Мир легенд о свирепых монстрах

Мрачные умозаключения

 

ВАМПИРСКИЙ ФОЛЬКЛОР наших предков разнообразен и переработан в бесконечном количестве современных версий, которые нам ежегодно предлагает Голливуд. Большинство из них до сих пор основываются на мотивах знаменитого романа Брэма Стокера. По правде говоря, мы в бесконечном восторге от истории о Дракуле и от самого монстра.
Итог этого невероятного влечения таков, что мы часто не замечаем или забываем других не менее важных героев романа. Например, Мина Мюррей – сильная, бесстрашная женщина, которая на протяжении всего романа стремится уничтожить Дракулу, а не упивается жалостью к себе. Куинси Моррис жертвует собой ради победы над чудовищем. А Джонатан Харкер, будущий муж Мины, наносит вампиру один из смертельных ударов. Роман богат персонажами, но его величество вампир, кажется, затмевает их всех.
Или, точнее, всех, кроме Абрахама ван Хельсинга. На протяжении десятилетий его образ привлекал огромное внимание поклонников книги. Разве можно их упрекнуть? Он был умен, смел и опытен в своем ремесле. Во многом Ван Хельсинг послужил нам примером для подражания.
Истории о злобных существах омрачают детство. Если кто-то действительно есть под кроватью, или в шкафу, или в темном сыром углу подвала, неужели некому защитить нас? Если эти твари мучают кошмарами, несомненно, должны быть защитники, герои, победители, те смельчаки, которые закрывают нас своей могучей спиной.
Ван Хельсинг – вымышленный персонаж, но, безусловно, его образ выражает старинное, широко распространенное поверье, которое в той или иной форме можно найти во многих народных сказаниях. Неважно, какие чудовища. Всегда есть те, кто сражается с ними.
Невероятно, но эти охотники – среди нас.

Рожденный охотиться

Некоторые наиболее ранние народные предания, повествующие об охотниках на нечисть, можно найти в Болгарии и соседних странах. После многовекового господства Османской империи болгары наконец изгнали турков в 1890-х годах. В течение первых нескольких лет свободы богатый фольклор и традиции народа были собраны и впервые записаны, и центральной темой в них стали истории о вампирах.
Эти сказания так пленили людей, что в них до сих пор верят и следуют своеобразным предписаниям, таким как обрядовая эксгумация потенциальных вампиров. Это верование имеет глубокие корни в основном из-за сильного страха и суеверий. Все же, по мнению многих, эти ночные твари на самом деле существовали, и их нужно было истреблять.
Как следствие, в болгарских селах жили люди, которых называли sâbotnik (болг. «охотник на вампиров»). Они умели выявлять упырей. Их вызывали во время поимки подозреваемого кровососущего мертвеца. Выкопанный из могилы труп показывали охотнику, чтобы тот определил, действительно ли это вампир или нет. Если он оказывался нечистью, то специалист должен был уничтожить тварь.
Согласно историям, подобными возможностями при рождении наделялся каждый охотник за упырями. Эти счастливчики рождались или в какой-то день между Рождеством и 6 января (у древних католиков это время известно как нечистые дни), или в субботу. На мой взгляд, это бессмысленно, но тем не менее.
Другая группа борцов с нечистью называлась vampirdžia (болг. «охотник за вампирами, убийца»). У этих больше сходных черт с современной киноверсией Ван Хельсинга. Им предначертано судьбой, путешествуя по стране, охотиться за вампирами с оружием и средствами защиты. Они делали все, руководствуясь завещанными методами, такими как отлов упырей и их заточение на кладбищах, где злобные создания становились слабее.
А победители часто получали дары и денежные вознаграждения от благодарных селян. Есть даже официальные документы о числе нанятых для розыска и уничтожения вампиров специалистов. Если честно, из них могло бы получиться продолжение фильма «Другой мир». Однако же эта история произошла на самом деле, и, на мой взгляд, в этом ее интрига.
Тема охоты на созданий, держащих в страхе людей, была не единичной для Болгарии и даже не ограничивалась образом вампира. Новой вехой стали истории, отразившие другое опасное существо, которое находилось как раз среди людей, – ведьму. Конечно, мы знаем, что были истерии и гонения. Случались также повешения, сожжения и другие бесчинства, порожденные суевериями. Но в центре этого хаоса были охотники.
В 1486 году немецкий монах доминиканского ордена Генрих Крамер написал книгу, которую назвал «Молот ведьм» (лат. Malleus Maleficarum).
Впрочем, он был больше чем монах. Крамер долгое время был членом Святой инквизиции при Папе Иннокентии VIII. После оставления службы он писал, что стал настоящим экспертом в разоблачении ведьм.
Католическая церковь наложила запрет на книгу спустя три года после выпуска, но было уже слишком поздно. «Молот ведьм» мгновенно вызвал волну реакции, разойдясь по Европе благодаря типографскому станку Гутенберга. Так начались религиозная истерия и массовые беспорядки.
Книга веками служила людям источником знаний о происхождении ведьм, о том, как их опознавать и что делать в случае встречи с колдуньей.
Таков был мир, в котором в 1620 году в Англии появился Мэтью Хопкинс, сын ультраконсервативного министра. Мальчика приучали сторониться всякой дьявольщины и клеймить ересь. К двадцати четырем годам Хопкинс открыл собственный магазин в Сассексе под названием «Великий инквизитор» и начал недолгую, но смертоносную деятельность по раскрытию сведений о прислужниках дьявола и вынесении им приговоров.
За 350 лет, в промежутке между XV и XVIII веками, по всей Англии казнили за колдовство около пятисот человек. Это менее двух казней в год, верно? За два же года карательных операций хозяина «Великого инквизитора» и его людей погибло около трехсот человек.
«Испытание водой» – метод казни за колдовство, о котором слышали многие люди, – изобрел Хопкинс. Осужденного привязывали к стулу и бросали в пруд или озеро и наблюдали, выплывет ли человек. Если обвиняемому удавалось выбраться из воды, значит, он обладал ведьмовской силой, и его нужно было уничтожить. А когда несчастный погибал под водой, то это доказывало его честное имя. Нам не понять, но для 1640-х годов метод Хопкинса считался вполне логичным. Народ доверял ему. Его книга «Обнаружение ведьм» продолжала разжигать охоту на подозреваемых в колдовстве и в американских колониях в конце 1600-х годов. В эту эпоху «Охоты на ведьм» особенно прославился город Салем штата Массачусетс. На самом деле Хопкинс был извергом. Зато вошел в историю как охотник на ведьм.
Еще нужно сказать, что, согласно болгарскому фольклору, описывающему охотников на вампиров, их профессия была изрядно опасной. Любой, кто преследовал и уничтожал нечисть, сам чрезвычайно рисковал в нее превратиться. Даже Хопкинс в Англии умер не как герой. Напротив, на него смотрели как на монстра и ненавидели. Под конец жизни он обладал репутацией скорее отъявленного злодея, чем славного охотника на ведьм.
Риск самому превратиться в жуткое создание присутствовал для охотника всегда. Скорее всего, из-за слишком тесного общения с потусторонним миром, неважно реального или воображаемого.

Трепет ужаса

В 1968 году компания «Парамаунт» выпустила фильм «Ребенок Розмари» по одноименному роману, написанному годом ранее. А в 1973 году вышел в свет классический фильм ужасов «Изгоняющий дьявола», после которого тремя годами позднее на экранах появился фильм ужасов «Омен» (англ. «Знамение»). В Америке творилось адское безумие: восторженные отзывы людей и в то же время трепет ужаса. А Голливуд был намерен заработать на этом. Но часто упускается из виду, что предыдущая волна страха, прокатившаяся через Атлантический океан, из Англию, началась после появления странных рисунков и разрушений на территории Хайгейтского кладбища.
Хайгейт – старый некрополь, учрежденный в 1839 году. Являясь тогда еще одним из самых престижных мест захоронений, с изысканной погребальной архитектурой, спустя несколько лет он стал менее популярным. Немецкие бомбы Второй мировой войны повредили некоторые усыпальницы, и в течение следующих десятилетий кладбище обветшало, превратившись в заросший деревьями и кустарниками участок. Место стало притягивать молодежь, среди которой были и вандалы, после чего пошла молва об оккультных символах, разрытых могилах и блуждающих трупах.
В 1969 году группа, называвшая себя Британским тайным сообществом, задалась целью исследовать странные явления, происходившие на кладбище. Выслушивая рассказы людей, живших рядом с этим местом, они впервые столкнулись со слухами о, возможно, человеке или ком-то еще, рыскавшем по кладбищу ночью. Этот высокий мрачный незнакомец, по слухам, мог парализовать взглядом случайно наткнувшегося на него прохожего.
Человек по имени Дэвид Фаррант глубоко заинтересовался этим и 21 декабря 1969 года расположился в палатке на кладбище с ночевкой. Было зимнее солнцестояние – самое благоприятное время для исследований паранормального, как он думал по крайней мере. По мнению Дэвида, ночь выдалась невероятно удачной. Согласно его описаниям, в течение нескольких часов в промежутке между сумерками и рассветом Фаррант встретил существо ростом два с лишним метра, с ярко пылающими глазами. Но когда мужчина на секунду отвел взгляд, фигура исчезла. Дэвид написал в местную газету и поинтересовался, не видел ли кто-нибудь что-то подобное. Невероятно, но около двух месяцев в редакцию шли потоки писем с похожими описаниями от разных людей.
Тем временем другой исследователь, Шон Манчестер, заинтересовавшийся этими прогулками по некрополю, сделал еще одно зловещее открытие. Он верил историям о мистической темной фигуре и при этом нашел порядочное количество обескровленных животных на кладбище. Освидетельствование, проведенное им, показало, что у всех жертв присутствовали небольшие прокусы на шее. Манчестер дал положительный ответ на вопрос местной прессы, есть ли у него теория. По его мнению, это существо однозначно было вампиром.
Но не таким как все, а Королем Вампиров, которого в 1700-х годах из Валахии привез один заинтересованный дворянин и затем похоронил в имении, ставшем в будущем Хайгейтским кладбищем. По словам исследователя, вся эта сатанинская деятельность была результатом попыток местных оккультистов воскресить мертвеца.
Манчестер предложил изгнать из Хайгейта нечистую силу. Он утверждал, что закон, ну, слегка… все усложняет в вопросах протыкания трупов осиновыми кольями, но ранее ему это делать приходилось. Дважды. С риском для жизни он намеревался выследить и уничтожить Короля Упырей.
Общественный резонанс рос, так что полиция начала патрулировать местность, пытаясь обнаружить что-нибудь необычное. Через несколько месяцев стражи порядка разогнали на месте группу вандалов, но это были обычные подростки в погоне за острыми ощущениями, изображающие из себя охотников на вампиров.
Затем 1 августа 1970 года случилось нечто, что изменило все. В ту ночь полицейские прибыли на вызов к одному из склепов. На месте они обнаружили широко раскрытую дверь усыпальницы, а внутри на холодном каменном полу распростертое тело.
Ничего необычного, учитывая положение тела, но его состояние всполошило всех.
Оно было обожжено до неузнаваемости и обезглавлено.

Столкновение темных сил

Полиция публично заявила о находке, признав, что это (исходя из всего уже найденного в Хайгейте), скорее всего, дело рук оккультистов. Как раз то, что требовалось публике. Газеты пестрели заголовками. Людям ничего не оставалось, как делать поспешные выводы. Шон Манчестер и Дэвид Фаррант оказались правы.
Они шли разными путями, имея собственные методы исследования, некоторые из которых были нестандартными. Тремя неделями позднее, когда было обнаружено сожженное тело, полиция застала Фарранта расхаживающим по кладбищу ночью. Как только стражи порядка арестовали его за незаконное проникновение на территорию, они увидели большое распятие и заостренный осиновый кол в его руках. Его компаньоны продолжили действия, привычно устраивая место ночевки в тех же местах, находя больше характерных зацепок, свидетельствовавших как минимум о работе группы по воскрешению Короля Вампиров.
Однажды ночью исследователь взял с собой на кладбище репортера из газеты «Вечерние новости», где они нашли склеп с мрачной сценой внутри. Тело было вынуто из гроба и помещено в центр огромной пентаграммы, начерченной на полу. Фаррант со своей группой заявили, что уже находили трупы с куклами вуду, обезглавленных покойников, черепа и символы, указывающие на ритуалы прошлых ночей. По их словам, все это было признаками темной силы, которую нужно было остановить. Чем они и занимались.
Через несколько месяцев Дэвида арестовали во второй раз, вместе с его девушкой. Полицейские предполагали, что парочка перевозила марихуану, но это, как ни странно, оказался пакет с лекарственной ромашкой. Задержанные объяснили, что она использовалась в одном из ритуалов. Согласно их словам, следы, оставшиеся в склепе, указывали на недавний обряд черной магии и поэтому их группа выдвинулась туда, чтобы провести церемонию очищения. Однажды они все собрались в открытой катакомбе читать отрывки из Библии вместе с заклинаниями из древних книг по магии, встав в круг по периметру помещения. Одна из женщин даже разделась донага для танца в центре. По мнению Фарранта, она символизировала чистоту.
Манчестер публично осудил это. Он предпочитал проводить обряд экзорцизма в светлое время суток, что было безопаснее и (как отмечали некоторые критики) привлекало больше зрителей. Но это не означало, что его магия была менее зрелищной. Как-то раз Манчестер заявил, что в усыпальницу его вела молодая женщина – дьяволица по имени Люсия. Внутри стоял старинный гроб без именной таблички. Он открыл его и намеревался вонзить осиновый кол в труп, но его остановил человек из группы наблюдателей. Тогда экзорцист просто окропил тело святой водой и обложил зубчиками чеснока. По словам очевидцев, после этих действий раздались громкие ритмичные удары, становившиеся громче и громче.
Казалось, события 1974 года в Хайгейте закончились вскоре, как прошел январь. Двенадцатого числа этого месяца вызвали полицию для досмотра машины местного жителя, который припарковался у кладбища. Внутри они нашли обезглавленный бальзамированный труп, сидевший за рулем, и больше ничего. Фарранта опросили как подозреваемого, но в конечном счете оказалось, что это была шутка местных подростков. Один из них забрал голову домой и держал ее на каминной полке, пока она не запахла.
Манчестер нашел способ сделать карьеру, не прибегая к авантюрам в некрополе. Через несколько десятилетий он стал известным «экспертом по вампирам», высказываясь по этой проблеме во многих телевизионных документальных программах. Он написал две книги: одну – о хайгейтском вампире, другую – пособие для будущих охотников.
Дэвид Фаррант стал менее успешным. Его арестовали в 1974 году за вандализм на кладбище. Он отрицал всякую причастность, но последние пять лет стражи порядка жаждали поймать настоящего подозреваемого, и он подходил идеально. Его осудили на четыре года тюрьмы, но освободили спустя пару лет, когда адвокаты доказали грубое нарушение его прав. Фаррант вернулся к руководящей должности в Британском тайном обществе, где работает по сей день.
К тому времени в газетах появились фотографии Дэвида с его приспособлениями для поимки вампиров. Одна местная газета называла его «кладбищенским упырем», а другая – «злым колдуном». В книге, написанной в 1991 году, Манчестер называет его «инфантильным ведьмаком, заигравшимся в черную магию».
Фаррант, казалось, переживает то же, что и Мэтью Хопкинс: создалось впечатление, что молодой человек стал тем, за кем охотился.

Погоня

Хеллоуин – один из самых любимых дней в году для меня, и уверен, для вас тоже. Это время встречи с другим миром – тайным и неизведанным. Ведь жизнь без загадки пресна и скучна, а дни вроде этого делают нашу жизнь разнообразней.
Каждый год миллионы детей надевают костюмы и ходят в гости к соседям. У каждого есть любимое существо, то, которым они хотят побыть одну ночь в году. Или поохотиться на них.
Весьма примечательно, что подростки, проживающие возле Хайгейта, до сих пор каждый год прокрадываются на кладбище. В День всех святых они собираются там вместе и проводят свою охоту на вампиров. Сейчас это не так просто. Кладбище прибрали, ворота заперли на замок и открывают его только для посетителей и туристов за деньги. И все равно молодежи удается каждый год отмечать там Хеллоуин.
До событий двадцатилетней давности на Хайгейтском кладбище была другая встреча молодежи, жившей дальше на севере. Глазго, второй по величине город в Шотландии, располагается по обе стороны реки Клайд. К югу от реки, чуть севернее автомагистрали «М74», находится район, известный как Горбалс. У этой части города тяжелая история. Развитие промышленности и перенаселенность конца 1800-х годов привели к возведению здесь многоквартирных трущоб на протяжении всей первой половины двадцатого века. Его несколько раз пытались перестроить, но 1950-е годы, вероятно, выдались самыми неудачными для города.
Однажды ночью в сентябре 1954 года полицейского Алекса Дипроуза вызвали разобраться с беспорядками в Южном некрополе, таком же старом кладбище, как Хайгейт, но страшном по-своему. Когда офицер добрался до кладбища, то обнаружил компанию местных ребят. Сотни детей разных возрастов – от четырех до четырнадцати лет. Они были вооружены. Дипроузу удалось их собрать и вывести с территории, но следующей ночью дети вернулись в некрополь. Каждый принес оружие: ножи, колья, металлические прутья. Некоторые даже привели собак. Полицейский хотел узнать, зачем.
Кто-то из детей рассказал ему о двух убитых местных мальчиках, за которых они пришли отомстить. Страж порядка ни о каких убийствах в этом районе не знал, но о многих случаях, происходивших в Горбалсе, в средствах массовой информации умалчивали. Но эти сходки нельзя было оставить без внимания, поэтому он побеседовал с родителями. Кто-то волновался о безопасности своих детей, другие же беспокоились по поводу этих россказней и не верили рассказам об опасной увлеченности их детей насилием.

 

 

Новые сотни детей прибыли на кладбище следующей ночью. Констебль Дипроуз разогнал их снова, но ему нужно было знать, за кем они охотились. Кто были эти таинственные, якобы убитые мальчишки? Что их убило и почему дети решили, что смогут найти подозреваемого именно здесь?
Ему сказали, что убийца был вампиром. Вампиром с острыми зубами и пылающими глазами, ростом более двух метров.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий