Немые голоса

Глава тридцать седьмая

Ночью вода медленно поднималась. Ветра не было, дождь не барабанил по окнам, а лил как из ведра, без остановки. Когда Вера проснулась, пейзаж за окном полностью изменился: вода господствовала над землей. Выглянув из окна, Вера увидела, что берега озера местами разрушились и размылись, сточные канавы превратились в реки, сбегавшие к лугам в низине и сливавшиеся в озера. Но небо прояснилось, и дождь прекратился.
Солнце только встало, когда ее разбудил звонок. Чарли. «Боже мой, он всю ночь не ложился».
– Я нашел машину.
Голос звучал хрипло, как будто он не просто не спал, но и разговаривал всю ночь, но в тоне слышалось ликование.
– Где?
– Недалеко от того места, где ее зафиксировала камера в Эффингеме. Со стороны Барнард-Бридж есть небольшой бизнес-парк. Она стоит на парковке.
– Черт возьми, как ты ее нашел?
– Глазами.
И она представила себе, как он кружит в темноте под дождем, проверяя каждую улицу и переулок в долине Тайна.
– Ты еще там?
– Да, я нашел ее около часа назад, но подумал, что тебе нужно поспать.
– Не стоило об этом беспокоиться!
– Ну, я так вымотался, что сам отрубился, не успев тебя набрать.
Она рассмеялась.
– Ты слишком честен, Чарли. Не быть тебе начальником. Можешь назвать мне компании из этого бизнес-парка?
Он замолчал, и она услышала, как он ерзает по сиденью. Она представила себе, как он рассматривает информационную доску на въезде на парковку. Она точно знала, что это место собой представляет: полдюжины опрятных кирпичных зданий, страховые компании, компьютерщики, местные предприниматели, пара известных названий. В любом случае аренда здесь была ниже, чем в городе.
Он начал перечислять названия: «Суифт Компьютинг», «Органические продукты Нортумберленда», «Фенем энд Брайт Комьюникейшнз», «Дженерал…»
– Стоп, Чарли. Кристофер Элиот работает в «Фенем энд Брайт». Машина – место преступления, никого к ней не подпускай, но не вызывай криминалистов, пока я с ним не поговорю. Пронаблюдай, как он приедет на работу, и задержи его, только если он попытается уйти. – Тут она вспомнила, что он всю ночь не спал. – Я вызову Холли, чтобы она тебя сменила.
– Не, – ответил он. – Не волнуйся. Я подожду, пока ты не приедешь.
– Но я сначала отправлюсь к Моргану, а потом в долину Тайна. Мне нужно прояснить пару фактов, прежде чем взяться за Элиотов.
Она уже одевалась, копаясь в ящиках в поисках чистого белья и решив, что юбка, в которой она была вчера, сойдет. Хорошо, что кримплен не мнется. На душ времени не осталось. Всю дорогу она сидела на телефоне, включив гарнитуру, которую перенесла из своей машины в «Лендровер» Гектора. Его машина лучше справилась бы с затопленными дорогами.

 

Сначала она решила, что Майкл Морган слинял. Окна в квартире по-прежнему зашторены, и, хотя для открытия клиники еще рано, она все же ожидала увидеть хоть какие-то признаки жизни. Она представляла себе, как они с Фрейей завтракают экологически чистыми мюсли с йогуртом после занятия йогой. А фоном звучат песни китов.
Она постучала в дверь. Из окон напротив выглянули соседи. Наверняка они вспомнили ее по прошлой ночи. Еще немного, и они вызовут полицию. Соседская дружина наверняка обладает в Тайнмуте широкой сетью. Такое уж место. Вера уже решила бросить свои попытки и рвануть к Чарли, как на лестнице раздались шаги и дверь открылась.
Она сразу поняла, что Морган пил. Может, всю ночь, или, может, он поспал часа два и проснулся с похмельем, которое пока не сильно ощущалось, потому что он все еще был пьян. В этом она эксперт. Одет в растянутые штаны для йоги и свитер с капюшоном. От него воняло алкоголем и потом.
– Боже мой, я думала, вы живете в трезвости.
Она толкнула дверь, и он немного отшатнулся, а затем пошел за ней наверх. Она раздвинула занавески и открыла окна в обоих концах комнаты. На полу стояла пустая бутылка водки и стакан. Она молча прошла на кухню и сделала две чашки растворимого кофе.
– Это Фрейя купила? – Вера подняла банку дешевого растворимого кофе и потрясла ей перед ним. – Вы ведь любите настоящий? Вы с Дэнни разделяли снобизм в отношении кофе.
– Фрейя ушла, – сказал он.
– Что случилось? – Она порадовалась про себя, но говорила сочувственно. Сошла бы за соцработницу.
– Влюбилась в другого. Один из студентов. Очевидно, блестящий актер. Непременно станет звездой.
С каждым предложением его досада росла. Интересно, сколько в нем горя по Фрейе, а сколько шока от того, что она осмелилась выбрать другого? Как у Дэнни, когда Ханна его бросила. Гордость – еще одна их общая черта.
– Ну, она очень молода, – сказала Вера. – Возможно, слишком молода для того, чтобы остепениться.
– Но я хотел остепениться! – почти кричал он. – Я хотел дом, семью. Все, что есть у других.
– Но не все ведь зависит от того, чего хотите вы, дорогой. – Он напомнил ей тех маленьких детей, которые иногда падают на пол в супермаркете, бьются и орут, потому что мама не покупает им мороженое. – И мне нужно поговорить с вами кое о чем поважнее вашей любовной истории. Пейте кофе и возьмите себя в руки. Мне нужны ответы на вопросы, и я не могу просидеть с вами весь день.
Она опустилась на диван в гостиной и ждала, когда он присоединится.
Позже, когда беседа закончилась и она поднялась, чтобы уходить, он сказал:
– Знаете, я очень любил Фрейю. Я думал не только о себе.
«А Мэтти Джонс очень любила тебя. Но, вместо того чтобы напиваться всю ночь дешевой водкой, она убила своего ребенка». Вера посмотрела на него и промолчала. Может, в конечном счете, это и не его вина.

 

Когда Вера приехала к бизнес-парку, Чарли все еще был на парковке. Вера просочилась в его машину на пассажирское сиденье. Холли и Джо уже сидели сзади. Территория была симпатичная и ухоженная, парковка для посетителей укрыта от обитателей офисных зданий деревьями и кустами.
– Вон там машина Конни. – Чарли указал на дальний угол в тени. – Я чуть ее не проглядел.
От него воняло не так ужасно, как от Моргана, но близко к тому. Похоже, он не брился несколько дней, и в пепельнице была горка бычков.
– Элиот приехал?
– Ну, я его не знаю, но машина, которую ты описала, приехала в половине девятого, припарковалась на зарезервированном месте рядом со входом, и высокий седой джентльмен зашел в здание.
– Значит, это он. – Вера посмотрела на часы. Было начало десятого. – Джо, ты пойдешь со мной. Холли, останься здесь и немедленно вызывай криминалистов. Чарли, поезжай домой и прими душ.
Он начал спорить.
– Ты тут герой, – сказала она. – И мы этого не забудем. В душ, бриться, часок поспать – и можешь возвращаться. Ничего важного ты не пропустишь. Мы будем держать тебя в курсе.
– А чем занимаются «Фенмен энд Брайт»? – спросил Эшворт.
Она быстро шла к офисному зданию, и Джо едва поспевал за ней, так что вопрос прозвучал немного отрывисто.
– Устанавливают телефоны и интернет, в основном в развивающихся странах. Поэтому Кристофер Элиот так часто в разъездах.
Она поискала информацию о компании в сети после того, как встретилась с Элиотом в их белом доме.
– Думаете, он связан с исчезновением Конни?
– Этого я не узнаю, пока не спрошу, – ответила Вера.
Они прошли через распашную дверь к ресепшену. За стойкой сидели две лощеные женщины, обсуждали наводнение и явно наслаждались чужой драмой.
– Видела местные новости по телевизору? Как смыло ту машину? Кое-где даже электричество отключилось.
С каждой стороны стойки в больших кадках стояли цветы, у них тоже был лоснящийся вид.
– Я могу вам помочь?
Ашингтонский акцент с надменной ноткой.
– Надеюсь, что сможешь, дорогая. Мне нужно поговорить с Кристофером Элиотом.
Она мгновенно ответила, как автомат:
– Мистер Элиот сегодня весь день занят, к сожалению. Возможно, его секретарь сможет вам помочь.
Вера положила на стол удостоверение.
– Как я сказала, мне нужно поговорить с мистером Элиотом. Просто покажите нам, где его офис. Не стоит о нас предупреждать. – Проходя через дверь в коридор, она остановилась и развернулась, наслаждаясь возмущением на лице женщины. – Очень скоро на парковке начнут работать наши люди. Обеспечьте их чаем и кофе, пожалуйста. Премного благодарна.
Джо, стоявший рядом, закашлялся, и Вера почувствовала себя на вершине мира.
Офис Элиота был на втором этаже с видом на лес и холмы вдали. Она подумала, что здесь он, наверное, скорее чувствовал себя как дома, чем в белом доме. Возможно, он был военным. Офицером, конечно. Одним из тех, кто мог собрать все свое добро в рюкзак и одинаково хорошо служить в Афганистане и Южной Джорджии. Наверняка в его паспорте стояли штампы со всего мира. Но сейчас его штаб-квартира была здесь. На стене висела карта с красными кнопками по всему африканскому континенту. На столе стояла фотография двух маленьких мальчиков.
– Это Патрик? – Вера указала на младшего. Он был худенький, больше похожий на отца, чем на мать.
Элиот сидел за столом. Он приподнялся, когда Вера зашла:
– Инспектор Стенхоуп? – приветствуя и прохладно интересуясь причиной вторжения одновременно. После ее вопроса он посмотрел на фотографию. По выражению его лица было невозможно понять, о чем он думает. – Да, это Патрик. Это фотография с его второго дня рождения. Через неделю он погиб.
– Дома его фотографий нет, – утвердительно сказала Вера.
Он нахмурился.
– Мы все горюем по-разному, инспектор.
– Вы никогда не думали о том, чтобы завести еще одного ребенка?
Вера думала, что он скажет ей, что это не ее дело, как поступила бы она, но, возможно, он был благодарен возможности поговорить об этом, пусть даже с чужим человеком.
– Я бы хотел еще одного ребенка, но Вероника и слышать об этом не могла. Сказала, что не может так рисковать. Вдруг что-то случится, что-то пойдет не так? Она не смогла бы вынести потерю еще одного ребенка. Это бы ее убило.
– Вам эта реакция не казалась преувеличенной? – спросила Вера осторожно и тихо.
Он пожал плечами.
– Я же говорю, инспектор, мы все горюем по-своему.
– Конечно. – «А ты горюешь, постоянно переезжая. Часы, проведенные в аэропортах, поездки на грузовиках по пыльным дорогам, новые лица, новые места. Никаких привязанностей». – Где вы познакомились с Вероникой?
На этот раз он усомнился в причине вопроса.
– Ну что вам, сложно, что ли?
И он ответил. Возможно, он так же привык исполнять приказы, как и отдавать их.
– В отеле «Уиллоуз». На вечеринке в честь помолвки. Друзья друзей. Кажется, я знал ее с детства. Знаете, как бывает, когда растешь в одной и той же местности. Ее родители были намного более знатными, чем мои, но у них не хватало денег. Там была эта печальная история о пожаре. Дом был не застрахован. Но впервые пообщались мы на вечеринке в «Уиллоуз». Вероника, кажется, уезжала. Работала няней у друзей ее родителей, в Скоттиш-Бордерс. Она выглядела прелестно. Она и сейчас такая, конечно, но тогда она была просто потрясающе красива.
«Верность. Еще одна добродетель военного».
Он вытащил из кошелька маленькую фотографию. На ней была Вероника лет двадцати. Очень худая и бледная. Длинные темные волосы, откинутые с лица. Серьезная. Ни намека на смех.
– Саймон был первым ребенком Вероники? – спросила Вера.
– Конечно! – Он рассмеялся. – Это была очень простая беременность. Никаких проблем, никаких выкидышей. Ничего такого. Он родился чуть раньше срока, я пропустил сами роды. Вернулся с Ближнего Востока, когда все хлопоты были позади. Но все прошло очень гладко. Поэтому я думал, что мы можем рискнуть и завести еще одного ребенка после смерти Патрика. – Он посмотрел на нее. – К чему это все, инспектор?
– Копаюсь в прошлом, – весело ответила она. – Просто любопытство. Но я здесь не для этого. Я здесь потому, что на улице стоит машина, принадлежащая пропавшей женщине.
– Что?
– Конни Мастерс. Она живет в Мэллоу-Коттедже, прямо через дорогу от вас.
– Я слышал о ней от жены, но никогда с ней не встречался.
– Значит, вы не знаете, что ее «Ниссан Микра» делает у вас на парковке?
– Простите, инспектор, не имею ни малейшего понятия.
Он посмотрел на нее ясными серыми глазами, и впервые в жизни Вера не могла понять, говорит человек правду или нет. Она представила себе его за деловыми переговорами. Или за игрой в покер. Он был бы хорош. Даже если он блефовал, его лицо это не выдало бы.
Она встала, заметив, что Эшворт удивился, что она готова оставить все как есть. У двери она остановилась и развернулась, посмотрев Элиоту в глаза.
– Патрика похоронили? – спросила она. – Могила есть?
Даже если вопрос его и шокировал, он этого не показал.
– Нет. Его кремировали. Так решила Вероника.
– А пепел рассеяли по Гриноу, ее старому семейному поместью.
Утверждение, а не вопрос.
– Да.
– По этой причине это место так для нее важно? – спросила Вера.
– Оно важно для всех нас.
На этот раз Вера вышла из офиса и аккуратно закрыла за собой дверь.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий