Враг Короны

Глава 3
ПО ВОДЕ…

Это был обыкновенный речной трамвайчик, медленно чапающий вдоль берега и пристающий к каждой захудалой пристани. Более всего остального сей транспорт походил на самодвижущуюся баржу с высокой кормовой рубкой. Никаких других палубных надстроек не имелось, равно как отдельных кают и прочих излишеств – лишь открытая палуба, прикрытая от стихий парусиновым навесом на столбиках. Внешнюю неказистость и некомфортабельность электроход с лихвой компенсировал пышностью названия – «Звезда Короны», ни больше и ни меньше.
Таких электроходов плавало по реке количество преизрядное. Куда ни посмотри – снуют по реке самодвижущиеся баржи с парусиновыми навесами. Вот, скажем, сейчас навстречу плывет баржа под названием «Гордость Короны», и капитаны приветствуют друг друга тремя короткими гудками ревуна. А Сварог и Щепка буквально на какую-то минуту опоздали к отплытию баржи под названием «Честь Короны»… Впрочем, следующей речной галоши пришлось ждать всего каких-то полчаса. Полстражи, если по-местному.
Собственно говоря, все эти «гордости», «звезды» и «чести» работают обыкновенными развозками, заменяют собой пригородные электрички, что в иных мирах доставляют на работу в столицу жителей пригородов и потом увозят обратно. А по-другому здесь до столицы простому народу не добраться, разве что пешком. Электромобили могут себе позволить не многие богатые счастливчики, к тому же и не ко всем деревням проложены пригодные, покрытые трубином, местным заменителем асфальта, дороги… А бывает и так: дороги проложены, однако не оборудованы через положенное количество километров станциями электрозарядки, – стало быть, мобили оказываются бесполезны. Так что основное сообщение не только между столицей и пригородами, но и вообще между городами метрополии происходит по рекам и каналам. Каналы в Короне, по рассказам Щепки, роют активно. Рытье каналов напрочь снимает в Короне столь острую для иных стран и миров проблему, как безработица.
Дабы путешествовать себе спокойно, не привлекая внимания, нужен был подходящий образ. И они подобрали себе личины самые невзрачные из возможных – коммивояжеры. Щеголяли себе в серых трико и длинных дорожных накидках с капюшонами, в поясах с бляхами низшей торговой гильдии, с непременными оранжевыми сумками – такие попадаются на всех речных судах. Окружающим мало на кого так не хочется смотреть, как на торговцев. Ну а на тот случай, если кто-то все же привяжется – покажи да покажи образцы товаров, – они купили в первой попавшейся лавчонке отрез полосатой ткани. Вот ее-то и станут выдавать за образец – де, это и есть последний писк городской моды…
«Господи, – мельком подумал Сварог, – ну что ж это меня все по водным просторам мотыляет-то, а?..»
Босой Медведь и Монах находились тут же, на борту «Звезды Короны», но держались отдельно, знакомство со Сварогом и Щепкой не афишировали. Поскольку как их не наряжай, на торговцев они все равно походили бы как черт на херувима. Так что вырядились работники ножа и топора рабочими, так сказать, поближе к истинной сущности. Хотя, пожалуй, рабочих с такими прожженными физиономиями возьмут к себе лишь или самые экономные, или самые отчаявшиеся из предпринимателей. В данный же момент Медведь с Монахом облюбовали примыкающий к рубке буфет, давя задницами буфетные лавки, потягивали вино и попутно приставали к двум девчонкам в розовых накидках.
В отличие от нескучной парочки, Сварог сидел себе смирненько на лавочке рядом со Щепкой, напустив на лицо скучающее выражение, озирал от нечего делать берега, пробегал взглядом по пассажирам…
И кое-кто из них ему оченно не нравился.
Нет, тип, что беспокоил Сварога, не зыркал неустанно в их сторону колючими глазками. Сварог перехватил всего один его взгляд, но взгляд этот был предельно цепкий, оценивающий, который никак не мог принадлежать обыкновенному пассажиру. После чего странный тип отвернулся с самым незаинтересованным видом, едва ли не зевая, но Сварога не покидало ощущение, что он краем глаза не отпускает ни на миг их со Щепкой. Пасет, что называется.
Вообще-то, на судне легко мог оказаться шпик из речной полиции, тайно надзирающий за порядком на водном транспорте. Почему бы и нет? Однако следовало предполагать худшее.
А худшим в их положении мог быть только Каскад. Отсутствие засады на кладбище все же ни о чем не говорило, расслабляться нельзя было ни на секунду, вычислить беглецов могли в любую минуту.
Их галоша в очередной раз забрала к берегу и приблизилась к пристани, где уже выстроились в готовности встречающие, новые пассажиры, работники причала и непременные зеваки. Судя по габаритам пристани, количеству народа, даже чему-то вроде короткой набережной, где стояло несколько электромобилей, судя по многоэтажным домам на холме и ширине дороги, ведущей к тому холму, – судя по всему этому, городок был не из самых завалящих. Разумеется, название «Стангорт», украшающее пристань, ни о чем Сварогу не говорило.
– Крупное поселение? – спросил Сварог, наклонившись к Щепке.
– В последние годы пошло в гору, стало модным местом отдыха. Здесь что ни день открывают новые молния-клубы, заповедники для катания на лошадях и залы «придуманной жизни»… Между прочим, мелким торговцам вроде нас с тобой тут ловить нечего, нас тут гоняли бы отовсюду, как «белых плащей».
– Понятно, – сказал Сварог, не имея ни малейшего желания выяснять, что это за молния-клубы и, уж тем более, кто такие «белые плащи». – Значит, мы правильно делаем, что едем себе мимо.
Ага! Едва перекинули трап, как тип с колючим взглядом поднялся со своей лавки и поспешил на выход. Сбежал по трапу и, расталкивая народец на причале, скоренько направился к берегу. Вот он одолел сходни причала, выскочил на набережную. И, уже оказавшись на берегу, не выдержал. Оглянулся. Его взгляд, не рыская и не блуждая, сходу выцелил на судне Сварога. Наткнувшись на ответный взгляд, пренеприятный тип тут же отвернулся и продолжил свой путь. Сварог увидел, как он подходит к открытому электромобилю с неразличимой на таком расстоянии эмблемой на дверцах, заскакивает в него и принимается что-то втолковывать водителю, сопровождая слова энергичными жестами. Видимо, призывает ехать как можно быстрее… М-да, сие нравилось Сварогу все меньше и меньше. Он вновь наклонился к уху Щепки:
– Сколько еще остановок до этого, до Сагирана? Города будут?
– Будут и города, один сравнительно крупный… А что? Тот гусь в поясе со знаками мелкого канцелярского служащего? – усмехнулась Щепка, демонстрируя, что и сама не лыком шита. – Тоже не понравился?
– Шпиком попахивает, понимаешь ли. Впрочем, если это не Каскад, волноваться вроде бы особо нечего. Но в том-то и дело, что он может быть откуда угодно…
Разумеется, они разговаривали тихим шепотом, что, впрочем, никого настораживать не должно – чем мельче торговец, тем более важными и таинственными кажутся ему собственные торговые операции.
– Даже если и Каскад, так быстро им не сработать, – уверенно сказала Щепка. – Пока этот гусь доберется до пункта связи, пока сообщится со своим начальством, а то, в свою очередь, со своим, пока разбираются, куда плывет наша лоханка, через какие населенные пункты будет проходить, пока связываются с подразделением в одном из ближайших городов и ставят задачу… В общем, думаю, мы уже доберемся к тому времени до места.
– В этом корыте, признаться, меня охватывают ощущения насквозь неуютные, – сказал Сварог, – нас тут прихватить, что высморкаться. А ежели, к примеру, рассмотреть такой вариант: для верности сойти на следующей станции? Насколько тогда мы удлиним и усложним себе путь?
– Может быть, не слишком удлиним, зато уж усложним наверняка. Впрочем, как раз на двух следующих пристанях неприятных сюрпризов нам ждать не приходится – глухие места, какие-то деревеньки, откуда там взяться каскадовцам…
Увы, жизнь сплошь и рядом протекает не по логике. Вроде бы все, что говорила Щепка, было разумно и справедливо, однако ж неверно. В чем они и убедились, когда «Звезда Короны» обогнула живописный мысок, где среди мшистых валунов росли корабельные сосны, и взорам открылся простенький причал из некрашеных досок, на котором поджидали прибытия речного транспорта около полуроты крепких парней. На первый и поверхностный взгляд – бригада шабашников возвращается домой, успешно завершив свои немудреные дела в этом поселке. Ребятки одеты в деревенские одежды, к ограждающим причал доскам прислонены обыкновенные вещевые мешки…
Только вот в мешках этих легко помещается прибор для регистрирования магии «Боро-4» или любых других модификаций.
Только вот для простых работяг слишком уж ухоженный и самоуверенный у парней вид, да и одеты они чересчур единообразно для разношерстной компании. Шабашники – это ж все-таки вам не регулярные воинские формирования… Короче говоря, явно сработанная наспех маскировка не обманула ни Сварога, ни Щепку.
И сразу возникает вопрос: если каскадовцы пасли их как минимум от кладбища, то почему не подготовились более обстоятельно? Время-то было… А ежели нет, то как вычислили сейчас?
– Ну вот, началось, – вздохнул Сварог и поправил на груди мешочек с Оком Бога.
– Но как, откуда?! – изумленно прошептала Щепка.
Сварог пожал плечами:
– Их могли перебросить аэропилом.
– Аэропилом? – нахмурилась Щепка. – Да откуда здесь аэродром!
– Хороший пилот сядет и на лесной поляне, – сказал Сварог. – Уж поверь мне, знаю.
– Никогда не слышала про такое.
– Все когда-то случается впервые и вновь, – философски вздохнул он. – Итак, драгоценные мои, я вижу только один приемлемый выход из этого тупичка…
В голове его вспыхнула тоскливая неоновая надпись: «Опять…», – но он погасил ее, помотав головой. Занимало другое: если их вели от самого кладбища, так почему не попытались повязать раньше? В той же гостинице, к примеру, где всю честную компанию можно было брать буквально голыми руками…
Хоть Босой Медведь и Монах уже заметно напробовались вина из местного буфета и довольно тесно успели сойтись с девицами в розовых плащах, но стоило подойти атаману, враз посуровели, собрались.
– Значица так, хлопчики, берем эту лоханку. На вас – палуба и спокойствие пассажиров, на мне все остальное. Неясности?
Не последовало никаких глупых вопросов: «А зачем, командир, а почему, а нельзя ли обойтись…» Сварогу всегда нравилось такое поведение рядового и сержантского состава. Последовал лишь вопрос сугубо по делу, заданный Босым Медведем:
– Цацкаться обязательно?
– Не обязательно, – обрадовал Сварог.
Как и следовало ожидать, речной электроход – это вам не броненосец «Серебряный удар», захватить его оказалось не в пример проще.
Единственным препятствием оказалась запертая изнутри дверь рубки, но Сварог даже не стал с ней возиться. Он подпрыгнул, уцепился за перильца, окрашенные в бело-красную полосочку, подтянулся, закинул ноги на выступ, перехватился руками за верхний край перил, перевалился на ту сторону ограды и очутился в святая святых любого корабля – на капитанском мостике.
К Сварогу рванулся было крепыш при вишневого цвета бандане с белым якорем на лбу – видимо, первый и единственный помощник капитана, являющий собой штурмана, боцмана и весь остальной экипаж. Но как рванулся, так и осел после превентивного удара. Привалился спиной к полосатым перилам, закатив глаза и ухватившись обеими руками за живот. Вид у него сделался самый что ни на есть печальный и покорный.
Капитан «Звезды Короны», высокий, с прямой спиной и орлиным взором, в белой бандане с черным якорем, смотрелся типичным морским волком (и неважно, что дело происходит на реке). Как и положено морским волкам, капитан гордо вздернул подбородок, скрестил руки на груди и не повел и кустистой бровью, когда ему прямо в якорь на лбу уперся ствол шаура.
– К берегу не приставать, – вежливо попросил Сварог. – Идти мимо. Что дальше, скажу.
– А не пошли бы вы, любезный? – сказал, как сплюнул, капитан.
– В таком случае, я сам встану за штурвал, – еще более елейно заметил Сварог. – Можете не сомневаться, любезный, обучен… Правда, при этом раскладе я вышвырну вас, драгоценный мой, за борт, как раздавленную крысу, а «Звезду Короны», за ваше глупое упрямство, вдребезги расшибу о камни. Если же короче, то считаю до двух. Раз…
– Что вам угодно? – холодно перебил капитан.
– О, пустяки, сущие пустяки. Не хочу я, видите ли, встречаться во-он с теми милыми ребятками на берегу. Ну не нравятся они мне…
Капитан мельком глянул на пристань и промолчал.
По металлическим ступеням трапа прогрохотали быстрые шаги, и на мостике появилась Щепка.
– Я же говорила, что замочек тут тьфу, – она поболтала в воздухе звенящей связкой отмычек.
– Ну так я не слышу вашего ответа, – поторопил Сварог капитана.
– Как будто от моего ответа что-то зависит… – Капитан смотрел исключительно поверх головы Сварога. – Я вынужден подчиниться грубой силе…
– Помилуйте, где ж тут грубость! – искренне оскорбился Сварог. – Не грубой силе, но – превосходящей. А лезть с голой пяткой да против заряженного конденсатора – это не храбрость, уважаемый… – Он повернулся к Щепке и передал ей шаур. – Держи-ка вот. Если мне потребуется внезапно отлучиться, я должен быть уверен, что эта парочка в надежных руках. – И последнюю фразу он произнес нарочито громко: – Стреляй без раздумий. В случае чего, я доведу эту галошу до места не хуже, чем… чем…
Но ни одно сравнение на ум не пришло.
А на берегу тем временем наступила пора прозрения. Увидев, что электроход перед самым причалом вдруг закручивает крендель и показывает пристани корму, липовые шабашники встревожились. Более не прикидываясь наивными работягами, засуетились, забегали. Но вот только что они могли поделать? Чтобы мчать по берегу в электромобилях, нужны те самые мобили, а есть ли они у архаровцев? Даже если и есть, здешний колесный транспорт по бездорожью не потянет, слабоват. Аэропил разве что может кое-как сесть на поляне, но чтоб взлететь, ему потребна мудреной конструкции стартовая площадка. Пришвартованных к причалу скоростных катеров, равно как и прочих плавсредств, не наблюдается. Так что каскадовцам ничего не остается, как бежать вдоль берега, покуда силы не покинут.
Сварог отвел Щепку подальше от капитана и помощника и, наклонившись к самому уху, тихо произнес:
– Боюсь, через здешний населенный пункт проложен-таки телефонный кабель, ребятки быстро свяжутся с кем надо, и в воздух поднимут уже целую эскадрилью. Или, что вероятнее, из ближайшего города нам навстречу выйдет каскадовский катер. Поэтому надо сойти раньше, чем они прижмут нас конкретно и старательно… Есть идеи, где это лучше сделать?
– Обойдутся и без кабеля, – возразила Щепка. – А, ну вот, что я говорила…
Высоко в небо со стороны пирса, который уже скрылся из виду за очередным изгибом реки, одна за другой взмыли три ракеты: зеленая, красная, оранжевая. «Вот тебе и телеграф с телефоном, – в сердцах сплюнул Сварог. – Теперь пойдут передавать по цепочке до ближайшего телефонного узла, и вскоре только самый слепой каскадовец не будет в курсе, где нас искать. Влипли, чего уж там…»
– Идеи есть, – сказала Щепка. – Скоро будем проплывать заброшенный причал, откуда раньше руду вывозили. От него доберемся до заброшенного рудника. Если до сих пор работает канатная дорога, поднимемся на отрог Сиреневой Гряды. Вместо того чтобы плыть, просто немного больше придется пройти пешком, только и всего.
– А если канатная дорога не работает?
– Придется карабкаться в горы самим, только и всего.
– Н-да… Ладно, за неимением других планов считаю утвержденным этот. Пойду гляну, как дела внизу, и тут же обратно. В общем, в случае чего стреляй без предупреждения.
Босой Медведь и Монах расхаживали по центральному проходу от носа до рубки – каждый со своей стороны доходил до середины и поворачивал обратно. Оба держали в руках извлеченные из-под одежд складные ножи устрашающих размеров и шокеры-бабочки. Медведь прогуливался молча, Монах же, мягко говоря, наоборот.
– Ибо сказано Многоустом: смирение есть благо, – зычным басом вещал красноносый отставной служитель культа. – Покоритеся, и воздастся. Жена покорись мужу своему, слуга хозяину, а побежденный победителю…
Монах вдруг с удивительной для его комплекции проворством развернулся и рукоятью складня врезал по плечу человека, сидящего у самого прохода. Человек вскрикнул, согнулся от боли, а из его руки в проход выпал в точности такой же шокер-бабочка, какие были у Монаха с Медведем, за одним лишь отличием: эбонитовую рукоять этого шокера украшал золотистый знак – якорь, перекрещенный мечами. Знак принадлежности к речной полиции.
– Для тебя сказано было, охальник! – прогрохотал Монах. – Че непонятного, бля?! Смирись покорно, и воздастся те! Так нет же! Своемыслить удумал, нелюдь!
Далеко не все пассажиры поглядывали на тихо скулящего от боли агента сочувственно – некоторые смотрели со злорадством, радуясь, что лично их беда обошла, а иные взирали презрительно и даже брезгливо отворачивались: простой люд полицию не любит, будь она хоть речная, хоть сухопутная…
Сварог понял, что палуба с пассажирами находится в надежных руках, и вернулся в рубку. А там тоже нашелся, оказывается, свой герой сопротивления. Помощник капитана сидел на полу возле опрокинутого стола с картами и полными ужаса глазами смотрел на зубастую серебряную звездочку, застрявшую у него в бедре.
– Чего любуешься? Перехвати ногу банданой, кровь останови, – посоветовал ему Сварог.
– Хотел вернуть командование кораблем, – объяснила Щепка.
– Что ж непонятного, – хмыкнул Сварог. – Жить будет… Причал скоро?
– Плес видишь? Пройдем его, там будет небольшая заводь, сразу за ней причал. Почти на месте.
– «Почти» не считается. Ничего не слышишь?
– Не-а, – помотала нечесаными лохмами Щепка.
Сварог задрал голову, повел взглядом по серым облакам.
– Кажется, тарахтит…
Словно этого замечания наверху только и дожидались: из разлапистых туч вынырнул аэропил. Да не простой, блин. И даже не золотой, что было бы полбеды. Гидроплан. Или, выражаясь по-местному, «водяной голубь». Судя по обалдевшим физиономиям речных мореплавателей, подобное чудо – самолет, садящийся на воду и с воды взлетающий – они созерцали впервые. Щепка, похоже, тоже. Одному Сварогу, выходит, доводилось сталкиваться раньше с эдаким техническим дивом.
А вообще-то, следовало отдать должное пилотам местной Унии Авиаторов – в такое непогодье они летают без надлежащих приборов, считай, вовсе без приборов, на одном наитии и мастерстве. Верно говорят некоторые, что нынешние летчики не чета прежним – тем, что летали на «этажерках». На заре авиации происходил естественный отбор – кто не разбивался, становился даже не просто первоклассным авиатором: он становился доподлинным богом летающей машины. А у летчиков эпохи умной электроники рефлексы почти не развиты, такое понятие, как слияние с машиной, им незнакомо напрочь, потому что за них все делают приборы, и если те вдруг откажут – пилот враз становится беспомощным. И сие не только пилотов касается…
Думая посторонние думы, Сварог одновременно решал главную задачу: что им сулит появление гидроплана и что теперь надлежит делать. Гидроплан же как раз прошел над головой, начал разворот и снижение.
– Он может садиться на воду? – Щепка еще раз доказала, что девочка она догадливая.
– Именно так, – мрачно ответил Сварог. – Садиться, передвигаться по воде, догонять по воде плавающие галоши и брать их на абордаж.
– Нам не дотянуть до причала?
– Не знаю. То, что аэропил может садиться на воду, еще вовсе не означает, что он станет садиться…
Гидроплан вновь прошел над электроходом, уже гораздо ниже. И что-то округлое, желтоватое промелькнуло слева. Сварог едва успел повернуть голову, как в десяти уардах по левому борту раздался взрыв, и в воздух поднялся водяной столб. «Звезду Короны» ощутимо толкнуло, вода обрушилась на палубу, брызги долетели до верхней части навеса.
Неизвестно, предупредительный это был бабах или же бомбометатели на первый раз промахнулись, но вдумчиво решать эту задачу не тянуло, да и некогда было, откровенно говоря. Оттолкнув капитана со словами: «Марш к помощнику и ни шагу из того угла», – Сварог метнулся к штурвалу, вывернул его до отказа. Причала ждать не будем, причаливать станем в экстренном порядке.
Как Сварог и предполагал, капитан не смог спокойно глядеть на то, что собираются сотворить с его кораблем, и бросился на захватчика. А раз Сварог предполагал, то оказался готов. И встретил как подобает: кулаком в солнечное сплетение. А дабы не возникло повторного желания безобразничать, легонько так надавил на яремную вену. Только чтоб ненадолго отключить.
Электроход, повинуясь рукам нового капитана, круто повернул к берегу, нацеливаясь на обширную, заросшую камышом заводь, о которой говорила Щепка. Трудно было даже предположить, что творится сейчас на пассажирской палубе. Одно несомненно – Медведю и Монаху приходится нелегко. Вполне возможно, бомбометатели добивались посеять панику на борту и никаких прочих целей не преследовали. По мысли гидропланщиков, вероятно, возмущенный народ, видя в небе явственные спасение и подмогу, должен изловить и скрутить негодяев. Кстати, расчет неглупый. И кто его знает, не скрутили ли уже Медведя с Монахом. Ведь придется в таком случае отбивать…
Речная галоша «Звезда Короны» сумела подобраться к берегу гораздо ближе, чем выходило по прикидкам Сварога. И только в дюжине метров от кромки берега посудина заскребла днищем по песку, заскрипела, как великанская несмазанная дверь.
– Держись! – закричал Сварог, притянул к себе Щепку, прижал покрепче и сам схватился за поручень.
Как и предполагалось по законам физики, все и вся швырнуло вперед, когда «Звезда Короны» окончательно увязла в песке и остановилась, накренившись на правый борт. Хоть Сварог и приготовился к толчку, но все же его слегка приложило боком к стойке штурвала. Впрочем, сейчас было не до того, чтобы растирать ушибленный бок.
– Вниз, – Сварог подтолкнул Щепку в сторону трапа, переступил через проехавшего по всей рубке помощника капитана.
Охваченные паникой пассажиры с криками и воплями метались по палубе, толкая друг друга. Некоторые, поди ж ты, прыгали в воду. Выискивать в толпе Монаха и Босого Медведя представлялось делом чрезмерно хлопотным, – ну ладно, сообразят, что к чему, чай, не дети малые. Сварог отшвырнул в сторону типа с очумелыми глазами, который клещом вцепился в его плащ и что-то визгливо кричал, протащил Щепку сквозь людскую массу, прокладывая дорогу тумаками, открыл калитку в фальшборте, или как там она называется по-морскому, скинул вниз трап.
По трапу они сошли в воду, можно сказать, с комфортом. Правда, пришлось метров пять проплыть, прежде чем ноги коснулись дна. Отметившись следами на песчаной отмели, выбрались на твердую землю, поросшую мелкой редкой травой. И только сейчас Сварог обернулся. Наконец-то удалось изыскать время и посмотреть, что поделывает гидроплан.
Гидроплан заходил на посадку. Ну, в общем-то, этого и следовало ожидать…
– Образцы товаров забыли, – усмехнулась Щепка, отжимая мокрую накидку.
– Может, вернемся? Нет? Тогда скоренько давай наверх.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий