Немые голоса

Глава тридцать вторая

Вера хотела поговорить с Майклом Морганом. Она бы ни за что не призналась в этом Джо Эшворту, но она серьезно облажалась на той встрече с Майклом, когда они вломились в его квартиру. Что-то в этом человеке – легкость тела, ощущение собственного превосходства – зацепило ее, и она потеряла фокус. Он любил игры разума. Этим он зарабатывал на жизнь. Он зависел от легковерия его клиентов. Но на этот раз она будет спокойна. Проведет его по фактам, загонит в угол.
Она встретилась с Джо в Тайнмуте, где они говорили с Фрейей. Он уже ее ждал, делал какие-то заметки в своем ежедневнике, немного нахмурившись, как школьник за сложным домашним заданием. Вера заказала кофе и большой кусок шоколадного торта. Она ничего не ела, кроме завтрака в Барнард-Бридж.
– Что узнал у Шоу?
– Дэнни был в «Уиллоуз» в то утро, когда умерла Дженни Листер.
– Был, значит? – Вера не понимала, хорошие это новости или затруднение. – Значит, он мог видеть то, что случилось, даже если не участвовал сам.
– Я спросил Шоу про Гриноу.
– И? – Вера оторвалась от торта. Что-то в этом месте не давало ей покоя.
– Кристофер Элиот готовился продать его под застройку, но в итоге сделка провалилась. У меня сложилось впечатление, что Вероника была против.
– Интересно, почему она так к нему привязана. Заросший сад и пара статуй. Сарай для лодок. Если бы Патрик погиб там, а не в Барнард-Бридж, это еще можно было бы понять. – Вера поняла, что говорит сама с собой, и вернулась к Эшворту. – От Конни по-прежнему никаких новостей?
Она знала, что он беспокоится о ее исчезновении.
– Я объявил машину в розыск. Если ее не будет дома к вечеру, думаю, нужно обратиться к общественности и привлечь журналистов. Если бы ей просто нужно было отдышаться, она бы сообщила нам, куда едет. Она не глупая женщина.
– Ты же понимаешь, – сказала Вера, – что люди увидят в ее исчезновении доказательство вины? Пойди к журналистам, и они превратят ее в ужасную ведьму, виновную в смерти Элиаса Джонса, и серийного убийцу. Ее фотографии будут во всех газетах и на телевидении. Именно то, что нужно накануне поступления ее дочери в школу. Нет.
– Вы думаете, она убила?
– Не. – Вера засунула в рот последний кусок торта, и крошки разлетались повсюду, пока она говорила. – Я думаю, она напугана. И не только из-за журналистов. Кто-то подсказал ей смываться.
– Все может быть трагичнее.
– Думаешь, кто-то убил ее, чтобы заставить молчать? – Вера облизала пальцы, чтобы собрать крошки с тарелки и со стола. – Это возможно. Но если она мертва, мы ей не поможем, и обращение к журналистам будет совсем ни к чему. – Она помолчала. – Что ей известно такого важного, что она не стала с нами говорить?
– Она могла узнать парня, который появился у нее на пороге в день смерти Дженни Листер. Мы хотели показать ей фотографии всех подозреваемых мужчин.
– Да, – ответила Вера. – Возможно. Но если бы он хотел сохранить в тайне визит к Элиотам, он не стал бы спрашивать дорогу у незнакомцев. То же самое, если бы это он выбросил сумку Дженни.
Она подумала, что тот парень мог быть каким-нибудь коммивояжером. Конечно, Конни бы узнала Моргана, если бы он появился у нее на пороге. И уж точно не позвала бы его на чай. Но, с другой стороны, с его новой стрижкой даже она его не узнала.
– Значит, ее отпугнуло что-то связанное с делом Элиаса Джонса?
Джо явно не собирался отпускать эту тему.
– Это возвращает нас к Майклу Моргану, нет? Если не брать в расчет Конни, он единственный, вовлеченный дело Элиаса Джонса, кто мог быть убийцей. Мэтти Джонс лежала в больнице. Значит, нужно сосредоточиться на нем. Потом вернемся в Барнард-Бридж. В это время девочке уже будет пора спать. Если к этому моменту они не приедут, можно будет начинать беспокоиться.
Она посмотрела на Эшворта, осознав, что ее слова звучали бесчувственно. Он бывал сентиментальным, особенно когда дело касалось женщин и детей. Но он кивнул.
– Итак, – сказала она. – Морган. Я подумала, не привезти ли его в участок.
– У нас на него достаточно, чтобы это сделать?
– Я не говорю об аресте, – ухмыльнулась она. – Просто пригласить. Он примерный член общества. Уверена, он рад помочь. Но на нашей территории у него будет меньше уверенности. Что думаешь? – Обычно такие вопросы были риторическими, но на этот раз Вера действительно хотела услышать его мнение.
– Я не уверен.
– Ну же, Джоуи. Говори! Ты можешь не соглашаться со мной. Время от времени.
– Он умеет играть в игры, не так ли? Его уже привозили на допросы после гибели мальчика. Беседа в участке не будет для него в новинку. Возможно, даже не напугает. Он позаботится о том, чтобы там присутствовал его адвокат.
– И что ты предлагаешь? – Она услышала раздражение в своем же тоне. «Очень здорово, конечно, отшивать мои идеи. Предложить что-то свое – это уже сложнее».
– Может, привезем его в его кабинет в «Уиллоуз»? Это его озадачит. Выдернем его из дома, как раз когда он собрался пить чай. По дороге можем объяснить, что ищем следы Конни и девочки. Его кабинет – нейтральная территория, но некомфортная для него. Я знаю, что он там не держит своих записей, но мы можем сказать, что у нас есть особые причины на то, чтобы его осмотреть. Домой отправим на такси и будем…
– Почти что в Барнард-Бридж, чтобы заехать к Конни до завершения спектакля. – Вера улыбалась. – Слушай, парень, кое-чему я тебя все же научила.
Она решила позвонить Моргану заранее и предупредить, что они за ним заедут. Более формально, чем просто заявиться к нему на порог. И, позвонив ему с сотового, стоя на другом конце улицы, она увидит, если он или Фрейя вдруг появится с Конни и ее дочерью. Хотя этого бы не произошло. Морган, может, и подонок, но он слишком умен, чтобы держать их у себя.
Моргана озадачило ее настойчивое желание поехать в «Уиллоуз».
– Это действительно так необходимо, инспектор? Там совершенно не на что смотреть.
– Конечно, мы можем достать ордер на обыск, если хотите, мистер Морган. Но это может занять пару часов, а я совсем не горю желанием вытаскивать вас посреди ночи.
В квартире он был один. Фрейи не было. Эшворт спросил про нее, и Морган сказал, что она пошла в кино с друзьями. Он пытался делать вид, что ему это нравится, но Вера видела, что он сердился. Она попросила воспользоваться ванной и быстро осмотрела квартиру. Одна спальня с раскладным диваном вместо кровати. «Все равно что спать на листке картона», – подумала Вера. Очень чисто и прибрано. Даже мышь не спряталась бы. Полотенца в ванной сложены, зеркало сияет. Она не могла себе представить Моргана с пылесосом. Интересно, кто здесь наводит чистоту – Фрейя или уборщица. Если Фрейя, то скоро она сбежит отсюда без всякого воздействия извне.
Они ехали в «Уиллоуз» в полной тишине. Идея Веры. Морган любит болтать, так он чувствует, что контролирует ситуацию. Он попытался завести разговор только один раз, когда они выехали на трассу:
– Есть продвижение в деле, инспектор?
Но Вера сразу ответила, не дав ему закончить фразу:
– Давайте подождем, пока сможем нормально поговорить, хорошо?
В поездке она чувствовала, как его напряжение растет. Приехав в «Уиллоуз», они шли по обе стороны от него – не потому, что думали, что он может сбежать, а чтобы заставить его почувствовать себя подозреваемым. Он воспользовался своим электронным ключом, чтобы попасть в зону, закрытую для посетителей, а затем еще раз, чтобы пройти в маленькую комнату, где принимал пациентов.
– Вы так их называете? – спросила Вера. Они сидели за кофейным столиком друг напротив друга. У одной стены была высокая кровать, а в этих мягких креслах Морган, видимо, записывал историю болезни. – Пациентами? У вас есть какое-то медицинское образование?
– Чтобы заниматься акупунктурой, нужно пройти долгое и сложное обучение.
Он не собирался поддаваться на провокации, но ему было сложно держаться своего прежнего расслабленно-веселого тона. В нем ощущалась нотка раздражения, и Вера готовилась ликовать.
– Но вы ведь не врач?
– У западной медицины нет ответов на все вопросы, инспектор.
– Вы наверняка слышали про Дэнни Шоу. – Вера так быстро сменила тему, что он заморгал. Для Эшворта сиденья не нашлось, и он стоял, прислонившись к двери, блокируя возможность побега. – Конечно, слышали. Я знаю, у вас нет телевизора, но в вашей модной газетке об этом точно писали. Не сомневаюсь. Еще одно убийство, связанное с «Уиллоуз». Пресса в восторге.
– Очень печально, – сказал Морган, – но я не понимаю, как это, по-вашему, связано со мной.
– Вы были очень близки с Дэнни, – выпалила Вера. – По крайней мере, так считает его мать.
– Это несколько преувеличенно.
– Он восхищался вами, – продолжала Вера, как будто ее не перебивали. – Восхищался вашей энергетикой, тем, как вы добивались того, что хотите. Наверное, вам льстило, что такой сообразительный парень слушает вас, открыв рот.
Морган не смог сдержать улыбку. Даже перед двумя копами, наблюдавшими за ним, он не смог удержаться от самодовольства.
– Между нами состоялась пара интересных бесед. Как вы сказали, он был сообразительным парнем. В таком месте редко выпадает шанс поговорить с умным человеком.
– Конечно, – ответила Вера. Ей пришлось прикусить язык, чтобы не задать вопрос, не для этого ли он сошелся с Мэтти и Фрейей. Чтобы вести умные беседы. – Когда вы в последний раз его видели?
– Вечером накануне его смерти, – ответил Морган. – Думаю, тогда.
– Расскажите.
Кресло было удобное, намного удобнее мебели в квартире Моргана. Вера с усилием пыталась сосредоточиться. Она вдруг подумала, что тут можно очень легко заснуть.
– Мы встретились в холле выпить кофе. Как обычно, когда наши смены пересекались.
– Как вел себя Дэнни? – Она подвинулась вперед, чтобы сидеть более прямо.
Морган ответил не сразу, и Вера вдруг проснулась. Он что, пытается сочинить что-то в ответ? Значит, ему есть что скрывать.
– Он мне показался немного дерганым, – сказал наконец Морган.
– В каком смысле – дерганым?
Она наклонилась вперед, упершись локтями в колени, глядя прямо ему в глаза.
– Ну, знаете, напряженным, взвинченным. Может, он просто выпил слишком много кофе. Вряд ли что-то еще могло повлиять.
– Мистер Морган, вы привыкли распознавать физические реакции людей. Вы этим зарабатываете. Так вы убеждаете несчастливых людей довериться вам. Таких, как Лиза, которая тут работает. Людей, неспособных позволить себе ваши тарифы. А потом убеждаете ваших пациентов открыться вам. Я хочу знать точно, как вы оценили состояние Дэнни в тот день. И что именно он говорил.
Комната была очень маленькая, без доступа естественного света. В воздухе слегка пахло какими-то ароматическими маслами или свечами. Но Вера почуяла и страх в человеке, сидевшем так близко к ней.
– Как я сказал, он был взвинчен, – ответил Морган, не глядя ей в глаза. – Чересчур. Сначала я подумал, что это наркотики, но потом решил, что это просто адреналин.
– И что он сказал?
– Ничего особенного. Правда. Ничего такого, что могло бы помочь вам найти убийцу.
– Я думаю, вы не обладаете квалификацией для того, чтобы об этом судить. – Вера повысила голос, и он наполнил всю комнату.
– Он задавал вопросы, – сказал Морган. – О Дженни Листер и ее участии в деле Элиаса Джонса. «Ты же знал ее, чувак. Какой она была? Такая же чопорная ханжа, как писали в газетах?» Довольно неприятные вопросы. Я думал, Дэнни выше таких сплетен.
– Дэнни рассказал вам, что он знал Дженни? Что когда-то был влюблен в ее дочь? Что винил Дженни в их расставании?
Вера впервые проговорила это вслух, но не сомневалась, что так оно и было. И это давало Дэнни мотив для убийства.
– Нет, – тихо сказал Морган, взвешивая слова. – Ничего такого он мне не говорил.
– Но вы не удивлены!
– Нет, не удивлен. Его интерес к убийству Дженни Листер был сильнее обычного вуайеризма. Мне он показался каким-то личным.
– Вы думаете, он ее убил?
Пауза. Морган посмотрел на нее, ничего не ответив.
– Вы же наверняка об этом подумали. Все эти вопросы.
Вера снова ждала ответа. Наконец Морган сказал:
– Возможно. Да, он был так взвинчен. Возможно, он ее убил.
«Но ты бы все равно так ответил, – подумала Вера. – Если бы ты был убийцей, что еще ты мог сказать?»
Морган осмотрел комнату как артист, ожидающий аплодисментов после особенно драматичного момента. Ну, она не собиралась его радовать. Она продолжала разговор в том же тоне:
– Вы помните что-нибудь еще о вашем разговоре с Дэнни в день накануне его смерти?
Морган нахмурился.
– Он говорил о дружбе. О том, как для него важна наша дружба. Он много с кем познакомился в Бристоле, но ни с кем не мог быть по-настоящему собой. В университете много позеров. Наверное, мне должно было польстить, но к тому времени мне просто хотелось добраться домой, и я не особенно вслушивался. Боюсь, я его оборвал и сказал, что мне нужно спешить. Сейчас мне стыдно. Если бы я выслушал его внимательнее, как настоящий друг, возможно, его смерти можно было бы избежать.
Вера позволила ему на секунду задуматься в самодовольном горевании и продолжила:
– Вы не говорили, что были с Фрейей в отеле в то утро, когда задушили Дженни Листер.
Этого он никак не ожидал, и от его выражения лица ей хотелось петь.
Она продолжала:
– Я знаю, вы очень низкого мнения о полиции, мистер Морган, но вы должны были понимать, что это мы выясним.
– Фрейя приехала на занятия для беременных.
– Очень мило. – Она смотрела на него, ожидая продолжения и теряя терпение. – А вы, мистер Морган? Чем вы занимались?
– Я был здесь, – ответил он. – В этой комнате. Возился с бумагами.
– Почему вы нам раньше об этом не рассказали?
– Потому что вы не спрашивали, инспектор.

 

По дороге к машине Вере хотелось обсудить с Джо их разговор. Ей казалось, что она держалась почти идеально, сдержанно, и она хотела почувствовать признание. Но он включил телефон и держал его у уха, слушая голосовую почту.
– Ну?
Он наконец убрал телефон в карман.
– Один звонок от криминалистов. Они обнаружили остатки несгоревшей бумаги на костре в саду Шоу. Подумали, что нас это может заинтересовать. Полагают, что это записки Дженни Листер.
– Ее блокнот, – сказала Вера. Мысли разбегались во все стороны. – Возможно, черновики того, что она писала про Мэтти.
– Они их расшифровали и прислали по электронной почте.
– А другой звонок?
Эшворт был напряжен и обеспокоен, а не обрадован, поэтому она поняла, что он получил новости не только от криминалистов.
– От Конни Мастерс. Говорит, с ней все в порядке, просто уехала на пару дней.
– Ну, – сказала Вера, – это ведь хорошо? Жаль, потому что мы не можем показать ей фотографии, но, по крайней мере, мы знаем, что она в безопасности.
– Я в этом не уверен. – Он подошел к машине и остановился, смотря на отель. Было темно, везде горел свет. – Она странно разговаривала. Хочу, чтобы вы послушали ее сообщение.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий