Мир легенд о свирепых монстрах

Восставшие

 

Никто не хочет умирать. Если бы кто-то занялся разработкой новой версии человеческого организма, то над этой чертой следовало бы серьезно поработать. Неизбежность смерти была навязчивой идеей с самого зарождения человечества. Люди страстно желали избежать смерти или, по крайней мере, сделать ее не такой страшной.
Некоторые культуры практически горы свернули для этого. Тысячи лет тому назад египтяне строили гигантские каменные сооружения в качестве жилища умерших для их загробной жизни. Они преуспели в искусстве бальзамирования, считая, что благодаря ему люди после смерти продолжат жить на новом месте.
Нравится нам или нет, смерть существует. Молодые мы или старые, богатые или бедные, здоровые или больные, жизнь – это долгое путешествие, и все движутся к его завершению. Кто-то считает, что увидит свет в конце, однако другие надеются на тьму. В этом и есть главная тайна. Никто не ведает, что там, на другой стороне; мы лишь знаем, что известное всем путешествие где-то заканчивается.
Может быть, поэтому мы проводим столько времени, разгадывая эту тайну, выдумываем мифы и суеверия, но не можем разобраться в ней. Говорят, что было бы проще, если бы мы не умирали. Жили бы вечно. Это невозможно, но мы все равно мечтаем об этом.
Никто не возвращается из могилы, не так ли? Большинство здравомыслящих, уравновешенных людей сказали бы «да, никто». Однако есть истории, говорящие об ином, и это не современная фантастика. Подобные поверья существуют тысячелетиями во многих культурах.
И подобно тем, о ком они рассказывают, эти предания отказываются умирать. Одна из причин – как ни трудно в это поверить – в том, что некоторые из этих сказаний оказываются правдой. Ходят слухи о тех, кто побеждает судьбу, надо только знать, куда смотреть и кого спрашивать.
В некоторых случаях путешествие не заканчивается никогда. Иногда покойники гуляют на самом деле.

Вернувшиеся

Классический фильм о ходячих мертвецах – тот, что все комментаторы называют ответственным за прославление зомби почти пятьдесят лет тому назад, – это фильм Джорджа А. Ромеро «Ночь живых мертвецов». Твари, которых Ромеро вывел на большой экран, сумели оказать влияние на поколения кинематографистов и дали нам типичный образ зомби, коих мы видим сегодня в сериалах типа «Ходячие мертвецы».
Беда в том, что Ромеро никогда не использовал слово «зомби» для описания существ из своего эпохального фильма. Напротив, это были «вурдалаки», создания, заимствованные из арабского фольклора. Согласно этой мифологии, вурдалаки – это демоны, которые едят мертвечину, поэтому их обычно обнаруживают на кладбищах.
Однако фильм Ромеро не был первой историей с участием неживых существ, которые охотятся за плотью и кровью живых. Полагают, что эта честь принадлежит «Одиссее», эпической поэме, написанной греческим поэтом Гомером около трех тысяч лет тому назад. В этом произведении есть сцена, где Одиссею нужно получить сведения от давно умершего прорицателя по имени Терезий. Чтобы дать духу силы говорить, Одиссей поит его кровью.
Во многом создания, которых мы сегодня именуем зомби, схожи с персонажами европейских сказаний о пришельцах с того света. У них много имен. Древние ирландцы называли их neamh mairbh, что значит «живые мертвецы». В Германии это Wiederganger, «тот, кто снова ходит».
Как вы помните, слово revenant латинское и означает «вернувшийся с того света». Откуда основная идея, несложно догадаться: ожившими были те, кто умер, но вернулся, чтобы пугать соседей и родственников.
Нам с нашими убеждениями могло бы показаться бредом то, что некоторые люди реально верят в это. Средневековые историки писали о проделках живых мертвецов как о реальных событиях. Один из них, Уильям из Ньюбери, писал в 1190 году:
«Было бы нелегко поверить, что тела умерших вышли из своих могил, и удивляться ужасу или уничтожению живых… Тех немногих примеров, случившихся в наше время, достаточно, чтобы установить сей факт, которому имеется большое количество доказательств. Если бы я записал все случаи подобного рода, которые, как я установил, случились в наше время, это было бы чрезвычайно трудоемким и хлопотным».
Далее Ньюбери удивляется, почему древние авторы никогда не упоминали такие события (хотя, вероятно, он не собирается использовать этот факт как доказательство того, что восставшие мертвецы – это чистая фантазия). В данном случае он ошибался. У древних греков существовали некоторые верования относительно мертвых и их способности, вернувшись, досаждать живым. Но у них все было сложнее, каждый покойник возвращался со своей уникальной целью.
Видите ли, в греко-римский период люди верили, что между фактической смертью и предопределенной датой ухода существует пробел. Помните, это была культура с верой в то, что Мойры – богини судьбы – имеют свой план для каждого человека. Например, крестьянину суждено было умереть на восьмом десятке от старости, но он мог вместо этого погибнуть на рынке или в поле. Согласно легенде, люди, умершие раньше срока, были обречены бродить по земле живых как духи до наступления предназначенной даты смерти.
Вы еще здесь? Хорошо. Итак, греки верили, что такие неприкаянные души можно контролировать. Нужно было всего лишь изготовить табличку с ругательством, написанным на глине, жестянке или просто на пергаменте, и затем закопать в могилу человека. Как ключ зажигания в машине, эта табличка давала власть над скитающимся мертвецом.
Это могло бы прозвучать как самое кошмарное в мире практическое руководство Марты Стюарт, но для греков такая магия была сильной частью их мировоззрения. Мертвые фактически не исчезали и могли для чего-нибудь пригодиться.
К несчастью, такое отношение было не только у греков. В подходящей культуре, в нужное время, при тяжелых обстоятельствах, это убеждение могло стать губительным.

Суровое испытание

На Гаити подавляющее большинство населения – согласно некоторым исследованиям, почти девяносто пять процентов – ведет свою родословную из Западной Африки. Это пережиток мрачных времен, когда торговля рабами была обычным делом, и миллионы африканцев были угнаны из родных мест и перевезены через Атлантический океан. Они работали на сахарных плантациях островов Карибского бассейна, пополняя бюджеты европейских стран. И хотя корабли везли африканских рабов в Новый Свет без вещей, только в одежде, что оставалась на них, они брали с собой свои верования – обычаи и традиции, многовековой фольклор и суеверия. Они были наги, но в своих умах и сердцах хранили самую важную часть национального самосознания, и никто не мог это отнять.
Следует кое-что понять относительно этой перемещенной культуры. Во-первых, они верили, что душа и тело связаны и что смерть может быть моментом их разделения. Не всегда, но возможно. Чуть позже я объясню подробнее.
Во-вторых, они жили с ненавистью и страхом перед рабством. Рабство отняло их свободу. Оно забрало их силу. Они более не распоряжались своими жизнями, мечтами, даже телами. Нравилось им или нет, они были обречены на ужасающе тяжелый труд до конца жизни. Только смерть разбивала оковы и приносила свободу.
В-третьих, эта свобода не была гарантирована. Большинство порабощенных африканцев на островах Карибского бассейна мечтали вернуться на родину после смерти, хотя находились такие, кто хотел сделать это быстрее. Самоубийства были обычным делом на колониальном Гаити, но они осуждались. Было даже убеждение, что покончившие с собой никогда не вернутся в Африку; напротив, они будут наказаны. Утверждали, что вечное заключение в собственном теле без контроля и власти над ним и было наказанием. В некотором роде это было похоже на их жизнь. Для рабов Гаити ад был лишь бо2льшим рабством, вечным.
В их культуре для тела с заключенной в нем душой было название: зомби. Впервые оно было зафиксировано в 1872 году, когда ученый-лингвист записал слово «зомби» и определил его как «фантом или призрак», отметив, что этот термин «нередко встречался в южных штатах, в речи детей и слуг». У слова, оказывается, африканские корни. В языках запада Центральной Африки, откуда захватили в рабство множество людей, есть похожие слова, относящиеся к божествам, духам и тем, кто получает свою силу от предков.
Ходячие мертвецы, по крайней мере в гаитянском фольклоре, реальны.
Как эти зомби выглядят? Что ж, благодаря Зоре Ниэл Херстон мы имеем отчет из первых рук. Херстон была афроамериканской писательницей, известной как автор романа «Их глаза видели Бога» и признанной одним из столпов «гарлемского ренессанса». Вот с чем она столкнулась, путешествуя по Гаити в 1936 году для изучения фольклора.
В своей книге «Скажи это моей лошади» Херстон подробно изложила, что произошло:
«Я получила редкую возможность увидеть и соприкоснуться с подлинной историей. Я слушала прерывистые звуки в его горле… Если бы не пережила все это в залитом жарким солнцем больничном дворе, я бы уехала с Гаити заинтригованной, но с сомнениями. Но я видела случай с Фелицией Феликс-Ментор, истинность которого подтверждена высочайшим авторитетом. Поэтому знаю, что на Гаити есть зомби. Люди, возвращенные из смерти.
Их вид ужасен. Такое пустое лицо с мертвыми глазами.
Белые веки выглядели так, как если бы были сожжены кислотой… Ничего нельзя было ни сказать ей, ни добиться от нее, кроме как глядя на нее, но вид этой руины был невыносим.
Руина».
В этом контексте нет другого слова для подобной красоты и ужаса. Нечто происходило на Гаити, и результатом были руины. Что-то разрушало и прерывало жизни. Но что?
Можно предположить, что все эти люди пытались совершить самоубийство. Однако суицид – обычное дело во многих культурах, не только на Гаити. Правда, если копнуть поглубже, возможно, причины обнаружатся. Но в этом случае истина гораздо страшнее, чем нам хотелось бы верить.
Оказывается, зомби могут быть созданы.

Нарцисс

Ночью 30 апреля 1962 года человек пришел в госпиталь имени Альберта Швейцера на Гаити. Он был болен, жаловался на боль в теле, лихорадку и приступы кашля, от которых изо рта шла кровь. Естественно, медики обеспокоились и положили его на обследование и лечение. Этого человека по имени Клервиус Нарцисс осмотрело множество докторов, но его состояние быстро ухудшалось. Одна из его сестер, Ангелина, была у его постели. По ее словам, его губы посинели и он стал жаловаться на чувство жжения по всему телу.
Несмотря на все усилия врачей, Нарцисс умер на следующий день. Два врача, один американец, другой выучился в Америке, констатировали его смерть. Ангелина подписала свидетельство о смерти после опознания. Так как она не умела читать и писать, поставила на документ отпечаток большого пальца. Семья начала горестную процедуру похорон близкого человека, пытаясь жить дальше. Смерть – всегда часть жизни. Неприятная, но часть.
Через восемнадцать с лишним лет, в 1981 году, Ангелина Нарцисс шла на рынок в своем городке, что она делала почти каждый день. Она знала всех торговцев в лицо; помнила все запахи и звуки, заполняющие это место. Но, когда взглянула на маленькую группу людей на грязной дороге, что-то ее испугало, и она пронзительно закричала.
Прямо на нее шел ее брат Клервиус. Конечно, он стал старше, но это был он. Она узнала бы его везде. А когда он наконец подошел и назвал ее детским прозвищем, растаяли все сомнения.
А дальше Клервиус лихорадочно рассказывал сестре обо всем, что с ним случилось. Все началось в больничной палате. В последние мгновения жизни он был в сознании, но ничего не видел и не мог двигаться. Он запомнил, как доктор объявил время смерти. Сохранил в памяти плач сестры. Даже помнил грубую хлопчатобумажную простыню, которую натянули на его лицо. Сознание не покидало его во время похорон, и он утверждал, что слышал процессию. Даже указал на шрам на лице и сказал, что это царапина от гвоздя гроба.
Позже семья пригласила психиатра, который провел с Клервиусом ряд тестов, чтобы определить, не обманывает ли тот. Мужчина блестяще выдержал испытание, дав такие ответы, которые мог знать только он сам. Вдобавок более двухсот друзей и родственников подтвердили его личность. Опознанный всеми, это был Клервиус Нарцисс.
Так что же с ним случилось? Как утверждал сам Клервиус, он был отравлен братом из-за наследства. Как, точно не знал. Но вскоре после похорон какие-то люди выкопали гроб и выпустили его. Кстати, эту мысль стоит запомнить получше – человек был уложен в гроб, зарыт в землю, слепой и обездвиженный, холодный и испуганный. Чудо, что он не сошел с ума.
Тех, кто его выкопал, привел жрец, которого называли бокор. Они заковали Клервиуса в цепи и отправили на сахарную плантацию, где его заставили работать вместе с такими же беспомощными людьми. Ежедневные порции таинственного зелья делали их неспособными к сопротивлению или побегу.
Согласно его рассказу, он сумел убежать через два года, но не пошел домой, не рискнул показаться живым из-за брата. И только известие о смерти того через много лет избавило его от необходимости прятаться.
История Клервиуса Нарцисса десятилетиями ставила ученых и историков в тупик. В 1980-х годах Гарвардский университет отправил этноботаника по имени Уэйд Дэвис разузнать о таинственном зелье; результатом этой поездки стала книга под названием «Змей и радуга», ставшая бестселлером по версии газеты «Нью-Йорк Таймс», равно как и голливудский фильм. Но с выводами Дэвиса согласились немногие.
Образцы снадобий, собранных Уэйдом, были признаны недостоверными. Не была обнаружена и нелегальная сахарная плантация с работавшими зомби-рабами. А врачей обвинили в том, что они неправильно истолковали симптомы и преждевременно объявили человека умершим. Слишком много несостыковок.
Хотя для самых близких людей Клервиуса факты были убедительны. Он умер. Его семья присутствовала на похоронах. О нем скорбели и тосковали. А через восемнадцать с лишним лет он вернулся к ним. Ходячий мертвец.
Врачебная ошибка или результат гаитянской черной магии? Скорее всего, мы никогда не узнаем точно.

Пустой

Мы боимся смерти, потому что она означает потерю управления, воли и свободы. Смерть в глазах многих людей похищает личность и бесповоротно заменяет ее. Тогда понятно, что и рабство можно рассматривать так же. Оно забирает возможность принимать самостоятельные решения и превращает людей в некое подобие машин для получения выгоды другим человеком.
Но вдруг в мире действительно есть какие-то люди – бокоры или служители зла, – которые открыли способ производства своих ходячих мертвецов? Может быть, есть те, кто усовершенствовал искусство превращать мужчин и женщин в рабов в большей степени, чем удавалось прежде любому рабовладельцу, – похищая их души и после смерти обрекая на бесконечный труд.
В феврале 1976 года Франсин Иллеус поступила в местную больницу на Гаити. Она жаловалась на слабость и спутанное сознание. У нее были расстройство пищеварительной системы и боли в желудке. Врачи назначили лечение и отпустили домой. Через несколько дней она скончалась и была погребена на местном кладбище. Ей было всего тридцать лет.
Через три года матери Франсин позвонила подруга, жившая в нескольких милях от нее. Она хотела, чтобы та пришла на местный рынок, причем срочно. Мать Франсин не знала, что случилось, но поспешила изо всех сил.
И там ей сказали, что на рынке найдена женщина. Она истощена и ни на что не реагирует, не выходит из угла, сидит на корточках, опустив голову и закрыв лицо руками. Женщиной оказалась Франсин Иллеус.
Мать забрала ее домой и пыталась помочь, но дочь была как мертвая. Тело было на месте, а духовного начала почти не осталось. Различные доктора и психиатры проводили время с Франсин, но прогресс был мизерный.
Повинуясь безотчетному порыву, мать Франсин эксгумировала гроб. Она должна была убедиться, что эта женщина – чуть лучше ходячего трупа – в самом деле ее дочь. Да, у женщины был такой же шрам на лбу, как у ее дочери. Да, они были похожи. Да, другие люди признали в ней Франсин. Но она должна была убедиться.
Когда гроб извлекли из земли, он был тяжелый. Ворчали, что слишком тяжелый, чтобы быть пустым. Все больше сомневаясь, мать Франсин попросила открыть его. И когда последний гвоздь вытащили из дерева, крышку подняли и отложили в сторону, гроб вовсе не был пуст. Он был полон камней.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий