Портрет мертвой натурщицы

Книга: Портрет мертвой натурщицы
Назад: Он
Дальше: Она

Андрей

Анютин сообщил новость Андрею во время позднего обеда, состоящего из убогого бутерброда. Этот кулинарный стон, купленный в забегаловке на углу, звался «сэндвичем». Подразумевалось, что кусок булки с сероватым мясом и обильными потеками кетчупа может носить такой вот вполне светский псевдоним. Андрей с отвращением отложил его в сторону.
Он попытался, неловко скрывая свой интерес, выяснить, не Света ли это Столоб. Анютин отослал его к дежурившим оперативникам, и те виновато подтвердили, что у девицы длинные светлые волосы. «Не она!» — выдохнул облегченно Андрей. И сухо попрощался с проморгавшими Копииста оперативниками.
Плохо! Очень плохо! Теперь он будет бросать трупы где ни попадя, а они — находить их через месяц-два или вообще не находить… И Света… Он, морщась, отхлебнул из стоящей рядом кружки, в которой медленно остывал крепчайший, заваренный с надеждой, что заменит кофе, чай.
Когда получасом позже в кабинет вошла Маша, у которой, похоже, сегодня был очередной день «сыщицкой удачи», он потеплел глазами и кивнул на стул.
Маша, не снимая пальто, тяжело села напротив, и в глазах ее были усталость и растерянность. Андрей, надеявшийся совсем на иное «лица выраженье», понял: у них сегодня сеанс алаверды.
— Кто первым будет рассказывать плохие новости?
Маша мрачно усмехнулась:
— Вперед. Ты первый.
— Ну, в моей новости содержится утешительный приз для твоего эго. Теперь уже сомнений не осталось. Ты угадала — он действительно занимается одалисками. И мы правильно вычислили девушек.
— И? — подняла на него измученные глаза Маша.
— И — мы его упустили. Сегодня.
— И это не Цыпляков, — кивнула она.
— Ну, вряд ли он может быть един в двух лицах, разве что у него есть помощник, избавляющийся от трупов.
— Нет. Я с ним разговаривала сегодня. Он… Совсем не похож. — Андрей иронично поднял бровь. — Понимаю, что это не аргумент. Поэтому сделала запрос по базе данных МИДа. Цыпляков никогда не выезжал за пределы страны. Он не мог быть в Монтобане. Или, опять же, у него есть сообщник. Но я в это не верю.
— Это почему же? — усмехнулся Андрей.
— У маньяков слишком редко бывают сообщники. И извращение у Копииста слишком завязано на ощущении собственной исключительности, гениальности.
— Согласен, — кивнул Андрей и пригляделся к ней. — Ты как? Поела? — Маша помотала головой. Он сузил глаза: — Ясно. Пойдем.
— Ты же только что?.. — она скосила глаза на недоеденный бутерброд.
— Это ж разве еда? — Андрей уже встал и тянул ее за собой. — Мы пойдем есть какую-нибудь настоящую еду. Суп, там. Мясо.
— Я не хочу мяса, — нахмурившись, но послушно взяв его за руку, сказала Маша.
— Через не хочу, — отрезал Андрей с той же интонацией и в тех же выражениях, что и Машин отец когда-то давно, в раннем детстве.
И она послушно пошла за ним.
Назад: Он
Дальше: Она
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий