Меняемся на работе

Глава 3

Ищем границы роста

Вам, вероятно, уже интересно, какая форма сознания у начальника. А у парт­нера? И у вас самих? Эта глава даст представление о техниках, которые используют исследователи и ученые для определения формы сознания. При желании можно посмотреть через эту призму на себя, а также на тех, с кем мы тесно взаимодействуем. Возможно, вам хотелось бы сосредоточиться на конкретных методиках, а не на тонкостях выяснения того, как именно вы и окружающие воспринимаете мир. Тогда смело пропускайте эту главу и переходите к практическому материалу в следующих двух частях.

Напомню. Эта теория не из разряда «чем больше, тем лучше». Наша концепция из категории «больше — это просто больше». Разница между этими видами важна. Более сложные формы сознания дают много пре­имуществ, но они приводят и к потерям. Важно, чтобы было соответствие между тем, что жизнь от нас требует, и нашими возможностями. Например, люди, подготовленные к тушению пожара, необязательно лучше остальных. Но никто не отрицает, что у них есть способности, которых нет у большинства. Они обладают набором знаний, умением и способом восприятия мира и рисков, которые недоступны обычным людям вроде меня. Проводимое различие не важно в супермаркете или офисе. Но если вы боретесь с огнем, то это вопрос жизни или смерти. Именно контекст задачи делает разницу важной.

Так же и с развитием. Если условия жизни не требуют от вас развития комплексного восприятия мира, то, скорее всего, не будет никаких пре­имуществ в обладании более сложной формой сознания. В некоторых обстоятельствах широкий взгляд становится преимуществом. В других — большая перспектива может затормозить развитие, осложнить жизнь и подорвать отношения с близкими. Но случается, что ситуа­ция требует от нас сложного осмысления. Один из способов соответствовать этим требованиям следующий. Изучить особенности вашего мировосприятия на нынешнем этапе. И получить некоторую поддержку для перехода на уровень, который лучше согласуется с запросами вашей жизни. Этот разговор о пожаре и контексте здесь для того, чтобы напомнить: прежде чем применять к окружающим мерило теории развития, нужно приобрести правильный настрой. Наша концепция основана на «обширности» перспективы. Если цель — показать, что вы очень сложны и высокоразвиты, в отличие от остальных, то это занятие, вероятно, пользы не принесет. Если задача — по-новому посмотреть на себя и свои реальные ограничения, вас ждет мощное прозрение.

Есть множество способов измерения комплексности сознания. На данный момент я предпочитаю субъектно-объектное интервью (СОИ) — метод определения ступени развития взрослого человека Роберта Кигана. Мне нравится этот способ, поскольку он дает больше информации, чем «баллы», соответствующие определенному этапу и подсчитанные наиболее целесообразным способом. Он приоткрывает окно в сис­тему придания миру смысла, причем как для внешнего наблюдателя, так и для самого человека, проходящего интервью, который благодаря этому может перейти на новый уровень самопознания.

Я применяю СОИ, а также учу других использовать этот метод последние десять лет. За это время утвердилась во мнении, что прелесть и логичность есть в истории каждого человека. И эти достоинства не зависят от широты его перспективы. Я проводила интервью, чтобы понять, как человек придает миру осмысленность. И в результате стала лучше слушать, продумывать вопросы и сильнее сочувствовать. Когда вы относитесь к чужим словам с вниманием и заинтересованно и не стремитесь убедить, научить или изменить собеседника, а лишь понять его взгляд на мир, то ваше отношение к нему меняется, равно как и вы сами.

В этой главе представлены некоторые из основных практических техник и установок, необходимых, чтобы начать понимать логику чьей-либо формы сознания. Для того чтобы реально проводить интервью, из которых они были выведены, требуются месяцы обучения, практики и бесед. Если цель — использовать СОИ для определения ступени развития либо чтобы помочь кому-то составить план самосовершенствования, необходимо или учиться дополнительно, или пригласить эксперта. Для большинства читателей практических методов этой книги будет достаточно. Вы сможете в общих чертах понять, как сами придаете осмысленность миру. Научитесь слушать и задавать вопросы так, чтобы открывать новые идеи и возможности для других. Более того, если начать экспериментировать с этими установками и техниками, для вас откроются новые перспективы. Причем как в ежедневном общении, так и в случаях, когда особенно полезно знать больше о мировосприятии других.

Есть как минимум четыре взаимосвязанных навыка, которые требуются, чтобы начать понимать форму сознания, собственную или чью-то еще. Вы должны:

1) быть в состоянии объяснить разницу между структурой разума человека на данном этапе и содержанием разговора с ним;

2) задавать вопросы таким образом, чтобы помочь себе или другому наткнуться на границы понимания;

3) слушать участливо и внимательно. Но нужно убедиться, что вы не вкладываете свой смысл в слова другого, а вместо этого пыта­етесь разобраться, что он имеет в виду;

4) оставлять разум открытым для разных гипотез, которые можно извлекать из информации по мере раскрытия собеседником.

Структура или содержание

Обычно, слушая о взаимодействии людей, мы остаемся на уровне рассказа. Кто что кому сделал? Что было дальше? Бармен и правда это сделал? Теория развития взрослого человека опирается на смысл, а не на рассказ. Поэтому ее так трудно понять. Придется пройти сквозь рассказ, чтобы добраться до сути в его основе. Эта история будто обертка для формы сознания. Вы можете увидеть очертания смысла сквозь оболочку рассказа. Но его тщательное изучение не поможет добраться до структуры под ним. Это как пойти к доктору с подозрением на перелом ноги и заставить его изучать под микроскопом ткань брюк. По этой причине так полезно задавать вопросы. Это позволяет заглянуть под покров рассказа и понять форму сознания другого человека и — часто — помочь ему лучше понять себя. Не каждый вопрос подойдет для этого. Спрашивать следует так, чтобы ответы позволяли нащупать смысл. Нужна особая установка для восприятия значения услышанного.

Сдвигайте вопросы к границам

Для того чтобы начать понимать картину мира другого человека, задавайте вопросы, которые приведут его к пределам понимания. Ищите самую широкую перспективу, которую он способен принять. Таким образом вы поможете ему достичь высшей из возможных ступеней развития личности. Для этого нужно задавать вопросы, которые будут слегка отличаться от обычных для повседневных разговоров. Настоящий интерес не в рассказе, поэтому по большей части необходимо игнорировать продолжение вроде «а что случилось потом?». Вы увидите, что общение стало другим по духу и ощущениям. Опрашиваемые люди будут считать эти разговоры чрезвычайно полезными для себя. Ведь так можно под разными углами рассмотреть старую проблему. Значит, методы интервью полезны и в других ситуа­циях. У вас может не быть практического интереса узнать форму сознания собеседника. Но разговор, скорее всего, поднимет его понимание на новый уровень (и он подумает, что вы гений!).

Будьте по-настоящему любознательным

Всем известно, насколько важно уметь слушать. Несметное число книг или мастер-классов призваны помочь желающим стать хорошими слушателями, некоторые я сама провожу. Чтобы получить хоть какое-то представление о том, как другие придают миру смысл, каким бы хорошим слушателем вы себя ни считали, придется стать лучше. Возможно, для этого важнее всего научиться отбрасывать все свои суждения. Только тогда можно понять, что другой человек хочет сказать. Обычные фразы вроде «Понимаю» и «Даже и не говори!» делают разговоры простыми и вообще возможными. Но они мешают улавливать тонкие и крайне важные различия в значении, которое люди придают сказанному. Поэтому слушателю следует прибегнуть к другим мысленным и разговорным конструкциям, как, например, «Я не понимаю» или — даже лучше — «Это предложение можно понять очень по-разному. Хочу спросить: какая трактовка верна для вас?» Кто-то решит, что тогда собеседник подловит его на невнимании к разговору. Но мой опыт говорит об обратном. Если вы сумеете прислушаться к опрашиваемому (даже если это вы сами), то непонимание покажется скорее сильной заинтересованностью, чем отвлеченностью или скудностью ума.

Рассуждайте осторожно

Важно в этих разговорах быть способным давать хорошие суждения. А еще более значимо отложить любые выводы до того, пока для них появятся веские основания. Замечательно, если по паре фраз вы строите предположения об отдельных аспектах личности человека, с которым общаетесь. На самом деле почти невозможно не делать выводов о других. Во время разговора вы, сознательно или нет, принимаете во внимание возраст, пол, расу, нацио­нальность, культурный бэкграунд собеседника и другие признаки. Кроме того, часто делаете предположения о других менее заметных характеристиках, таких как социальный статус и уровень образования. Даже связываете тон голоса человека с его эмоцио­нальным состоянием. Большинство суждений о других мы делаем, даже не отдавая себе отчет. Продуцирование смысла тем не менее сложный и скрытый процесс внутри каждого. Увидеть, как он проходит у других людей, можно, только делая суждения осознанно, вдумчиво и осторожно. Пара или больше поверхностных предложений не дадут достаточно сведений для содержательного вывода. Итак, умение понимать чужое мировосприятие связано с замедлением процесса формирования суждений, а также с пристальным вниманием к другим.

Ищите структуру

Теперь, когда мы открыты и любознательны, попробуем обнаружить структуру сознания человека. Посмотрим, какой тип вопросов позволит перейти к ней от содержания (рассказа). Прежде чем мы вместе рассмотрим пример и поймем настрой интервьюера, для вас будет полезно узнать мнение опрашиваемого.

Каждый намек на структуру начинается с рассказа. Возможно, вы хотели бы попробовать силы в исследовании собственной сис­темы создания смысла. Сейчас самое время сделать паузу и подумать о чем-то важном из вашей жизни. Ответьте на вопросы: за последнее время преуспели ли вы в чем-нибудь? Злились ли? Испытывали ли проблемы с принятием решений, потому что разрывались между разными точками зрения, позаимствованными извне или выработанными вами? Потратьте несколько минут на то, чтобы рассказать об этом в абзаце или нескольких. На самом деле, изложение истории на бумаге кардинально отличается от составления в голове. Обязательно попробуйте. Рассказы о сильных эмоциях и принятии решений часто плодородная почва для изучения формы сознания человека. Теоретически можно выяснить форму сознания человека из любого рассказа. Но расспросы о том, как человек сдает вещи в химчистку, вряд ли будут интересны вам обоим. Рассказы с большим эмоцио­нальным зарядом, очевидно, дадут более четкое видение структуры.

Давайте начнем с истории, которая поможет лучше понять процесс. Вот как рассказывал ее Аарон:

«Я вместе с корпорацией Conglom уже шесть лет. Добился большего, чем предполагал в смелых мечтах. Даже не знаю, это счастливое стечение обстоятельств или везение, но в свои 36 я самый молодой вице-президент в компании и зарабатываю кучу денег. Почти все время дела идут очень хорошо. Меня последнее время терзает выбор, должен ли я и дальше так же быстро продвигаться по карь­ерной лестнице. Знаю, Кэти (старший вице-президент) считает, что мне нужно внести некоторые изменения, чтобы и дальше оставаться на уровне. Вероятно, она права. Но я не уверен, что хочу поддерживать этот темп. Может быть, лучше свернуть со скоростной полосы на медленную. И несколько лет наслаждаться работой без заботы о следующей должности. Проводить больше времени с женой и двумя нашими детишками. Кэти считает: я размяк. Она все чаще выказывает недовольство моей работой. Хотя, по-моему, я делаю все так же, как раньше. Я просто уже не так голоден».

Эта история не показывает форму сознания Аарона. Скорее, предлагает погрузиться глубже, если мы продолжим с мужчиной разговор о карь­ере.

Вы, возможно, заинтересовались историей Аарона на уровне рассказа и хотите спросить: «Что Кэти просит вас делать по-другому? Что она говорит?» Или дать совет: «Я считаю, надо продолжать движение вверх. Если вы остановитесь, прослывете чудаком. Это случилось с моим двоюродным братом Джоном, который застрял на одном уровне на 30 лет…» Обратите внимание на то, что вопросы относятся к содержанию, а совет основан на быстром и неосторожном суждении. Я прошу вас повременить и задуматься, о чем можно спросить Аарона, чтобы понять ключевые элементы его формы сознания.

Далее мы разберем по шагам интервью, позволяющее это сделать. Давайте остановимся и подумаем, какие вопросы задать Аарону, когда разговор продолжится. Когда мы сфокусируемся на вашей истории, они также пригодятся. Для начала содержание следующего раздела кратко изложено в табл. 3.1.

Шаг 1. Ищите ключевые моменты: ответственность, конфликт, принятие перспективы и предположения об окружающем мире

Для определения формы сознания Аарона неважно, что произошло в рассказе. Это как изучать ткань брюк, а не сломанную ногу. Главное, как Аарон понимает эту историю и какой смысл в нее вкладывает. Это структура рассказа вместо содержания. Чтобы ее обнаружить, вы должны понять, почему кто-то сделал тот или иной выбор. Чем он рисковал в конкретной ситуа­ции. Как видел окружающий мир в тот момент и какой смысл ему придавал. Чтобы понять форму сознания Аарона, для начала необходимо взглянуть на пути, ведущие к открытию структуры в содержании. Первая часть этого процесса состоит в простом поиске в рассказе ключевых маркеров, указывающих на развитие: вопросов ответственности, конфликтов и широты взглядов. Посмотрите, как действуют эти основные предпосылки. Вернитесь, еще раз прочитайте рассказ Аарона и спросите себя:

  • Какова область ответственности Аарона? А за что он отвечать не хочет?
  • Каковы главные конфликты в этой истории?
  • Чью точку зрения он может принимать? В чьей перспективе он увяз?
  • Какие предположения об окружающем мире формируют его взгляды?

Ответственность. История Аарона — это рассказ о перемене («Я не так голоден, как был раньше») и его чувствах по этому поводу. Вы можете заглянуть внутрь этого повествования и посмотреть, как он видит свою ответственность, или область контроля. Что остается за пределами этой сферы. Очевидно, по крайней мере на поверхности, что Аарон берет на себя ответственность за решение продолжить делать карь­еру в прежнем темпе или притормозить. Он высказывается об этом как о вопросе, по которому не может сделать выбор. Менее очевидно, считает ли мужчина себя ответственным за знание о том, правильно ли замедлять карь­ерный рост. Чтобы понять форму сознания другого, вы должны выяснить, за что он считает себя вправе взять ответственность, а за что нет. Допустим, человек считает, что поступать правильно в пределах сферы его контроля. Но он может не знать, что само решение о верности того или иного действия также ему подвластно. Это различие позволило бы выяснить, склоняется ли человек к самоавторствующему сознанию (и может решить, какой выбор правильный) или к социализированному. В последнем случае он способен только определить, делать или не делать нечто, усвоенное извне как «верное». По первому фрагменту разговора мы не обладаем достаточной информацией, чтобы узнать точку зрения Аарона. Но теперь знаем, какой примерно вопрос задать.

Главные конфликты. В основной массе историй с большим потенциалом вы сразу же найдете конфликт. Именно это и делает их такими содержательными. Аарон упоминает, что потенциально присутствуют два разных типа конфликтов: один внутренний и другой — с его боссом Кэти. В первом Аарон решает, продолжать ли карабкаться по карь­ерной лестнице с прежней скоростью или попытаться оценить, что ему нужно в жизни. Внешний конфликт заключается в разногласиях с Кэти. Мужчина говорит: «Она все чаще выказывает недовольство». То, какой смысл люди придают конфликтам, много говорит о структуре их мышления, особенно это касается внутреннего разлада. На самых ранних стадиях люди могут испытывать его, но обращают на него внимание и считают внешним. Например, ребенок очень хочет печенье, которое ему не дают. И он бьет своих родителей или друга, когда противоречие становится слишком сильным. Подросток с имперским сознанием может считать внутренний разлад, заключающийся в выборе из двух возможностей, внешним конфликтом с миром. Например, думать, что нечестно или жестоко одному его другу проводить вечеринку по поводу дня рождения в то время, когда другой пригласил в поход. Понимание внутренней природы конфликтов становится все более привычным по мере развития. Людям комфортнее подходить к такого рода разладу как к собственному. Человек с социализированной формой сознания может считать внутренний конфликт невероятно трудным. Он, скорее всего, будет искать способы определить, чью точку зрения принять. Человек с самоавторствующим ра­зумом обычно понимает, что во внутренний конфликт вовлечены два принципа или ценности, которые у него могут быть. Поэтому решение следует искать в себе. А люди с самотрансформирующимся сознанием, скорее всего, видят почти каждый конфликт как одновременно внутренний и внешний. Разлад проистекает из набора мнений о мире, который другие не разделяют. Пока неясно, как Аарон придает смысл внутреннему конфликту. Вот еще один благодатный источник для дополнительных вопросов.

Принятие перспективы. Аарон, кажется, в состоянии понять точку зрения Кэти и признать разумной. Он также обозначает свою позицию. Один из ключевых вопросов: что происходит с точкой зрения, которую Аарон обозначает как собственную, когда он сталкивается с диаметрально противоположным мнением Кэти? Если человек обладает социализированным сознанием, возможно, его точка зрения разрушится под действием более веского мнения другого. Но тот должен быть признан экспертом или иметь больше авторитета в вопросе. Если разум скорее самоавторствующий, обе точки зрения могут ужиться, даже если противоречат друг другу. Из первых строк непонятно, сохранит ли Аарон собственное мнение, столкнувшись со взглядами Кэти.

Предположения об окружающем мире. Наша реальность определяется теми вещами, которые мы считаем противоположностями. Вы можете приоткрыть некоторые из центральных предположений о мире Аарона, отметив, что он противопоставляет. Для него притормозить карь­еру — значит не быть успешным. Мужчина не может представить одновременно и то и другое. Кроме того, он не принимает во внимание возможность взбираться по карь­ерной лестнице и вдобавок проводить время с семьей. Человек с самотрансформирующимся разумом не сможет назвать практически ни одной противоположности. Для него все лишь оттенки серого. По поводу баланса жизни и работы он может сказать: «Я хочу найти способ, чтобы и больше времени проводить с семьей, и быть успешным на работе. Значит, нужно пересмотреть ряд решений по поводу того, как мне хотелось бы проводить время и на какую позицию претендовать». Люди с самоавторствующей и социализированной формами сознания, скорее всего, придерживаются разных наборов противоположностей. Социализированный разум предлагает больше противопоставлений, чем самоавторствующий. Выяснение деталей рассказа о том, что люди считают противоположностями, иногда помогает сформулировать следующий вопрос.

Вы заметили, что один абзац рассказа Аарона привел нас к рассуждениям на несколько страниц? Это одна из причин, почему нельзя спешить при обдумывании такого рода разговоров. После небольшого отрывка у нас появилась дюжина вопросов, и при этом ни один не касается самой истории. Но уже можно сделать несколько предварительных суждений по поводу того, как Аарон придает смысл миру, но только в виде очень приблизительных гипотез. Единственная важная причина обратить внимание на то, как первоначальный рассказ Аарона намекает на его форму сознания, в том, что эти догадки вызовут больше вопросов. Например, мужчина, кажется, не мотивирован исключительно собственными интересами, как могло бы быть при имперской форме сознания. В противном случае гораздо больше внимания уделял бы себе и тому, как ситуа­ция влияет на него. Аарон вроде озабочен чувствами своей жены и Кэти и ориентируется на что-то абстрактное и психологическое, такое как «голодный». Забота о других и психологическое наблюдение говорят не в пользу имперской формы сознания.

Есть сомнения по поводу границ его понимания ответственности за решение по ускорению или замедлению карь­еры. Кажется, Аарон знает, что может контролировать этот вопрос, что указывает на самоавторствующий разум. Но неясно, считает ли он позицию по этому поводу по праву своей или полагает, что должен главным образом опираться на мнение людей вроде Кэти. Если Аарон полагает, что другие должны прямо высказаться, а он взвесит их идеи и сделает собственный вывод, это больше похоже на самоавторствующую перспективу. Если считает, что остальным нужно выразить свои мнения, а он их сравнит и выберет более авторитетное без реального взаимодействия с собственной позицией и ценностями, то его форма сознания ближе к социализированной. Оба варианта говорят о переходном периоде между двумя вышеупомянутыми ступенями развития. Чтобы понять разницу, вы должны задавать вопросы о том, какой смысл Аарон придает своему решению по ускорению или замедлению карь­еры. Например: «Что будет для вас самым трудным, если выберете притормозить рост?» Обратите внимание на то, что вам не интересны практические шаги для замедления карь­еры или каким он полагает результат. Вы интересуетесь, какой смысл мужчина придает этой приостановке. Здесь довольно тонкое различие.

Есть и другие пути. Вы можете сфокусироваться на одном из конфликтов. Вероятно, внутренний разлад Аарона связан с тем, что точка зрения Кэти создает его собственное мнение о себе. Если она говорит, что вице-президент плохо делает свою работу, это может быть правдой. Такое положение дел больше похоже на социализированную форму сознания. А может быть, Аарон находится в состоянии конфликта, потому что его две ценности — это успех в работе и правильная семейная жизнь. И мужчина обнаружил, что не сумеет обеспечить обе одновременно. Это ближе к самоавторствующей перспективе, когда ценности генерируются самим человеком, но все еще могут конкурировать. Если вы пытаетесь понять Аарона, то один вопрос поможет проверить наши предположения и провести различие. Вам надо попытаться выяснить, принял ли он мнение Кэти о себе или видит разницу между своей точкой зрения и позицией Кэти. Подумайте, какой вопрос вы могли бы задать.

Как насчет такого:

«Когда Кэти сказала, что вы теряете напор, повлияло ли это на ваше мнение о своей активности?»

Ответ Аарона:

«Что ж, когда вы это упомянули, ответ — да. На самом деле я не чувствую, будто теряю что-либо, сбавляя обороты. Но, когда она это говорит, сразу понимаю ее ход мыслей и начинаю волноваться о том, что это означает для меня. Для меня по-настоящему важно чувствовать, что я неплохо взаимодействую с миром и справляюсь с задачами. Во многом мое восприятие себя зависит от ощущения, насколько я хороший работник. Знаете, на самом деле я чувствовал себя чуть ли не звездой. Я не горжусь этим. Вероятно, не следует сходить с ума из-за надписи на визитке. Но меня задевают новости о том, как очередной вице-президент получил приставку “Старший” на своей карточке. Жена убеждает не волноваться об этом. Она напоминает, что я самый молодой в компании на этом уровне. А значит, работу должен выполнять очень хорошо. Когда жена говорит мне это, я могу вспомнить, что она права. Но в то же время Кэти твердит, что я недостаточно голоден. В итоге я прихожу к мысли, что мой пик пришелся на 36 лет, а дальше будет только упадок».

Шаг 2. Сужение выбора

Теперь, когда у нас больше информации, можно проанализировать ее и отыскать новые ключи к форме сознания Аарона. Полезно рассмотреть следующие вопросы. Как насчет идеи успеха, которой Аарон придерживается для себя и которую сформировал сам? Это больше соответствует самоавторствующей форме сознания. А какие взгляды он позаимствовал извне, как своего рода упаковку для этой концепции? И это скорее можно отнести к социализированному образу мыслей. Например, по словам Аарона, его самоощущение проистекает из собственного мнения мужчины о себе. Он говорит: «Для меня по-настоящему важно чувствовать, что я неплохо взаимодействую с миром и справляюсь с задачами». На первый взгляд, это признак самоавторствующего сознания. Если бы Аарон упомянул выработанные им самим способы, которыми он взаимодействует с миром, то мы получили бы подтверждение данной ступени развития. Тогда мужчина мог бы рассуждать о своих целях и путях их достижения. Рассказать о внутреннем стандарте, который он для себя установил, и о том, как определяет отклонения от этого стандарта.

Тем не менее Аарон этого не делает. Все примеры, которые он приводит, — внешние. Такие, как эпитет «звезда» и должность на визитной карточке. Это больше указывает на социализированное сознание.

В то же время он упоминает дискомфорт по поводу того, что его самоощущение определяется внешними признаками. Говорит: «Я не горжусь этим. Вероятно, не следует сходить с ума из-за надписи на визитке». Его слова указывают на то, что у мужчины сформировался взгляд на социализированную форму сознания. Равно как и элементы самоавторствующего образа мыслей. Ведь вы не можете увидеть и критиковать свою текущую форму сознания, пока не начали рост по направлению к следующей.

Еще один ключ в том, что Аарон специально отметил: его самооценка во многом определяется отношением к работе. Он говорит: «Во многом мое восприятие себя зависит от ощущения, насколько я хороший работник». Это также заслуживает дальнейшего разбора. Наше отношение к тому, как мы формируем восприятие себя, складывается по мере развития. У кого-то ощущение идентичности проистекает лишь из одного аспекта его жизни. Этот человек потенциально меньше продвинулся на пути развития, чем тот, чье восприятие себя основано на разных контекстах. Стоит задать дополнительные вопросы, чтобы разграничивать дальше.

Как вы, возможно, заметили: задать один или два вопроса недостаточно, чтобы раскрыть процесс создания смысла. Нужно углуб­ляться дальше и выдвигать множество гипотез по поводу результатов дальнейшего погружения. Вы должны задавать вопросы, которые приведут к моментам, когда собеседник испытывает трудности в придании смысла, даже для себя. Так можно понять, что человек подошел к границам своей формы сознания.

Мы увидели в Аароне, что у него есть элементы как самоавторствующего сознания, так и социализированного. Возможно, происходит переход от одного к другому. Или, вероятно, мужчина дал нам противоречивую информацию. Но если мы в ней разберемся, то сможем исключить большую часть одной из форм сознания. И тогда останется только сделать вывод, что у него или самоавторствующий, или социализированный образ мыслей. Допустим, нам нужно узнать в процентах соотношение этих двух форм сознания. Можно его выяснить с помощью специального вопроса. Спросить у Аарона, шел ли он когда-нибудь вразрез с мнением того, кого считает авторитетом. Следующий вопрос позволит узнать, созданы ли те отличные взгляды им самим (как бывает в случае самоавторствующего сознания) или позаимствованы у кого-то еще. Так случается при социализированной форме мышления, когда есть множество отношений, в которые человек встроен. Одно дело, если Аарон ставит свою точку зрения вровень с мнением Кэти и слушает свой внутренний, возможно, вещающий с самоавторствующей позиции голос одновременно с речью извне. И совсем другое — если мужчина сравнивает взгляд начальницы с мнением жены. Тогда он сосредоточивается только на внешних голосах. Какой вопрос можно задать, чтобы выявить разницу?

Для простоты пусть будет:

«Бывает ли, что вы думаете: Кэти заблуждается насчет всего этого? Как вы пришли к такому мнению?»

Ответ Аарона:

«Да, конечно. Поэтому-то я и разрываюсь на части. Иногда мне кажется, что она очень многое упускает в своем настойчивом желании работать постоянно. У Кэти нет детей, и она не понимает, насколько важно, чтобы рядом с детьми были оба родителя. Но в то же время я никогда не был на ее уровне в компании. Кэти много знает о том, как добиться успеха. Поэтому иногда я думаю: она права, на ее стороне опыт. А в следующий момент проскальзывает мысль: она ошибается, ведь у нее нет детей. И тогда я чувствую, что застрял. Я должен быть способен принять решение самостоятельно, не полагаясь только на ее мнение. На самом деле это одна из причин ее раздражения. Я слишком к ней прислушиваюсь и недостаточно отстаиваю свою позицию. Но ведь Кэти, в конце концов, босс для большинства в компании, включая меня. Она знает едва ли не все о длительной и успешной карь­ере».

Шаг 3. Двигайтесь к границам: «лучший», «худший», «наибольший» и «наименьший»

Если вы приложили достаточно усилий, чтобы помочь человеку распознать элементы разлада, в какой-то момент его аргументы и речь станут нерешительными. В конце концов, это и есть конфликт. В нашем случае Аарон и попал в замкнутый круг. Он видит: и родительские обязанности, и работа одинаково важны для него. Но может положиться только на мнение тех, у кого есть и то и другое. В его жизни есть только люди, преуспевшие в работе или в семейной жизни. Поэтому мужчина не может полностью доверять им, чтобы принять сбалансированное решение. Поэтому Аарон одновременно и привязан к их точкам зрения, и понимает, насколько они однобокие. Это распространенное явление. Можно легко представить себе человека с любой формой сознания, ищущего людей в похожей ситуа­ции, чтобы принять решение. Но если вы посмотрите на структуру его потребности найти кого-то похожего, то не увидите каких-либо элементов или нюансов. Человек должен быть не просто родителем и работником, но и находиться в организации на том же самом уровне, что и Кэти. Отсюда можно предположить, что Аарон не способен создавать связи, которые позволяют совмещать знания из разных сфер жизни. Эта неспособность переносить информацию из одного контекста в другой распространена среди людей с социализированной формой сознания. Но можно в качестве игры поискать альтернативную гипотезу. Возможно, Аарон понял нечто важное о фундаментальной разнице в сложности между задачами на его уровне и на позиции Кэти. И его нежелание доверять кому-либо, лишенному такого опыта, больше связано с глубоким и комплексным пониманием ее работы, чем с недостатком способностей к обобщению.

Есть еще один камень преткновения. Аарон полностью доверяет мнению Кэти. При этом они оба считают, что мужчина должен больше полагаться на себя. Тем не менее он не может руководствоваться лишь своим мнением, потому что слишком сильно верит в ее опыт и роль в компании. Это тоже больше указывает на социализированное сознание, нежели на самоавторствующее. Опять же, необходимо в точности понять, что он имеет в виду.

Когда вы обнаруживаете, что разговор зашел в тупик, первым импульсом будет немного отступить и не пытаться выуживать информацию дальше. Это естественная реакция людей в такой ситуа­ции. Но если вам необходимо понять форму сознания человека, лучше всего спросить нечто, позволяющее еще чуть-чуть продвинуться. Такие вопросы выявляют границы. Они предлагают определить приоритеты. Какой результат лучший? Что хуже всего в этой ситуа­ции? В чем наибольший риск для вас?

Подталкивающие к границам вопросы ключевые в исследовании структуры производства смысла собеседника. Когда мы видим, что человек застрял, то понимаем: в эти моменты он не может продуцировать смысл. То есть находится на границе одного мира, который он знает и понимает, и другого, который пока ему недоступен. Человек достиг момента, когда ему необходимо расти дальше. Когда вы продолжаете интервью на этом этапе, то предполагаете, пойдет ли Аарон при ответе на более глубокий вопрос в социализированном или в самоавторствующем направлении. То есть будет искать опору вовне или сосредоточится на внутреннем мире. Вы зна­ете, что голос Кэти имеет ключевое значение. Поэтому нужно выяснить, кто на противоположном полюсе. Другой «внешний» голос или сам Аарон конфликтует с Кэти?

Вы спрашиваете:

«Если вы проигнорируете точку зрения Кэти, то что случится? Какой ваш самый большой страх?»

Ответ Аарона:

«Хороший вопрос. Хм. Чего бы я стал бояться? Скорее всего, того, что она окажется права и я застряну на одном месте в своей карь­ере. Стану одним из тех парней, которые постоянно смотрят на часы в ожидании пенсии. А еще что все вокруг будут думать: вот идет человек, который мог добиться большего, но упустил свой шанс».

Шаг 4. Задайте некоторые вопросы по-новому, чтобы погрузиться глубже

Теперь мы видим страх, который лежит в основе дилеммы Аарона. А именно что он может получить репутацию человека, застрявшего на одном уровне. Боязнь плохо выглядеть в глазах других — хорошее доказательство социализированной формы сознания. Практически все волнуются, как их воспринимают окружающие. Но если ваш наибольший страх связан с репутацией, то, скорее всего, голоса других людей в вашей голове звучат громче собственного. Тем не менее есть единственный способ убедиться в этом и исключить любую возможность, что сознание Аарона частично самоавторствующее. Он важный, хотя в это трудно поверить ввиду его кажущейся нелогичности. Нужно задать тот же самый вопрос еще раз, только в слегка измененном виде.

В данном случае вы можете повторить часть сказанного Аароном и снова спросить:

«Итак, для вас хуже всего получить репутацию того, кто считает часы до пенсии, или человека с высоким потенциалом, который его растратил впустую? Я могу представить разные причины, почему это может быть реально тяжело и страшно. Интересно, за какой аспект репутации вы больше всего боитесь?»

Ответ Аарона:

«Я думаю… Ну, если вы ставите вопрос именно так, то придется… Хорошо, я знаю, как я думаю про тех парней, которые постоянно смотрят на часы. И мне известно, что все о них говорят и как на них смотрят… Думаю, я никогда не хотел бы, чтобы так ко мне относились. Но важнее, что не только они будут думать обо мне таким образом, но и я сам. То есть я не смогу смотреть на себя в зеркало, если буду считать, что убиваю время на работе. Кажется, я тогда поверю во все, что говорят и думают обо мне люди. И все это окажется правдой. Не так ли?»

Здесь мы перешли к сути проблемы. Все вопросы крутятся вокруг других людей и того, как их мнения создают самоощущение Аарона. Возможно, это указывает на появление элементов самоавторствующего разума. Но его коллегам очень помогло бы понять, что подавляющее значение в его случае имеют голоса других. Аарон выразил ясно и безоговорочно одну мысль: если у других людей сложится мнение о нем, он разделит эту точку зрения. И не будет знать, как уйти от этого. Итак, Аарон принимает решения больше с социализированной перспективы, чем с самоавторствующей. Он развивается в сторону самоавторствующего разума, но еще не достиг его. Это очень полезно понимать людям, которые работают с мужчиной.

Без учета текущей формы сознания Аарона и того, что это лишь временная остановка на непрерывном пути, менеджер, наставник и даже парт­нер будут разочарованы кажущейся неспособностью этого человека к самостоятельному принятию решений. Это трудно запомнить, особенно тем, кто успешен, информирован и прекрасно себя контролирует. Но социализированное сознание хорошо работает лишь на исполнительных должностях. Если вы предполагаете другое, то это приведет только к разочарованию и горечи.

Если Аарон находится в самом начале пути от социализированной формы сознания к самоавторствующей, то коллега, руководитель или наставник могут его поддержать массой способов.

Например, тогда старший вице-президент Кэти знала бы, что ее ожидания от способа, которым Аарон осмысляет мир, нереальны на данный момент. Ей было бы легче сфокусироваться на качестве работы подчиненного, нежели на своем желании изменить его восприятие работы. Аналогично тренер-наставник заметил бы разочарование Аарона в своей сис­теме смыслопроизводства и помог бы ему продвинуться в сторону самоавторствующего разума. Для этого можно было бы указать Аарону на моменты, когда его авторский голос звучал громче всего, а также поговорить с ним о выгодах и потерях при переходе на следующую ступень развития. Далее приводится множество идей того, как применить эти знания на практике.

Переводим внимание на себя

Полезно узнать, как значимые люди в вашем окружении придают миру смысл. Но, возможно, важнее в таком ключе подумать о себе. Получить представление о структуре формы сознания другого человека очень сложно, а понять собственный образ мыслей еще труднее. Тем не менее хорошо разобраться в том, что значат для вас конфликт, непростое решение или радостное событие. Так вы испытаете как единство с собой сегодняшним, так и ощущение возможностей, которые несет следующая ступень развития.

Задавайте себе правильные вопросы и прислушивайтесь к ответам

Теперь давайте вернемся к вашему рассказу и подумаем, как вы придаете миру осмысленность. Перед тем как мы погрузились в сис­тему смыслопроизводства Аарона, я предложила написать один-два абзаца. В них следовало рассказать о каком-нибудь эмоцио­нально заряженном событии из вашей жизни или о том, по поводу чего вы не можете определиться.

Объект исследования вы сами, а не кто-то другой. Поэтому в чем-то будет легче, а в чем-то сложнее. Гораздо проще, поскольку не нужно тщательно формулировать вопрос или устанавливать контакт и показывать, как внимательно вы слушаете. Не придется беспокоиться, как бы не показаться слишком любопытными, ведь вы задаете вопросы себе! В то же время сложно создать достаточную дистанцию от своей истории, чтобы одновременно рассказывать и анализировать. Стоит отметить, что, по опыту, мы склонны переоценивать собственные способности и преуменьшать возможности других. Поэтому почти все думают, что они лучше среднего! Давать себе жесткую и честную оценку очень непросто.

Пока вы пытаетесь вникнуть в свою сис­тему придания смысла, необходимо оставаться неизменно беспристрастным, но проницательным. Вам должно быть по-настоящему любопытно. Хорошая новость: чем больше вы практикуетесь в такого рода самопознании, тем лучше становитесь и тем глубже понимаете свою форму сознания. И это ускоряет развитие.

Вот самый простой метод. Подумайте, позитивный ваш рассказ по большей части, например история большого успеха, или негативный (про злость и потерю). Или он отражает двойственные эмоции? Если вы, например, пытаетесь принять решение. Оцените эмоцио­нальную окраску и выберите один из вопросов в табл. 3.2.

Таблица 3.2. Вопросы для различных эмоцио­нальных окрасок

По­зи­тив­ная

• Что луч­шее в этом для вас?

• Чем вы осо­бен­но до­воль­ны?

Не­га­тив­ная

• Ка­кая для вас са­мая труд­ная часть?

• Из-за че­го вы боль­ше все­го вол­ну­е­тесь? Че­го бо­и­тесь?

Двойст­вен­ная

• Ка­кая часть это­го ре­ше­ния для вас глав­ная?

• Что пло­хо­го слу­чит­ся, если вы при­ме­те не­пра­виль­ное ре­ше­ние?

Задайте себе подходящий вопрос и подумайте над ответом. Он может вас удивить, но, скорее всего, покажется очевидным, как будто обсуждение уже состоялось.

Ситуа­ция: я разочарован в работе, но пока не решил, достаточно ли плохо на этом месте, чтобы уйти.

Эмоцио­нальная окраска: двойственность.

Первый вопрос (выберите из ): что самое плохое может произойти, если вы примете неправильное решение?

Первый ответ: в случае ошибки моя карь­ера собьется с правильного курса, о чем впоследствии я пожалею.

Маловероятно, что вы сделаете открытие или обнаружите какую-либо структуру в этом первом вопросе. Не стройте пока никаких гипотез. Или откажитесь от «интервью»! Подумайте над своим ответом на предыдущий вопрос и повторите его.

Первый ответ (выше): в случае ошибки моя карь­ера собьется с правильного курса, о чем впоследствии я пожалею.

Второй вопрос: что самое плохое может произойти, если моя карь­ера собьется с курса?

Второй ответ: хуже всего будет ощущение, что я сбился с пути и провалился, хотя мог бы реализовать свой потенциал.

Теперь, возможно, вы заставили свой разум потрудиться и почувствовали себя на новой территории. Конечно, не исключено, что пока не оторвались от знакомой почвы. И вряд ли вы уже проникли под оболочку формы сознания и добрались до структуры. Но следующий вопрос, скорее всего, заставит продвинуться еще немного к границам понимания. Даже если вы все время спрашиваете у себя одно и то же.

Второй ответ (выше): хуже всего будет ощущение, что я сбился с пути и провалился, хотя мог бы реализовать свой потенциал.

Третий вопрос: что самое плохое может произойти, если я провалюсь и не использую все свои возможности?

Третий ответ: все ценности я обретаю через работу. То, что я неправильно оценил ситуа­цию, означает мою неспособность проводить различия должным образом. Это в своем роде неудача. Получается, в мире работы мой вклад не так велик, как я полагал. И это худшее, что может случиться.

Итак, наш герой, скорее всего, пришел к новым знаниям по поводу ставок в его решениях. И осознал, почему так сложно для него сделать выбор. Возможно, этот человек упорядочил свое понимание того, как он осмысляет мир. Он может взглянуть на свои ответы и заметить отсутствие какой-либо внешней силы в его размышлениях о том, что труднее всего. Желания этого человека не такие конкретные и ограниченные, как у обладателя имперского разума. При этом он не сосредоточен на получении ответа от какого-либо внешнего человека, теории или идеи. Скорее всего, ответы героя выглядят как минимум самоавторствующими. Если он хочет быть честным с самим собой, то еще глубже исследует свои ответы и убедится в отсутствии внешних ориентиров. Разберется, самоавторствующая форма сознания или все-таки знание теории развития взрослых позволили ему избежать упоминания мнений других.

После того как вы задали себе вопрос из таблицы три раза, можно пойти разными путями. Или спросить себя четвертый раз, или углубиться в последний ответ. Во втором случае нужно задавать себе целенаправленные вопросы по каждой форме сознания. Они должны быть похожи на приведенные в табл. 3.3.

Таблица 3.3. Вопросы для тестирования конкретной формы сознания

Фор­ма мыш­ле­ния, ко­то­рую мы тес­ти­ру­ем

Во­про­сы, ко­то­рые вы мо­же­те за­дать пос­ле треть­е­го от­ве­та

Им­пер­ская

При­ни­маю ли я в рас­чет дру­гих лю­дей или сос­ре­до­то­чен на пре­иму­щест­вах и по­следст­ви­ях для се­бя? До­пус­каю ли я, что окру­жа­ю­щие мо­гут счи­тать ме­ня не­пра­вым или иметь свои чувст­ва и мыс­ли по по­во­ду си­ту­а­ции?

Со­ци­а­ли­зи­ро­ван­ная

Свя­зан ли мой от­вет с тем, как дру­гие вос­при­ни­ма­ют ме­ня или че­го, по мо­им ощу­ще­ни­ям, ожи­да­ют от ме­ня? Как силь­но мне­ния дру­гих фор­ми­ру­ют мое мне­ние о се­бе? Свойст­вен­но ли мне ис­кать пра­виль­ный от­вет или оце­ни­вать свое со­от­вет­ст­вие внеш­ним стан­дар­там, вмес­то то­го что­бы со­здать свои стан­дар­ты и свои от­ве­ты? Что слу­чит­ся, если дру­гие разо­ча­ру­ют­ся во мне или если я от­ка­жусь сле­до­вать важ­ным для се­бя пра­ви­лам, ру­ко­водст­вам, те­о­ри­ям или ро­ле­вым об­ра­зам?

Са­мо­ав­тор­ст­ву­ю­щая

На­сколь­ко в мо­ем от­ве­те про­смат­ри­ва­ют­ся собст­вен­ные убеж­де­ния, да­же если они рас­хо­дят­ся с тем, как дру­гие ме­ня ви­дят или ре­а­ги­ру­ют?

На­сколь­ко со­от­вет­ст­ву­ет мое са­мо­вос­при­я­тие внут­рен­ним прин­ци­пам? Ка­ким я пред­став­ляю се­бя, сле­ду­ю­ще­го чу­жим уста­нов­кам? Что это озна­ча­ло бы для мо­ей лич­нос­ти?

Са­мо­транс­фор­ми­ру­ю­ща­я­ся

Умею ли я ви­деть це­лост­ную кар­ти­ну? Уда­ет­ся ли мне смот­реть на си­туа­цию под раз­ны­ми уг­ла­ми? Ви­жу ли я хо­ро­шее в пло­хом и пло­хое в хо­ро­шем в сво­ем рас­ска­зе? Слож­но ли мне от­но­сить­ся к жиз­ни без по­па­да­ния в край­нос­ти и ста­ра­юсь ли я вос­при­ни­мать жизнь как путь, на ко­то­ром все со­бы­тия де­ла­ют ее ин­те­рес­нее и бо­га­че?

Расспросив себя о третьем ответе на вопросы по вашей истории, вы узна­ете о себе кое-что новое. Скорее всего, обнаружите, что находитесь в переходной фазе развития. И если вы близки к среднестатистическому человеку, то вопросы, нацеленные на социализированную и самоавторствующую формы сознания, окажутся самыми действенными. Вы можете запутаться, какая из них больше выражена, если пока мечетесь между двумя ступенями. Это состояние будет скорее продуктивным, чем неприятным. Даже простейшее представление о своем развитии дает массу преимуществ.

Преимущества знания своей формы сознания

С новообретенным представлением о своей форме сознания вы можете продолжить задавать вопросы и формировать новые грани понимания. Подумаете, принимать ли решение о необходимости дальнейшего развития. Вы можете распознать модели своей формы сознания и то, что именно вас подталкивает к тем или иным решениям. И сумеете изменить те паттерны, которые не способствуют вашему успеху или счастью.

В следующих главах вы увидите, как знание теории развития взрослого человека позволяет помогать другим. Но напоминаю — все это работает и для вас. Преимущества от знания своей формы сознания почти такие же, как от осведомленности о ступени развития окружающих. Вы можете:

  • быть реалистичнее в своих ожиданиях;
  • понимать свои ограничения;
  • осознавать, что вами движет и почему;
  • продумать направления, в которых вы могли бы развиваться, если бы решили;
  • наметить пути размышлений о поддержке, которая вам могла бы потребоваться при развитии способностей. Чтобы результатом стал переход на более высокий уровень сложности «я-концепции».

В любом случае, если вы будете обращать внимание на структуру мышления людей, это откроет широкие возможности, чтобы поддержать себя и поставить новые цели. Во второй части рассматривается, как теория развития взрослого человека может способствовать тому, чтобы мы и окружающие менялись на работе.

Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий