Время вышло. Современная русская антиутопия

Алиса Ганиева
Министерство благополучия

У Сотникова наконец-то настал выходной, но ещё перед самым пробуждением, в тот странный летучий промежуток между сном и явью, который сложнее всего удержать в сознании, он ощутил отчётливо, что в надвигающейся реальности его подстерегает какая-то пакость. Продрав глаза, Сотников упёрся взглядом в старый зелёный экран-хромакей, оставленный сбежавшей женой, и скривился от соткавшегося в памяти образа – тонкий нос, хохочущий взгляд, уже не очень крепкие длинные груди. Ещё в прошлом месяце она сидела здесь по утрам напротив веб-камеры в рубашке оверсайз или в фитнес-топе, рассусоливая подписчикам про что-то совершенно ему непонятное, страшное и даже противное: «Девчонки, питание антиэйдж, холистическая кулинария… – доносилось тогда до Сотникова, – нутрициология… конечные продукты гликирования… полифенолы… интервальное голодание… наши отечественные продукты». Подписчиков у жены было много, у Сотникова – позорно мало. Он отставал по всем дигитальным параметрам, не умея угнаться за новейшими нормами от Министерства счастья и благополучия. Жена презирала Сотникова пуще и пуще, пока в конце концов, взбрыкнув, не запустила интерактив-голосовалку, уходить ей от мужа или остаться. Подписчики возжелали разрыва, и жена ушла, бросив свой зелёный экран и вышедшие из моды, отпечатанные на 3D-принтере ботильоны. Сотников терзался неделю, выходил в обязательные госрегулируемые домашние стримы заплаканным – так, что к нему даже присылали патруль для выяснения, что к чему. Перепуганный патрулём, Сотников попытался воспрянуть и в знак возрождения даже прибавил к традиционному утреннему селфи в зеркале голый мясистый пресс. Бренькнуло пуш-ап-указание от Минблага: немедля запостить в сториз фотографию кофе с молочной пенкой и мотивирующей цитатой об утре, рассказать о планах на грядущий день, отчитаться о достижениях за прошлый. Лента уже пестрела всеми видами пузырящихся пенок, похожих на взбитый омлетный белок. Знакомые Сотникова строчили тексты о рассветной росе, праздничном восходе солнца, делились впечатлениями от вчерашних субботников. Сотников запереживал, припоминая завалявшиеся в памяти строки «Утро туманное, утро седое». Прихромав на затёкших ногах в туалет, а затем на кухню, где после ухода жены воцарилось столпотворение грязной посуды, он страдальчески оглянулся, выискивая для выхода в эфир ещё не заляпанный его жалким несчастьем угол. И, не найдя, наскоро засобирался стримить в уличную кофейню. «Нет, утро туманное ни на что не мотивирует, – подумалось ему, пока он спешно застёгивал наносинтепоновую куртку, – нужно что-то типа "Встану я в утро туманное, солнце ударит в лицо"»… «Ударит» – тоже нехорошо, агрессивно, но никакой другой идеи не рождалось. Сотников миновал лифт, поскольку в лифте полагалось пританцовывать, и лучшие танцы, попавшие на торчавшую сверху камеру, превращались в залихватские живые гифки на сайтах жилтовариществ, и потопал пешком. На нижнем лестничном марше на него буквально выпрыгнула ответственная по подъезду Дербенькова.
– Сотников! – закричала она так надрывно, как будто над её дряблой шеей кто-то занёс заточенный ятаган. Сотников замер и поглядел на ответственную по подъезду искоса, готовясь отбиваться. – Сотников! – повторила Дербенькова, почти припирая его к замазанной бледно-зелёным стене подъезда. – Вы почему вчера сорвали важную акцию?! Вы подвели весь дом!
– Какая ещё акция! – скривился Сотников. – Покоя не даёте…
– Покоя не даём? Я передам ваши слова куда следует! Вы вчера просто плюнули всем нам в лицо! Всему городу, всей стране!
– Да что я сделал-то?
– А не стройте из себя девочку! На репетиции вы были! Почему не открыли окно?
Морщась, Сотников припоминал. После субботника над их районом пролетал дрон. Велась трансляция для телестрима. В эту минуту гражданам полагалось распахнуть окна и выйти на балконы, размахивая флажками и фонариками, веселясь, ликуя, улыбаясь. Сотников забыл, профукал! Что теперь станется с его индивидуальным индексом доверия? Всё это было шатко, тревожно, стыдно. Он попятился от Дербеньковой, готовясь сбежать:
– Да приболел я вчера, чего пристали? Уважительная причина!
Он поскакал по ступеням вниз, запинаясь, сбиваясь с ног, хватаясь за перила. За ним нёсся рёв Дербеньковой:
– Позор! Нарушение! Забаним!
Потный Сотников выбежал на улицу и, тяжело дыша, потрусил к соседнему дому, где на первом этаже, в кофейне, можно было без труда презентовать всему свету, всем невидимым виртуальным соглядатаям, и хорошее настроение, и довольство жизнью.
У входа в кофейню толпилась очередь к автоматическому измерителю улыбки. Дойдя до измерителя – жужжащего вспыхивающего перископа, – Сотников задорно раздвинул губы и получил талон с номером столика. К счастью, инцидент в подъезде никак не сбил его мимики и даже, возможно, добавил взгляду задорного блеска.
– Бодрого дня! – наперебой закричали бариста, взмахивая ему руками.
Сотников кивнул им так же восторженно и сел за отведённый ему столик, за которым уже жался какой-то тип лет шестидесяти и пронзал его взглядом. Тип Сотникову сразу не понравился. Во-первых, он не улыбался. Во-вторых, как-то уж слишком неуверенно балансировал на краю стула. И в-третьих, явно собирался что-то Сотникову сказать.
– Как весна-то быстро в этом году… – начал тип, кивая на окно, за которым уже вовсю распускались первые почки.
– Да-а-а, – отворачиваясь, сказал Сотников. – Мы ведь про весну писали на той неделе.
Минблаг и вправду уже отдавал задание порадоваться весне, отчего Сеть набухла множеством женских портретов в цветах, с голубями и на фоне синего неба. Сотников тогда заселфился на фоне окна в мокрой майке, дескать, вот он я, пропитанный первым тёплым весенним дождиком, но в ответ получил одно лишь негодование: разврат, растление, моветон!
– Про весну-то писали, а про то, что хлеб дорожает, нельзя, – хитро и как будто торжествующе выдал типчик.
Сотников испуганно оглянулся.
– Вы чего?
– Да не чешись ты, не ойкай. Я ж разве неправду? Про плохое в постах не напишешь, жаловаться в тредах нельзя. А ведь есть на что, есть?
«Проверка!» – догадался Сотников и сурово ответил:
– Мне лично не на что. И я вам не знакомый, чтобы тыкать.
– Ну свисти, свисти, – хихикнул типчик. – Но если душу отвести, так я знаю, где можно. Подполье. Чёрная соцлента. Ной почём зря, сколько влезет. Сказать, как найти?
– Отстаньте! – выпалил перетрухнувший Сотников. – А то я пожалуюсь!
– Ну давай, оптимистичничай дальше, – вдруг раздражился типчик, сорвался с места и, к великому облегчению Сотникова, покинул кофейню, погрозив ему кулаком.
«Для проверки слишком горяч, – засомневался Сотников. – Может, и настоящий преступник». Подпольная соцсеть, нелегальные паникёрство и жалобы, неужто всё это существует? Сотников оглянулся по сторонам на пятерых-шестерых радостно стримящих посетителей кофейни.
Время поджимало. Нужно было немедленно поделиться отчётом и фотографией. «Утро вечера мудренее, нас утро встречает прохладой…» – весело, но слишком подражательно. Может быть, «Могучий день пришёл, деревья встали прямо», – промычал он сам себе, копаясь на сайте стихов, посвящённых утру. «Сойдёт. Теперь про планы на сегодня».
Гражданам великой страны, в которой всё всегда лучше, чем на прочем Шаре, полагалось иметь богатый досуг. Для этого в городе открылось множество специальных центров, где под заботливой опекой отцов-бюрократов можно было отлично резаться в шахматы и домино, практиковаться в метании дротиков и скалолазании, осваивать русские народные танцы, хоровое пение и даже битбокс. Каждое воскресенье граждане, за исключением совсем уж закоренелых изгоев, в непременном порядке отмечались в одном из таких поразительных мест развлечения и саморазвития. Сотников рисовал в технике батика, трещал на гитаре, лепил горшки, стрелял из лука, писал обо всём этом энергичнейшие посты, малодушно мечтая очутиться дома, в своей постели.
В прошлый раз в гимнастическом зале он шумно посклочничал с какой-то неприятной худеющей женщиной. Худеющая пожаловалась администраторам, что, пока она традиционно стримила свою тренировку, Сотников то и дело оказывался у неё в кадре и портил фон своим унылым лицом. «Унылым? – испугались администраторы. – Мы проведём проверку». Сотникову был сделан выговор. Сотников попытался оправдаться, обозвал женщину вруньей, та вскипела, немедленно вышла в прямой эфир и, снимая Сотникова кругом со всех ракурсов, расписала своим подписчикам, какой он отброс. На Сотникова полились виртуальные струи ненависти. Это было на прошлой неделе, нервы его ещё не остыли, поэтому сама мысль о походе в досуговый центр рождала спазм отчаяния. Но Сотников уже строчил: «Ну что, вы соскучились по бачате? Я – да! Сегодня долгожданный первый урок, ждите стрима!» Он радостно ощерился и щёлкнул себя сверху с поднятым кверху пальцем. Поза приевшаяся, заезженная, но на фантазии не было сил. Перед Сотниковым вырос лучащийся официант в подтяжках:
– Чем сегодня себя порадуете?
– Кофе с пенкой.
– Ваш ник? – спросил официант.
Сотников привычным движением открыл профиль своей соцсети на экране смартфона и показал официанту.
Но, вместо того чтобы отсканировать профиль, официант слегка убавил улыбку и уточнил:
– А в нашей соцсети? В «Звезде»?
– Там я ещё не зарегистрировался.
– Жаль, – поджал губы официант. – Тогда я не смогу вас обслужить.
Сотников вздыбился вопросительным знаком:
– То есть как это не можете?
– Без «Звезды» нельзя, – железно обрубил официант.
– Но ведь раньше можно было?
– Это раньше. А со вчерашнего дня вышел закон. Всё обслуживание только для пользователей «Звезды», даже на продуктовых рынках. Вы что, по новостям не сёрфите?
Сотников вытаращился на официанта, открыл рот, но так и не придумал, что сказать.
– Вам придётся выйти, – объявил официант, привлекая внимание расфуфыренных девиц за соседним столиком. Одна из них, с золотой серьгой в одном ухе, даже гаденько рассмеялась.
– Но постойте, – сбивчиво запротестовал Сотников, – я прямо здесь же быстренько и зарегистрируюсь.
– Поздно, – обрезал официант. – Со вчерашнего дня регистрация в российской соцсети «Звезда» только по паспортам. Через центр госуслуг.
Телефон Сотникова снова бренькнул. Показался значок с кровавым восклицательным знаком. Дело шло к обеду, а утреннего задания Сотников так и не выполнил. Ему немедленно требовалась фотография кофе!
Сотников ринулся к девицам сквозь их писклявое аханье и решительным взмахом руки щёлкнул красовавшийся на чужом столике бокал с венским кофе. Полетела некнижная брань. Кто-то толкнул его в спину, чей-то кулак пихнул его в бок. Пытаясь увернуться от направленных на него рук и всевидящих очей смартфонов, он выбежал из кофейни. Следовало взять такси, но официант оказался прав. Приложение такси тоже требовало регистрации в «Звезде», а для этого придётся мчаться в центр госуслуг. По воскресеньям их работало мало и только по платному билету. Ближайший, на счастье, всего в десяти километрах, и Сотников побежал.
Без этой регистрации он сегодня не сможет ни поесть, ни наведаться вечером в бар, ни заказать в сетевом магазине воск для зубных протезов. Сотников работал зубным техником и посты с работы помимо стандартного #люблюсвоюработу всегда подписывал ликующим #зубывсем!!!
Бежать было тяжело. Сотников взмок, в боку у него засвистело и закололо. «Как резиновый ёжик», – подумал он. Центр госуслуг уже виднелся за поворотом. У двери на кассе ему пробили входной и пропустили к окошечкам. Сотников сел, продолжая шумно сопеть и снимая промокшую от пота куртку. Рядом его мерил скучающим взглядом некто пожилой в пальто.
– Тоже не успели на «Звезду»? – спросил пожилой.
– Не успел, – выдохнул Сотников.
– Ну теперь придётся помучиться. Всю вашу историю поднимут! Как себя вели, куда ходили… – так же скучающе произнёс пожилой. – Я вот второй раз прихожу, после цифровых исправительных работ. Без них не регистрировали.
– Исправительных? – нахмурился Сотников. – А за что?
– Дефицит бодрости, маловерие, слабое участие в общественных праздниках. Пришлось для них специальный видеоролик снимать, выкладывать. Как я саженцы сажаю, как дежурю у стелы воинам. Надеюсь, зачтут. Лайков было много.
– А в «Звезде», там ведь вместо лайков эти, звёздочки? – уточнил Сотников, но тут электронный голос объявил его номер, и он ринулся к окошку.
– Паспорт. Профиль, – хмуро велели ему из темноты в окошке.
Сотников протянул в темноту свой телефон и паспорт, пытаясь разглядеть того, кто там сидит. В окошке стучали клавишами компьютера и молчали.
– Вы сюда бежали? – спросили наконец из окошка.
– Да, – удивлённо признался Сотников, – я спешил.
– На вас оформлено четыре жалобы. Вы испортили несколько стримов с улиц города.
– В смысле? – не понял Сотников.
– Вы корчили лицо, волочили ногу.
– Да я ж просто спешил!
– И это не единственный инцидент, уважаемый Сотников. Вы систематически нарушаете законодательство о публичном поведении в городских зонах.
«Дербенькова настучала, падла», – пронеслось в голове Сотникова.
– Вы про то, что флешмоб пропустил? Ну так я плохо себя чувствовал.
– Плохо, говорите? Во время прохождения флешмоба вы, юзер Сотников, сидели в баре «Петрович» на улице Марго Симонян, дом 8. Сами же себя тегнули.
– Я… Я лечился… Говорят, настойки полезны при простуде.
– Характеристики с работы средние, – продолжал голос. – В последнее время систематически опаздываете по утрам. Да и ваша жена…
– Понимаете, это и с ней связано. Морально тяжёлый период…
– Мало того, от вас ежедневно отписываются от трёх до пяти человек.
Сотников опустил голову. Ему нечего было ответить. В глаза ударили тяжесть и туман, заплясал по телу чечёткой озноб. Он стал натягивать висевшую на локте куртку, приборматывая что-то нечленораздельное, безнадёжное.
«Неужто не зарегистрируют? И как тогда жить? Без профиля – никуда, никуда!»
– Пройдите в кабинет справа и ждите решения, – скомандовал голос.
– А паспорт? Телефон?
– Уважаемый, ждите решения! – нетерпеливо повторил голос.
Сотников дёрнулся, оглянулся на пожилого посетителя центра, желая проверить, слышит ли тот всю эту позорную сцену, но никого не увидел. В кабинете, где ему велели ждать решения о регистрации, уже сидел какой-то оборванец, встретивший Сотникова раскатистым хохотом.
– Ну что, попался? Тоже на высылку! – ржал оборванец. – Соберёшь вещички – и грузись на выход! Город, прощай навсегда!
«Сумасшедший», – подумал Сотников и решил не обращать на оборванца внимания. Но тот приблизился к Сотникову, продолжая сгибаться в три погибели от смеха.
– Вы о чём? – всё-таки выпалил Сотников.
– Как о чём? Эта комнатка на депортацию, вот что! Нарушители цифровой картины благополучия страны выселяются куда подальше! Блокировка без права возвращения.
– А при чём здесь я? – заражаясь буйством собеседника, закричал Сотников. – Я все указания Минблага выполнял! И даже кофе с пенкой! Ну, упустил вчерашний закон, с кем не бывает!
– Ага, ага, утешайтесь чем хотите, а вас сейчас схватят и поволокут на сборы, а потом и выкинут подальше, заблокируют и забудут, как будто вас и нет.
– А вы вообще кто? – вскочил Сотников, совсем распаляясь, и дёрнулся назад, в приёмную, чтобы нажаловаться на весельчака, но дверь оказалась наглухо закрыта. Сотников толкался, гримасничал, бил по двери, пока смех оборванца внезапно не прекратился и с другой стороны не вошли экипированные гвардейцы.
– Вы за этим? – ткнул Сотников в оборванца.
– Мы за тобой, – хмыкнули гвардейцы и заломили Сотникову руки.
Он заорал, забрыкался, но его уже тащили в неизвестность, в пыль, в забвение, и только слышалось гиканье оборванца:
– Бан! Бан! Бан!
Показать оглавление

Комментариев: 3

Оставить комментарий

  1. Georgevob
    17-летняя дочь Хайди Клум снялась в прозрачном платье для обложки журнала: Личности: Ценности 17-летняя дочь Хайди Клум снялась в прозрачном платье для обложки журнала: Личности: Ценности «ИНТЕКО»: в проекте «Врубеля, 4» завершены работы нулевого цикла «ИНТЕКО»: в проекте «Врубеля, 4» завершены работы нулевого цикла
  2. Georgevob
    Холдинг AAG принял участие в создании нового общественного пространства – набережной на Охте Холдинг AAG принял участие в создании нового общественного пространства – набережной на Охте МКБ предоставит Sminex 17 млрд руб. для строительства дома «Лаврушинский» МКБ предоставит Sminex 17 млрд руб. для строительства дома «Лаврушинский»
  3. lbrazzersfd
    brazzers русское порно порно redtube xnxx минет porn brazzers эротика brazzers порно видео порно фильмы порно секс видео brazzers порно порно фильмы порно порно порно смотреть порно xvideos порно фото порно порно секс видео brazzers порнуха порнуха pornhub brazzers порно анал brazzers пизда секс эротика русское порно видео brazzers brazzers brazzers порно порно видео xxx секс порно порно видео инцест секс порно 365 порно 365 порно чат секс голые spankbang русское порно видео порно порно видео brazzers brazzers youporn порно порно фильмы порно xvideos brazzers секс чат секс xhamster brazzers порно brazzers эротика сиськи chaturbate секс фото анал порно 365 русское порно онлайн