Сексуальные маньяки. Психологические портреты и мотивы

Внутреннее и внешнее давление на правоохранительную систему

Лишение свободы трудно дается человеку, привыкшему получать все, что он хочет. Поэтому неудивительно, что сразу после приговора Уоррен и его мать начали оказывать давление на правоохранительную систему по двум линиям: юридической и психиатрической. Что касается юридической стороны, то досье Уоррена заполнилось апелляционными жалобами. Когда стало понятно, что это бесполезно, отчеты психиатров запестрели замечаниями о переменах в поведении Уоррена (в лучшую сторону). И вдруг там же появилась рекомендация смягчить наказание («за успехи в коррекции поведения») и сократить срок заключения.
Подробности апелляционного процесса приводятся здесь с целью проиллюстрировать настойчивость Уоррена и его матери, а также отобразить количество времени и сил, которые система правосудия потратила на обеспечение защиты прав Уоррена.
После утверждения приговора в апреле 1966 г. в соответствующих инстанциях начали накапливаться письма — в первую очередь от Уоррена относительно обращения в апелляционный военный суд (АВС). Обжалование проводилось по двум правовым позициям: (1) являлись ли показания медсестры относительно слов пришедшей в сознание потерпевшей показаниями с чужих слов; (2) была ли изъята окровавленная одежда, принадлежащая Уоррену, незаконно и, следовательно, была ли она ошибочно допущена к суду.
В результате рассмотрения обжалования решение было принято не в пользу Уоррена, и АВС утвердил обвинительный вердикт в июне 1967 года.
Возражение о показаниях с чужих слов было отклонено, поскольку показания жертвы были идентичны показаниям медсестры. Таким образом, суд постановил, что показания медсестры были несущественными, поскольку они просто повторяли показания потерпевшей.
Изъятие одежды было признано законным, поскольку было произведено в ходе обыска при аресте, что исключает необходимость предварительного получения ордера.
Письмо о решении АВС, датированное 16 июля, было получено Уорреном 25 июля. Спустя три месяца, 9 октября, он направил письмо начальнику отдела военной юстиции главной военной прокуратуры с просьбой о пересмотре дела. Уже 16 октября главная военная прокуратура ответила, что Уоррен утратил право ходатайствовать о пересмотре дела, поскольку предусмотренный для этого годичный срок истек (командная инстанция утвердила обвинительный вердикт 28 апреля 1967 года).
Уоррен является примером типичного убийцы: он происходил из неблагополучной семьи, с детских лет отличался агрессивным поведением и совершил первое убийство еще до наступления совершеннолетия.
В письме сенатору от ноября 1967 года мать Уоррена опротестовала отказ в проведении нового судебного разбирательства, указав, что Уоррен не получил окончательного заключения от апелляционного военного суда до истечения установленного срока и что никто не сообщил ему о необходимости подать заявление о пересмотре дела в течение этого периода. Она также выразила обеспокоенность касательно нарушений, которые были допущены в ходе первого судебного разбирательства, а также психического состояния ее сына.
Сенатор передал письмо в следственный отдел военно-воздушных сил (ВВС). Данный офис сообщил ему, что все процессуальные нормы были соблюдены, а психиатрическое освидетельствование во время судебного процесса показало, что Уоррен находится в здравом уме, хотя и страдает характеропатией и расстройством поведения. Таким образом, преступник исчерпал все свои апелляционные возможности и не имел права обращаться с ходатайством о пересмотре после истечения годичного срока. По мнению управления, единственным оставшимся для Уоррена шансом было обращение в комиссию ВВС по исправлению ошибок военных судов. Это возможно только при наличии исключительных обстоятельств. Для этого Уоррену нужно было доказать, что он является жертвой несправедливости, и тогда комиссия рассмотрела бы его дело и дала соответствующие рекомендации министру ВВС.
Мать Уоррена обращалась также к другому сенатору и одному конгрессмену, поскольку информация о причинах отказа в пересмотре дела была направлена и им.
В ноябре 1967-го прошение Уоррена о помиловании и восстановлении в должности было отклонено.
В декабре 1967-го года Уоррен направил письмо другому конгрессмену, председателю комитета Палаты представителей США по вооруженным силам, и в подкомитет по конституционным правам судебного комитета Сената США. В них он объяснял, что откладывал подачу ходатайства о пересмотре дела до получения решения апелляционного военного суда и что никто и никогда не говорил ему о существовании предельного годичного срока. Эти письма также были переданы в управление ВВС по работе с законодательными органами.
В своем ответе управление по работе с законодательными органами сообщило о законопроекте, по которому срок подачи ходатайства о пересмотре увеличивается с одного года до двух лет с момента утверждения приговора командной инстанцией. В случае принятия нового закона его действие будет распространяться задним числом на решения, принятые в течение двух лет до даты его вступления в силу. Таким образом, если бы закон вступил в силу не позже чем 27 апреля 1968 года, у Уоррена могло бы появиться право ходатайствовать о пересмотре дела.
Управление еще раз предложило Уоррену обратиться в комиссию по исправлению ошибок военных судов или же ходатайствовать об исправлении фактических ошибок, допущенных при вынесении судебного решения. Последнее означало, что мужчине необходимо обратиться в рассматривавший его дело суд военного трибунала и привлечь внимание к ошибкам, допущенным в ходе процесса.
Новый закон вступил в силу только в октябре 1968 года, поэтому Уоррен не получил права ходатайствовать о пересмотре дела, а ходатайствовать об исправлении фактических ошибок он не стал. Однако в мае 1968 года он направил в АВС ходатайство о судебной защите. Его смысл заключался в том, что в отдельных случаях главный военный прокурор имеет право не принимать во внимание законодательную норму об ограничении срока подачи ходатайства о пересмотре дела одним годом, отменить первоначальный приговор и разрешить пересмотр дела. В ходатайстве подчеркивалось, что год — это слишком короткий срок, а потому данную ситуацию можно считать отказом в праве на защиту в суде.
14 июня 1968 года это ходатайство было отклонено. Уоррен предпринял еще одну попытку в январе 1971 года, написав апелляционное письмо начальнику военно-юридической службы. В ответном письме мужчину проинформировали, что он полностью исчерпал свои апелляционные возможности и что единственной мерой, к которой он может прибегнуть, является обращение в комиссию ВВС по исправлению ошибок военных судов.
Такое обращение было направлено в сентябре 1971 года. В нем утверждалось, что в его случае имели место ошибка и/или несправедливость, поскольку (1) в момент ареста ему не сообщили о его конституционных правах и (2) принятые судом доказательства были недостаточными для вынесения обвинительного вердикта, а ряд доказательств был получен с нарушением его прав (можно предположить, что имелась в виду окровавленная одежда).
Оба эти вопроса были решены не в пользу Уоррена, и обращение было отклонено. Требование сообщать задержанному о его конституционных правах распространяется только на аресты, производящиеся после 13 июня 1966 года, тогда как Уоррена арестовали в марте 1966 года, а с проблематикой доказательной базы тщательно разобрался АВС, который вынес по этому поводу соответствующее решение.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий