое они уже носят внутри себя (Лк. 17, 21), они отрекаются от семейной жизни, чтобы безпрепятственно и свободно служить Царству Небесному, распространять его на земле и делать сынов погибельных членами его. Хотя брак, как мы уже сказали, и содействует умножению членов этого Царства путем естественного рождения и нравственного воспитания своих детей, но они не удовлетворяются узкими границами такого расширения Царства Божия через брачную жизнь. Брак, как бы ни был идеален, все-таки привязывает к земле и земному. Неженатый (т. е. отрекшийся от семейной жизни), или, по словам Христа, сделавший себя скопцом для Царства Небесного (с греч. — по причине Царства Небесного), заботится о Господнем, как угодить Господу; а женатый заботится о мирском, как угодить жене. А равно, незамужняя заботится о Господнем, как угодить Господу, чтобы быть святой и телом и духом, а замужняя заботится о мирском, как угодить мужу (1 Кор. 7, 32–34).

Такими высокими примерами духовного «самооскопления по причине и для Царства Небесного» являются для нас Иоанн Креститель, апостол Иоанн Богослов и апостол Павел (1 Кор. 7, 7), которые, как носители в себе Царства Божьего, всецело посвятили себя на служение Христу, для распространения и утверждения Его Царства. В их деятельности, в их отречении от брачных уз причина сливается с целью: Царство Небесное, носителями которого они состоят, вызвало их на служение тому же Царству Небесному. Небесный огонь этого Царства, который горит во всем их существе, влечет их согреть и воспламенить этим огнем и других. А потому действующая в них причина является и конечной целью всей их деятельности до необъятных границ. И от семейной жизни они отрекаются не для личного спасения, которое возможно во всяком состоянии, а для спасения других, которые становятся их сынами по своему духовному возрождению, как сказал ап. Павел о коринфянах и Филимоне: Я родил вас во Христе Иисусе благовествованием.

Вот к ним-то и подобным им и относятся слова Господа: И есть скопцы, которые сделали сами себя скопцами для Царства Небесного. Кто может вместить (слово, что лучше не жениться), да вместит (Мф. 19, 10–12).

Само собой понятно, что под «самооскоплением», о котором говорит Христос, разумеется духовное самооскопление, а не физическое уродование своего тела, иначе сказать свободное и полное отречение от семейной жизни, а не насильственное и принудительное лишение себя способности к брачной жизни. Здесь имеется в виду добровольное отречение от радостей семейной жизни во все дни своей жизни, при полной возможности пользоваться таким благом, а не разовое отсечение на всю жизнь самой возможности к брачной жизни под влиянием аффекта минуты. Там полная свобода борьбы с плотью ради высших целей, а здесь — угнетенное состояние духа, переходящее в озлобление против себя и всего мира вследствие вынужденной невозможности пользоваться естественными благами мира.

 

В.Л. Дуров (основатель цирковой династии) с женой Анной Игнатьевной, гувернанткой, няней и дочерью. 1900-е гг.

«Московский журнал». 2004, № 2

 

Такой именно смысл слов Христа. Что Он разумеет духовное самооскопление, вытекает из самого контекста Его речи. Ученики заявили Христу, что лучше не жениться, и на это ответил Христос: Не все вмещают слово сие, но кому дано, и затем, перечислив случаи безбрачия, повторяет то же слово: кто может вместить, да вместит. Что? Слово апостолов, что лучше не жениться. Само собой понятно, что апостолы своим заявлением не выражали мысли, что «лучше оскопить себя, чтобы избавиться от жены». Это понятно каждому, как понимали апостолы свое заявление. И Христос в ответ на это не без причины повторяет свою мысль два раза: до перечисления и по перечислении случаев безбрачия. Для чего нужно было Ему повторять Свою мысль? Для того, чтобы не извратили ее, как извращают теперь сектанты. Смысл слов Христа в 11 ст. ясен и понятен каждому. И чтобы не изменили его после того, как Он сказал о скопцах, Он снова повторяет Свое изречение, чтобы понимали его так, как оно высказано и вначале.

Затем духовное оскопление, когда человек в своем сердце окончательно подавил всякое желание и стремление к брачной жизни, не нуждается в физическом уродовании своего тела. Последнее при указанных условиях оказывается излишним, ненужным, а без духовного самооскопления — нецелесообразным, потому что оно не спасает человека от всяких похотливых пожеланий, а, наоборот, еще более разжигает их, за физической невозможностью удовлетворения их. Без внутреннего подавления страсти физическая невозможность удовлетворения ее вызывает целый ад в душе, полный отчаяния, проклятий, озлобления и ненависти, и само собой понятно: такой ад не спасает человека, а губит его! И этот ад сам же человек вызывает и развивает в себе насильственным изуродованием себя и, что всего печальнее, без всякой нужды и без всякой разумной пользы, а скорее — на погибель.

В пояснение своих слов мы укажем на ап. Павла. Он наглядно представляет нам справедливость сказанного в лице двух вдовиц, не вступивших во второй раз в брачную жизнь:

Истинная вдовица и одинокая, — говорит он, — надеется на Бога, и пребывает в молениях и молитвах день и ночь, а сластолюбивая заживо умерла (1 Тим. 5, 5–6). И это понятно, почему. Раз она не искоренила в своем сердце сластолюбивых чувств, то безбрачие ведет ее к погибели. Все хорошее и дурное заключается в сердце человека (Мф. 12, 35). Из сердца исходят злые помыслы… прелюбодеяния, любодеяния и т. д. (Мф. 15, 19). Всякое нечистое и похотливое пожелание зарождается в сердце; там грех свивает свое гнездо. А члены тела — это только орудия греха, с уничтожением которых грех остается в сердце с большей силой и напряженностью, а с уничтожением греха в сердце, орудия греха, т. е. органы тела, бездействуют. Эту мысль Христос ясно и положительно выразил в Своей Нагорной проповеди. Я говорю вам, — слышим из уст Его, — что всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, уже прелюбодействовал в сердце своем (Мф. 5, 28). Ясно, что грех — в сердце, даже без внешнего акта проявления его самым делом, фактически!

Таким образом, духовное самооскопление, т. е. полное отречение от семейной жизни, без всякого физического уродования себя, является высшим подвигом для Царства Небесного в том только случае, когда человек вырвал из сердца своего всякое желание и стремление к брачной жизни, когда высшие интересы его служения Царству Небесному подавили в нем низшие интересы его жизни, когда он свободно и всецело может вместить слово апостолов — лучше не жениться. В противном же случае он должен последовать совету ап. Павла:

Желаю, чтобы все люди были, как и я; но каждый имеет свое дарование от Бога, один так, другой иначе. Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться, как я. Но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак, ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться (1 Кор. 7, 7–9). Я желаю, чтобы молодые вдовы вступали в брак, рождали детей, управляли домом и не подавали противникам никакого повода к злоречию. Ибо некоторые уже совратились вслед сатаны (1 Тим. 5, 14–15).

Итак, насильственно вынужденное безбрачие, посредством физического оскопления или по другим причинам, без внутреннего отречения от брака есть зло и отвергается Писанием Ветхого и Нового Завета.

Самооскопление всегда считалось пустым делом среди верующих христиан, и отцы Церкви возвышали свой голос против такого зла, обличая преступников в извращении смысла слов Христа. Так, св. Иоанн Златоуст считает это дьявольским делом и злоухищрением сатаны. Вот его слова:

«Когда Иисус Христос говорит „скопиша себе“, то под сим не разумеет отсечения членов, — да не будет сего! — но истребление злых помыслов, ибо отсекший член подвергается проклятию, как говорит Павел: о, дабы отсечены были развращающие вас (Гал. 5, 12)! И весьма справедливо, ибо таковый поступает подобно человекоубийцам, содействует тем, которые уничтожают творение Божие; отверзает уста манихеев и преступает закон, подобно тем из язычников, кои отрезывают члены. Ибо отсекать члены первоначально было дело дьявольское и злоухищрение сатаны, чтобы через сие исказить создание Божие, чтобы нанести вред человеку, созданному Богом, и чтобы многие, вменяя все не произволу, но самим членам, безбоязненно грешили, сознавая себя невинными, и таким образом сугубый себе причиняли вред как отягчением членов, так и противопоставлением препятствий воле делать добро. Подобно сему дьявол ввел и еще другое ложное учение о судьбе и необходимости и таким образом всячески старался уничтожить свободу, дарованную нам Богом, уверяя, что зло есть следствие физической природы, и через сие рассеявая многие ложные учения, хотя и скрытно. Таковы стрелы дьявольские! Посему молю, убегайте сего преступления. Кроме сего, пожелания наши отсечением членов не только не укрощаются, но еще более раздражаются».

Блж. Феофилакт, подобно Златоусту, самооскопление считает делом преступным, делом проклятым. В своем толковании на 19 гл. Ев. от Матфея он говорит:

«Подвиг девства есть жребий немногих. Есть скопцы от утробы матерней, т. е. люди, которые по природному сложению не имеют влечения к женам; но их целомудрие не приносит им пользы; есть и такие, которые оскопляются людьми; оскопляющие же сами себя ради Царствия Божия суть не те, которые отрезают у себя члены, ибо это преступно (проклято — по другому переводу), но те, которые воздерживаются. Понимай и так, бывает скопец от природы, т. е., как выше сказано, по природному сложению не склонный к любострастию; оскопляемый от людей есть тот, кто удаляет от себя разжжение плотской похоти вследствие человеческого наставления; наконец, оскопляющий сам себя есть тот, кто не по чужому, а по собственному расположению, добровольно решился на подвиг целомудрия. Таковый очень хорош, потому что он независимо от других, а сам произвольно вступает на путь к Царствию Небесному. Желая же, чтобы мы добровольно подвизались в добродетели (девства), Господь говорит: Могий вместити, да вместит! Таким образом, Он не принуждает к девству, не возбраняет и брака, но девство предпочитается».

Насколько христианство высоко ставит брак, об этом можно судить по той строгости, с какой отнеслись отцы Церкви к разрушителям брака. Апостольские правила и определения Соборов строго осуждают скопчество. Вот эти канонические законы христианской Церкви:

21 Апост. прав. «Скопец, аще от человеческаго насилия, или в гонении таковым соделан, или так рожден, и аще достоин, да будет епископ».

22 прав. «Сам себя оскопивший да не будет принят в клир. Самоубийца бо есть и враг Божия создания».

23 прав. «Аще кто из клира скопит себя самого, да будет извержен. Ибо убийца есть самого себя».

24 прав. «Мирянин, себя самого скопивший, на три года отлучен да будет от таинств. Ибо наветник есть своей жизни».

Противоестественное лишение способности к брачной жизни не допускается христианством, как зло, разрушающее дело Божие. По свидетельству свв. Епифания и Августина, во 2 в. появилась скопческая секта. Несмотря на грубость и изуверство этой секты, она увлекла многих, даже не простых людей, а духовных и ученых. Отцы Церкви восстали против скопчества со всей силой обличений и запрещений и на Первом Вселенском Соборе, подтвердив правила Апостольские, постановили:

1 прав. «Аще у кого в болезни врачами отъяты члены, или кто варварами оскоплен, таковый да пребывает в клире. Аще же будучи здрав, сам себя оскопит, такового, хотя бы и к клиру причислен был, надлежит исключити, и отныне никого из таковых не должно производити. Но как явно то, что сие изречено о действующих с намерением и дерзающих оскопляти самих себе, так, напротив, аще которые оскоплены по насилию от других, в прочем же обрящутся достойны, таковых в клир допускает правило» (там же, гл. 1, с. 283).

Таким образом, Церковь Христова осуждает самооскопление, считая это «дьявольским делом», «злоухищрением сатаны», «подобным человекоубийству», которое «уничтожает творение Божие», «делом проклятым». «Оскопивший себя есть самоубийца и враг Божия творения», «наветник своей жизни». Самооскопление ведет к страшному разврату. Скопчество — пережиток язычества.

Назад: Глава 9
Дальше: Глава 11
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий