Death Stranding. Часть 2.

Эпизод VII. Дедмэн (продолжение)

Ветер стихал, а вместе с ним слабел снегопад и наконец совсем прекратился. Черная туча, висевшая так низко, что до нее, казалось, можно дотянуться рукой, исчезла в одно мгновение, но солнца все равно не было видно. Только спустя четыре дня после отправления из Горного узла Сэм смог добраться до самой высокой точки горного хребта. Был и обходной путь, но Сэм решился пойти через пик.
Хотя он добрался до отметки, близкой к 4000 метров, за тонкой вуалью, затянувшей все небо, ничего нельзя было увидеть. Не верилось, что за этой дымкой, похожей на туман, простирается голубое небо, а еще дальше – кромешно-черное пространство космоса.
Прежде Бриджет рассказывала юному Сэму: «Наши предки, попав на Американский материк, продвигались к западным границам. Когда они достигли запада, то устремились в космос, а после направились исследовать виртуальные пространства интернета. Послушай, Сэм. Семья Стрэнд произошла от одного из первых поселенцев, прибывших в Америку. Осваивать новые земли, создавать инфраструктуру, которая дарит людям будущее, – вот в чем издавна заключается наша роль. Первый мост на остров Манхэттен тоже возвел наш далекий предок. Сэм, поэтому ты тоже должен построить мост». Ничего тогда не знавший Сэм Стрэнд дал обещание, с энтузиазмом кивнув.
«Сейчас дорога в космос закрыта, и люди пытаются перекинуть мост в мир мертвых. Неужели это наш последний рубеж?»
Хиральная связь – это сочетание интернета и мира мертвых, как объяснила Локни. Она была сотрудником «Бриджес», однояйцевой сестрой-близнецом Мамы, эксперта по теоретической физике. Вдвоем они разработали «Кьюпид».
– Хиральная связь дает доступ к тому миру, и мне кажется, что с ее помощью можно восстановить утраченное прошлое и потерянное наследие. Нужно вернуть ставшие разрозненными знания, которых человечество лишилось из-за Выхода смерти. Но если заниматься только этим, то человечество навеки застрянет в прошлом. Точно так же, как мы с сестрой, когда были связаны узлом – нашей дочерью, – сказала Локни. – Поэтому Горный узел станет частью хиральной сети, но в «Бриджес» мы не вернемся. Нам нужно еще время подумать.
«Локни и ее сестра расстались с частью прошлого, уладили разногласия из-за умершей дочери и сейчас получили возможность выбирать будущее. Какой же выбор есть у меня?» – Сэм посмотрел на грудь, где раньше был ББ.
Лу не было, потому что Дедмэн забрал его, чтобы исправить появившиеся неполадки. Впрочем, когда ремонт завершится, Сэму вернут не Лу, а ББ, чью память полностью обнулили. Другого выбора не было. Кроме того, Сэма беспокоили темные тайны «Бриджес», о которых рассказал Дедмэн: мотивы Бриджет, тайком продолжившей испытания давно засекреченной технологии ББ, и прошлое директора, преданно служившего ей. Сейчас у Сэма не было другого выбора, кроме как сделать вид, что он ничего не знает, продолжить доставлять грузы и подключать хиральную сеть, двигаясь на запад, где находится Амелия.
Поэтому теперь он один шел по горам, покрытым снегом. Пока Дедмэн чинит Лу, задачей Сэма было перейти через хребет у Горного узла и пройти на запад, чтобы доставить лекарства в убежище Геолога – у того появились симптомы хирального заражения во время исследования грунтов. Заболевание может быть летальным, если заразился обычный человек, а не обладатель ДУМ-способностей. К счастью, состояние больного было удовлетворительным, но срочно требовалось.
– Сэм! Сэм Бриджес!
Звонок браслета вернул Сэма к реальности. Необычный голос – торопливый, но при этом отстраненный.
– Это я, Хартмэн. Ты слышишь?
Даже в «Бриджес» он считался человеком с выдающимися познаниями о Береге. Сэм с ним пока общался только посредством голосовой связи и голограммы.
– Тебе удобно, Сэм? Ты сейчас направляешься к моему товарищу? Значит, скоро придешь и ко мне. У меня хиральная сеть еще не подключена, но ты находишься в зоне покрытия, центром которой является Горный узел. Поэтому я могу по обычной беспроводной связи передавать голосовые сообщения, хоть ты и находишься на такой высоте. А уж если бы я был подключен к хиральной сети, то смог бы общаться с помощью голограммы.
Хартмэн говорил быстро, не закрывая рта.
– Мои знакомые постоянно находятся в убежищах, но все они эксперты, каждый в своей области естественных наук. Место, куда ты сейчас идешь, – чрезвычайно необычное; там находятся останки динозавров конца мелового периода. Динозавры вымерли пятьдесят шесть миллионов лет назад, и ископаемых окаменелостей, доказывающих их существование, практически не сохранилось.
Можно сказать, что на местности, где мы ведем полевые работы, зарыта память о вымирании. Убежище, куда тебе нужно прийти, – база одного геолога. Он сделал достаточно значительное открытие. Поймешь ли ты? Нет, тебе, наверное, трудно будет даже представить. Я сам только слышал об этом и не всему верю. Ладно, в общем, это окаменелость Берега. За это открытие он заплатил здоровьем, заразившись хиралием. Если ты доставишь ему лекарства, то он поправится. Он не один занимается исследованиями. Археологи, которые раскапывают останки вымерших видов, и биологи-эволюционисты – все ожидают твоего прихода. Все с нетерпением ждут восстановления утраченных из-за Выхода смерти данных, материалов и записей о периоде вымирания. Конечно, я тоже. Эх, Сэм, не придешь ли ты ко мне побыстрее?
Действительно, как и говорил Хартмэн, планировалось, что Сэм обойдет убежища ученых и подключит их к хиральной сети. Однако появился срочный заказ на доставку лекарства Геологу. После его выполнения нужно будет вернуться к Дедмэну и забрать восстановленного Лу. Похоже, встреча с этим болтливым, но невероятно быстро соображающим Хартмэном состоится еще нескоро.
– Сэм, слышишь? Хотелось бы еще с тобой поболтать, но время вот-вот выйдет.
Только Сэм собрался ответить, что это он тут выслушивает монолог Хартмэна, как роботизированный голос произнес: «Осталась одна минута».
– Извини. Чтобы проверить открытие Геолога, потребуется твоя помощь. Подключи хиральную связь у него в убежище и у меня. Ты не просто соединяешь людей и точки на карте. Подробнее расскажу потом. До встречи, Сэм.
Хартмэн отключил связь с той же поспешностью, с какой ее включил. У Сэма в голове осталось словосочетание «окаменелость Берега». «Интересно, связано ли это как-то с динозаврами, которые еще недавно жили на этой планете? Как вообще может окаменеть Берег? Ничего не понимаю. Хартмэн сказал, что все еще не проверено. Думать об этом сейчас – напрасная трата времени». Сэм поднялся, посмотрел на небо и накинул капюшон. Снова пошел снег.
Черные тучи опять затянули небо. Послышался такой звук, будто воет зверь. Это шумел бушевавший ветер. Повсюду завывали бесчисленные невидимые хищники. Следующий сильный порыв бури заставил Сэма покачнуться. Он уперся обеими ногами, но не выдержал тяжести груза и упал на спину.
Превратившийся в зверя ветер быстро пролетел мимо Сэма, увязшего в сугробе, с воем взметнул снег, и видимость пропала. Выругавшись, Сэм встал, но шквал снова атаковал, и подняться сил уже не было.
На вершине горы, охваченной бурей, скрыться от ветра было негде. Сэм достал из рюкзака ледоруб и воткнул его в занесенную снегом скалу. Он привязал к нему один конец веревки, а второй завязал на поясе.
Оставалось только уткнуться лицом в снег и ждать, когда метель утихнет. Он лежал на животе, вжимаясь в снежный покров. Казалось, что если будет хотя бы малейшая щель, то ветер проникнет в нее и поднимет Сэма над землей. Куда улетит тело, парящее в воздухе? Снова будет как тогда, когда его затянуло в суперъячейку?
Из-за того что он не двигался, температура тела начала снижаться. Он не мог сдержать дрожь. Ощущение холода уже давно прошло, теперь все тело пронзила боль. Впрочем, скоро он и ее перестанет чувствовать, и тогда все, конец. Сэм собрал все силы и напряг конечности, но не чувствовал, где находятся пальцы рук и ног. «Тело от стоп до поясницы потеряет свои очертания и распадется на бесчисленные частицы, совсем как у Тварей». Подобные мысли, которые нельзя было назвать ни галлюцинациями, ни сном, плыли в голове. Это тоже был нехороший признак. Нельзя уходить в себя, нужно подумать о чем-то внешнем, привязать тело и дух к этому миру.
Только через некоторое время Сэм осознал, что ветер подчинялся определенному ритму. Он не стихал совсем, но после особенно резких порывов наступал короткий период затишья. «Возможно ли двигаться дальше между этими порывами? Если останусь на одном месте, то только получу обморожение».
Ветер ослаб. Сэм схватился обеими руками за веревку, привязанную к поясу, и медленно, на полусогнутых ногах двинулся вперед. За пиком склон уходил вниз. Сэм вцепился руками в трос и ощутил, что к нему возвращаются силы, а к ладоням и пальцам – чувствительность. Может быть, дело в изменении рельефа, но казалось, что ветер стал еще тише. Снег продолжал идти стеной, так что ничего не было видно. Однако Сэм упорно спускался вниз, пусть и черепашьим шагом.
«Еще немного, еще немного», – подбадривал он сам себя. Не думать ни о чем лишнем, передвигать ноги, как машина. Если повторить это много-много раз, то когда-нибудь он пройдет через бурю и сможет вернуться в прежний мир.
Сэм почувствовал смутное беспокойство. Где-то послышался вой, похожий на рев Твари. Звук приближался и нарастал. Его источник находился над головой – на пике, который он недавно преодолел.
То, что это была не Тварь, он понял, когда сильный удар подбросил его тело. Камнепад. От самого большого валуна едва удалось увернуться, но последовавшие за ним камни поменьше сбили Сэма с ног, и он покатился по склону. Небо и земля менялись местами; казалось, он улетит в черные тучи. Лямка рюкзака оторвалась, груз вот-вот могло затянуть в небо.
Он не понимал, где находится. «Что за нелепость? Я попал под камнепад и теперь качусь вниз по снежному склону и не могу ни за что ухватиться».
Казалось, что Ка покинула физическое тело, Ха. Похоже на Шов. Он падает в небо, а слышен шум волн и плач ребенка.
Он зовет Сэма. Волна набегала на берег и пыталась утянуть голого младенца в море. Сэм побежал и прыгнул в волну. Лу зовет его. Сражаясь с волнами, он протянул правую руку и наконец дотянулся пальцами до пуповины. Сэм вытянул за нее ББ, но прижав к груди, понял, что это дочь Локни и Молинген. Он почему-то не удивился. ББ был одновременно оковами и якорем. Мост тоже является чем-то, что скрепляет начальную и конечную точки. Придать своей жизни смысл Сэму удавалось именно благодаря ББ.
Это взбудоражило его эмоции. Он не смог сдержать слез, которые застили глаза, отчего Сэм не заметил фигуру в красном костюме, приближавшуюся издалека. Младенец закричал, словно пытаясь сбросить руку Сэма. Это был искренний крик радости, какого Сэму еще не доводилось слышать.
– Мама! – закричал ББ.
Женщина в красном костюме протянула изящные руки и забрала ребенка у Сэма. Нет, это младенец по своему желанию сбежал к ней. Женщиной оказалась Амелия.
У Амелии из обоих глаз покатились черные слезы. Когда слеза упала на младенца, он тут же рассыпался на бесчисленные мельчайшие частицы. Как кровь Сэма отправляет Тварей в тот мир, так и слезы Амелии вернули ББ туда, где ему положено быть.
– Подожди! Прекрати, верни ребенка!
Амелия не услышала Сэма («Конечно, Амелия ведь в заложниках в Краевом узле»). Сэм мог только кричать, и этот вопль разбудил его самого.
Он лежал на спине в снегу. Потребовалось достаточно времени, чтобы понять, что он потерял сознание и видел кошмарный сон.
Ветер утих, снег прекратился, тучи исчезли. Он сел и вытер слезы, но они были вызваны совсем не грустью – в нос ударил резкий неприятный запах.
Сэм был в самом центре территории Тварей. Чувствовалось их присутствие. Слезы градом покатились из глаз. По телу побежали мурашки, и он не мог унять дрожь, похожую на судороги. Поднялся жар, но при этом он попеременно чувствовал то озноб, то тошноту. Показалось, что над ухом выдохнул мертвец. ББ рядом не было, значит, он не мог этого услышать. Тут же рядом с Сэмом появился отпечаток ладони. Черная пятерня шарила по белоснежной поверхности. Вонь Твари неприятно щекотала нос. Сэм закрыл обеими руками рот и сжался, стараясь не выдать своего присутствия, но справиться с дрожью не мог. Непонятно, была она вызвана холодом или страхом.
Ладоней вокруг Сэма становилось все больше. Они были разного размера и двигались по разным траекториям – его искали несколько Тварей. Он находился на покрытой снегом вершине, окруженный мертвецами, и самому себе показался жертвой, отданной им на заклание. Конечно, это была тщеславная мысль. «Даже если здесь произойдет выплеск пустоты, я вернусь. А вот энергия взрыва, вызванного выплеском, превратит в пыль всю территорию вокруг, включая Горный узел. Там находятся Дедмэн, Локни и Лу. Могут ли жертвы вызывать бедствия и разрушения? Ведь жертвоприношения обычно устраивают, чтобы спасти мир».
Сэм мог осознавать только присутствие Тварей. Ожидания и сомнения терзали его рассудок. Как страшно то, чего нельзя увидеть! Грудь, где должен быть Лу, будто наливалась свинцом.
Мозг онемел. Тело требовало кислорода. Сэм уже не мог больше сдерживать дыхание, но ладони по-прежнему шарили вокруг него. Закоченевшей рукой он снял перчатку с правой руки – пять пальцев приобрели синюшный цвет, явный симптом обморожения, – и впился в вену на запястье. Хлынувшую горячую кровь он размазал по всему лицу. Хотя это была его кровь, ее запах вызывал какое-то неприятное ощущение. Он понял, что Твари испугались, потому что ладони перестали двигаться.
Сэм снял одно кольцо браслета и выпустил лезвие – то самое, которым он перерезал пуповину Мамы. Изначально к устройству должен был крепиться пакет для крови, но сейчас Сэм вставил его в разорванную вену и заполнил кровью. От пронзившей тело боли чуть не разорвалось сердце. По лезвию текла кровь, и от нее поднимался пар. Левой рукой Сэм нащупал рюкзак, достал из него гранату и наполнил ее кровью, присоединив к лезвию. Он не знал, где именно и сколько Тварей бродит вокруг него.
Сэм закрыл глаза. Если ничего не видно, то можно и не смотреть. Он мысленно попросил отсутствующего ББ: «Лу, помоги!» Ответом был голос младенца. Возможно, это слуховая галлюцинация, но ему оставалось только поверить и кинуть гранату, напоминавшую собственное сердце, в направлении голоса, выше по склону.
Раздался небольшой взрыв, и кровь дождем пролилась на снег, очертив контуры нескольких Тварей, которые тут же рассыпались на мельчайшие частицы. Вряд ли за один раз удалось справиться со всеми. Сэм встал и пошел вперед, размахивая в воздухе окровавленным браслетом, словно хлыстом. Твари отступали, но вместе с этим перед глазами Сэма все начало плыть. Он уже не различал небо и землю, право и лево. Наверное, из-за большой кровопотери пейзаж вокруг стал черно-белым, утратив все цвета. Сэм продвигался вперед, пока черная кровь брызгала на белый снег.
Он напоминал святого, который раздвинул воды бушующего моря и провел людей к земле обетованной. Но не было ни одного живого существа, которое шло бы вслед за ним.
Когда он убедился, что вышел с территории Тварей, у него уже почти не оставалось физических и моральных сил идти дальше. Сэм обработал рану, чтобы остановить кровь, и зашил края хирургическим степлером. Бросил в рот горсть кроветворных биодобавок и умных лекарств, измельчил их зубами, а затем разжевал криптобиота, найденного на дне рюкзака.
Браслет уловил слабый сигнал, показав, что убежище Геолога неподалеку, примерно в трех километрах ниже по склону. Однако сейчас это расстояние казалось Сэму бесконечным. Он нашел выступавшую из-под снега горную породу, вбил в нее ледоруб и привязал к поясу веревку. Полагаясь на эту импровизированную страховку, Сэм начал спускаться вниз.
В обычном состоянии он прошел бы расстояние до убежища за тридцать минут, но сейчас ему потребовалось больше часа. По мере спуска с горы уровень кислорода в крови повышался, и ему еще повезло, что не пошел снег. Благодаря сделанной ранее передышке он смог немного восстановить физические силы.
Геолог, научный сотрудник «Бриджес», исхудал так, что это было видно и по голограмме. Когда Сэм передал лекарства, тот так обрадовался, что даже заплакал и несколько раз повторил слова благодарности.
– Спасибо, Сэм Бриджес! Я не могу сдерживать свои чувства. То слишком радуюсь, то огорчаюсь по всяким пустякам. Раньше я таким не был. Думал, что эмоции стали нестабильными из-за долгого пребывания в убежище в одиночестве, но оказалось, это не так. Все из-за заражения хиралием. В теории я знал об этом, но не мог даже подумать, что это случится со мной. Болезнь вызвана хиралием, он влияет на психику и организм человека. Она напоминает стрессовое расстройство, поэтому на начальном этапе невозможно самому поставить диагноз. Если бы я и дальше был здесь без лекарств, то могли возникнуть суицидальные мысли, но благодаря тебе я вылечусь.
Он с таким возбуждением выпалил эти слова, что легкая степень заражения хиралием была очевидна. Сэм хотел сказать: «Так выпей лекарства, если все понимаешь», но Геолога было не остановить.
– Жизнь зародилась на Земле около трех миллиардов восьмисот лет назад, и за это время несколько раз происходили массовые вымирания разного масштаба. Особенно крупные называют «большой пятеркой»; они произошли в конце ордовикского, девонского, пермского, триасового и мелового периодов и уничтожили почти все живое на планете. Почему случаются аномалии, которые стирают жизнь с лица земли, какой механизм запускает их? Нынешний Выход смерти – это шестое массовое вымирание или нет? Я вместе с Хартмэном и другими учеными пытаюсь найти ответы на эти вопросы. Одним из результатов стало обнаружение окаменелости Берега. Понимаешь, о чем я?
При землетрясении под влиянием высокой температуры, вызванной трением пород при разломе, иногда образуется псевдотахилит. Его называют окаменелостью землетрясения. По такому же принципу я назвал свою находку окаменелостью Берега.
В тот момент я изучал грунт мелового периода и обнаружил среди ископаемых останков динозавров и раковин аммонитов нечто странное. То, что нельзя увидеть невооруженным глазом. Окаменелостью это можно назвать только в переносном смысле, конечно, – я нашел хиралий. Да, и причиной моего заболевания стал именно он.
Хиралий – вещество, открытое после Выхода смерти. Он попадает к нам через особое измерение, которое мы называем Берегом. Считается, что, как бозон Хиггса и черная материя, хиралий существовал ранее, но не был обнаружен.
Доказательством этому служит окаменелость Берега. Вероятно, что и Берег появился не впервые, а возникал как минимум и в конце мелового периода. Пока не установлено точно, но можно предположить, что между появлением Берега и массовыми вымираниями существует какая-то связь. Если мы исследуем грунты других периодов и обнаружим в них окаменелости Берега, то получится, что нечто под названием Берег имеет непосредственное отношение к вымиранию живых существ. Согласись, логично?
Правда, мне не очень понятен сам Берег. Он привязан к каждому человеку, его можно использовать как канал хиральной связи. Я понимаю, что к нему нельзя прикоснуться физически, но когда слушаю рассказы обладателей способностей вроде тебя, то он кажется конкретным существующим местом.
«Да, это верное представление». Даже сам Сэм не думал, что может объяснить постороннему человеку, каково это – побывать на Берегу. Обладатели способностей и те, у кого их не было, по-разному говорили о смерти. Отличались представления о смерти и описания измерения под названием Берег. Такую пропасть нельзя было преодолеть.
Единственное, что он смог понять, – стремительно возросла вероятность того, что Выход смерти является шестым массовым вымиранием. Если наградой за разгадку вечной загадки по имени Смерть является уничтожение человечества, должны ли мы покорно принять ее? Или же гибель будет послана роком, чтобы заставить замолчать тех, кто познал сущность смерти?
– Мы продолжим работать над разгадкой связи между Берегом и вымиранием. И ты нам в этом поможешь, если подключишь хиральную связь в этом районе.
В ответ на просьбу Геолога Сэм достал «Кьюпид», подключил его к приемному устройству на терминале и активировал связь. «Допустим, что Берег связан с предыдущими вымираниями, – тогда и эта система, работающая с его помощью, приобретает другое значение». – С этими сомнениями Сэм убрал «Кьюпид» в нагрудный карман.
Сразу после выхода из убежища браслет оповестил о входящем звонке. Это был Дедмэн.
– Сэм, извини, что заставил ждать.
Естественно, он не мог знать о том, через что пришлось пройти Сэму на территории Тварей, но его беззаботный голос раздражал.
– Я закончил. Форматирование ББ успешно завершено. Остается только на практике проверить, функционирует ли он правильно, сохранилась ли стрессоустойчивость и другие мелочи.
«Значит, новый ББ готов. Лу больше нет. Лучше, наверное, думать о нем как о новом Лу. Хотя как нет замены кровным родителям, как нет замены любимому и друзьям, так и Лу не может быть замены» («Эй, Сэм, так ли это?»)
– Я выберусь наружу и проведу испытания. Сотрудники Горного узла помогают, поэтому обо мне не беспокойся. Благодаря тебе здесь работает хиральная связь – понятно, где находятся Твари, и есть прогноз изменений погоды. Действия некоторых шаек тоже можно в некоторой степени предугадать. Тебе достаточно только прийти и забрать ББ, когда выполнишь заказ.
Сэму захотелось изо всех сил ударить браслетом обо что-нибудь. Впрочем, он не мог снять его сам, и это злило еще больше.
– Место, где мы собираемся испытать ББ, находится к юго-востоку от убежища Геолога, прямо рядом с распределительным центром вблизи Горного узла. Жаль, что ты шел на запад и тебе приходится возвращаться назад, но зато не придется преодолевать высокие горы. Тебе хватит одного дня. Как заберешь ББ, сможешь отдохнуть в комнате распределительного центра.
Сэма разозлила и эта заботливость в голосе Дедмэна. Он с трудом подавил желание сказать, что именно он тут и грузы доставляет, и восстановлением Америки занимается. Сэм отключил связь и пошел один по пологому склону, расстилавшемуся перед глазами.
Температура резко упала. Возможно, из-за того, что он зашел в тень от обрыва. Однако его телу, которое прошло через суровый мороз той метели, это было нипочем.
«За этим подъемом я смогу встретить Лу. Нет, его ждет ББ, которого раньше звали Лу». – Сэм испытывал смешанные чувства, смотря на верхушки гор. Его передергивало от простой мысли о том, что когда он перевалит через эту гору, наступит новый этап, а с прошлым придется распрощаться. С самой вершины показался распределительный центр. «Еще немного».
– Сэм, слышишь? Будь осторожен! – внезапно раздался из приемника браслета голос Локни. – Снова оно. Концентрация хиралия резко повышается!
«Что за…» – Сэм обвел взглядом окрестности, но в небе не было никаких изменений, предвещающих что-то необычное. Он же использует отремонтированный Локни «Кьюпид». Только Сэм хотел сказать, что это какая-то ошибка, как на юге небосклона повисла яркая перевернутая радуга. Пусть она и являлась дурным предзнаменованием, соединяющим миры мертвых и живых, но была невероятно красивой. Сэм не раз видел такую радугу, но впервые воспринял ее так и сам удивился. Радугу стоило бояться, но она завораживала; это ощущение нельзя было описать. Не восхищение и не ужас, а что-то другое. Сэм не мог найти слов. По его щеке скатилась слеза, вызванная не аллергией, а эмоциями.
Связь с Локни оборвалась. Он несколько раз вызывал ее, но браслет не работал. Соединения не было, несмотря на то что он находился в зоне покрытия хиральной сети. Наверное, это из-за резкого повышения уровня хиралия. Или же в Горном узле что-то случилось?
Вдруг кожу на груди обожгло. Он вытащил «Кьюпид» и увидел, что шесть пластин раскалились докрасна. «Что происходит?» – Сэм попытался сорвать «Кьюпид» с шеи, но ожерелье вспорхнуло, как живое существо, и, словно дразня его, воспарило в воздухе. Сэм шагнул за «Кьюпидом», но тут окружающий его пейзаж резко изменился.
Ураганный ветер ударил в спину, Сэм пошатнулся и чуть не упал вперед лицом. Он попытался закрыть обеими руками голову, приготовившись к следующему толчку, но это было напрасно – его тело взмыло вверх. Словно в невесомости, Сэм плыл по воздуху, а рядом с ним, вращаясь штопором, летел огромный кит. Непонятно откуда взявшаяся черепица с крыш, большие и малые суда и машины, которые он раньше видел только на фотографиях, неизвестные люди – все это кружилось в вихре ураганного ветра и затягивалось в воронку неба.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий