Death Stranding. Часть 2.

Пригород Горного узла. Город-спутник

– Все в порядке, успокойтесь. Доверьтесь мне.
Свет, падавший сверху, слепил даже через закрытые веки. На мужчине была анестезиологическая маска, и он рассеянно подумал, что совсем скоро потеряет сознание. Ему объяснили, что операция займет примерно полдня, но когда он проснется, все уже закончится. На самом деле пройдет более десяти часов, а для него всего миг. Такое же явление наблюдается, когда человек попадает на Берег. Рассказы людей об опыте пребывания на Берегу поразительно напоминают истории об околосмертных переживаниях. Схожи они и тем, что содержание рассказов одинаково у многих людей. Они смотрят сверху вниз на свое лежащее тело, пытаются перейти реку, но их что-то останавливает, и они возвращаются к жизни. Встречаются с давно умершими родственниками и друзьями. Идут по туннелю, в конце которого виднеется свет. Когда он ранее изучал записи об околосмертном опыте, то обнаружил такие схожие моменты. После Выхода смерти они сменились на рассказы о Береге. Морской берег и море – все рассказы стали одинаковыми.
В то же время мертвецы стали возвращаться с Берега, родились носители способностей, которые могли чувствовать мир мертвых, обладатели сверхспособностей, которые могли перемещаться с помощью Берега, а также возвращенцы – фактически бессмертные, их принудительно выкидывало со Шва. Появилась даже теория о том, что Берег можно использовать в качестве канала связи. Стали считать, что Берег существует физически, пусть и не в этом измерении, и влияет на этот мир.
– Скоро анестезия подействует. Уже скоро все закончится. – Голос хирурга становился все дальше.
Мужчина смотрел сверху вниз на свое лежавшее на столе тело с рассеченной грудью: «Что происходит? Я в состоянии клинической смерти? Кардиограф вроде бы не показывает никаких отклонений, да и другие жизненные показатели в норме. Я сплю, хотя анестезия подействовала?» Врачи хладнокровно, без лишних движений продолжали свою работу, словно инженеры, ремонтирующие механизм под названием «жизнь».

 

– Аномалию обнаружили несколько лет назад, когда поняли, что во время сна происходит остановка сердца. Сам я этого не осознавал, потому что спал. Жена подозревала сонное апноэ, но я не обращал внимания. Думал, что такое бывает, что я не умираю, да и времени на поход к врачу особо не было. Я отмахнулся от жены, которая выказывала беспокойство, и проводил дни, погрузившись в работу. Меня наняла «Бриджес», и приходилось штудировать материалы по массовым вымираниям.
Тогда мне начал постоянно сниться один и тот же сон. Я знал, что его называют сном о вымирании и его видят все носители ДУМ-способностей, но не понимал, что способности есть и у меня. Я считал, что обладаю другими талантами, и даже не верил в Берег. Мне казалось, что «Бриджес» оценили мои умения, но они смогли разглядеть во мне ДУМ-способности. Бриджет мне сама так сказала.
Столкнувшись с Выходом смерти – невиданным ранее явлением, человечество изо всех сил старалось объяснить его и дать всему названия. Аннигиляцию назвали выплеском пустоты; существ, попадающих через Берег из мира мертвых в этот, – Тварями. Само явление получило название Выход смерти. Присвоение имен сделало возможными объективные наблюдения и обсуждения происходящего.
Первый Выход смерти произошел не из-за выплеска пустоты в результате соприкосновения живого человека и мертвеца, а был буквально аннигиляцией из-за взаимодействия материи и антиматерии. Вскоре мертвецы превратились в Тварей и начали провоцировать выплески пустоты, словно были недовольны тем, что на земле живут только люди.
Думать о смерти и жизни после смерти могут только люди, они ощутили Берег и призвали Тварей. Восприятие вымирания как трагедии сменилось на гордость быть избранным. Ощущение привилегированности в масштабах планеты – только те, кто сможет преодолеть эту трагедию, отправится в Землю обетованную. Даже здесь проявлялось человеческое высокомерие.
Из-за этого я не верил в Берег. Мы собирались восходить по лестнице эволюции, а на самом деле стояли на площадке между пролетами, когда с противоположной стороны стали подниматься другие существа. Что, если это Твари? Тогда нам лучше спуститься ниже. Я принял приглашение «Бриджес», чтобы доказать это, а не для того, чтобы спасти человечество или возродить Америку.
Чтобы доказать, что уничтожение оправданно в масштабах Вселенной, я с головой погрузился в изучение массовых вымираний. В первой экспедиции я участвовал, чтобы попасть в места, где сохранилась память об этих вымираниях; пришел сюда вместе с женой, сотрудницей «Бриджес», и дочерью, которая тогда была еще совсем маленькой. Мы были единственными, кто решился принять участие в экспедиции с ребенком. На нас обращали много внимания, хвалили, называли нашу семью символом связи между людьми. Однако сны о вымирании стали сниться чаще, а проблемы с сердцем усугубились.
Я считал, что вижу сны из-за болезни сердца, что это просто кошмары, которые указывают на проблемы со здоровьем. Поэтому я согласился на операцию. В колонии, организованной для исследований, не было учреждения, где можно было бы провести операцию, и меня перевели в отделение реанимации и интенсивной терапии Горного узла.
Операция прошла успешно. Несколько дней после нее я получал механическую поддержку искусственного сердца, но так и планировалось изначально. Жена и дочь успокоились, спрашивали, скоро ли я вернусь. Я отвечал: «Да, конечно», но обещания сдержать не смог.
Мы жили в городе-спутнике Горного узла, и в нем произошел теракт, вызвавший выплеск пустоты, в который попали жена и дочь. Этот рассказ – плод моего субъективного восприятия, поэтому необязательно ему верить. Я спал ровно до того момента, как случился взрыв. Сон или реальность – я не знаю, но перед глазами промелькнуло подряд две молнии. Свет был ослепительно ярким: мне казалось, что все цвета исчезли. Вибрация и грохот ощущались даже в больничной палате. В мир вернулись цвета, но в палате пропало освещение – отключилось электричество. В комнате никого не было, и не чувствовалось присутствия людей в коридоре. Я пытался позвать на помощь, но не мог произнести ни звука. Грудь сдавило, я не мог даже дышать от резкой боли, будто меня пронзили острым ножом. Я продолжал нажимать кнопку вызова помощи, но вся система была отключена и толку от этого не было.
Искусственное сердце тоже не работало. Я снова смотрел сверху на себя, лежащего на кровати, и видел тело мужчины, переживающего клиническую смерть в темной палате.
Когда я проснулся, то оказался на Берегу. Морская волна набегала на песчаный пляж. На нем лежали трупы выбросившихся китов, дельфинов и других морских млекопитающих, названий которых я не знал. Все происходило как в рассказах об околосмертном опыте. Картинка уж слишком ожидаемая. Я немного расстроился при мысли, что силы моего воображения хватает только на это.
Если исходить из того, что мое воображение не было бедным, то Берег является не субъективной концепцией, а объективно существующим местом. Однако чтобы признать этот факт, требовалось отказаться от своих прежних убеждений.
Тут я обнаружил, что к морю ведут следы нескольких ног. Я попытался объяснить это тем, что я сам пожелал, чтобы они появились, но стоило мне перевести взгляд, как я увидел нескольких людей, идущих к морю. Разве могло их породить мое воображение?
Это были души людей, погибших из-за выплеска пустоты. Незнакомцы молча шли к морю, повернувшись ко мне спиной. Я никого не знал, поэтому для меня они были просто безымянными силуэтами, а не конкретными людьми.
Я стоял, провожая их взглядом. Кто-то прошел рядом со мной, прихрамывая. Старушка маленького роста – я ее ни разу не видел, не знал ни по имени, ни в лицо. Она подняла голову и посмотрела на меня, но ее глаза не фокусировались. Мне сначала показалось, что она вряд ли ощущает мое присутствие.
Старушка остановилась и поднесла к губам палец, будто призывая к тишине. Я не понимал ее намерений, но она, не обращая на меня никакого внимания, ткнула пальцем мне в левую часть груди. Забытая боль пробежала по всему телу, словно меня ударило электрическим током. В этот момент я увидел в толпе их спины – моей жены и дочери. Они тоже стали жертвами выплеска пустоты.
Я попытался позвать их, но боль в груди мешала. Их спины удалялись, словно смываемые людской волной. Я протянул руку. Жгучая боль снова пронзила тело. Вероятно, боль была не иллюзией, а доказательством того, что я еще жив. Эта мысль погрузила меня в невыносимое отчаяние.
«Подождите! Не уходите!» Они не услышали мой наконец вырвавшийся крик. Грудь заболела. Промежутки между приступами становились более короткими и равномерными. Сердце вновь начало работать. Мое тело, лежавшее в палате, призывало меня в мир живых. Голос пропал, и ноги уже не двигались. Я хотел догнать жену и дочь, но не мог приблизиться к морю. Почему какие-то незнакомцы беспрепятственно идут вперед, а я увяз в песке и не двигаюсь? Это место не для тебя. Твое место за пределами этого мира.
«Мы тебя спасли!» – Голос врача я не забыл до сих пор. Он объявил конец прощанию с семьей. Аварийный электрогенератор запустился через двадцать одну минуту после отключения электричества. Искусственное сердце заработало, дефибриллятор вернул меня к жизни. Из-за этого сердца я отстал от своей семьи! Тоска, которую некуда было направить, сменилась гневом, а уж для него быстро нашлись подходящие объекты – не террористический акт, а сердце, которое разлучило нас, и Берег. Я поменял свои убеждения.
Я признал существование Берега и направил свой гнев на то, чтобы выяснить, как он устроен, и это чувство изменило форму моего сердца. Я смог попадать на Берега других людей. С тех пор я стал жить по циклу, в котором за двадцать одной минутой жизни шли три минуты смерти.
Я отправляюсь на Берег и ищу следы моих жены и дочери, потом возвращаюсь сюда и продолжаю исследовать Берег. В итоге я кое-что понял. Когда я видел сны о вымирании, моя душа Ка уже была на Берегу. Мое сознание, отрицавшее Берег, принимало его за нечто другое. Я стал думать, что мой сон был о «большой пятерке» вымираний, и в нем я переживал те вымирания, которые происходили в прошлом. То есть во время клинической смерти я был на Берегу уже не в первый раз. Если считать с самого начала, то количество моих визитов на Берег приближается к очень большому числу. Основным направлением моей работы стало изучение вымираний и Берега. Если я докопаюсь до истины, то когда-нибудь смогу встретить жену и дочь снова.

 

– Осталось пять минут до остановки сердца.
Сигнал дефибриллятора прервал долгий монолог Хартмэна. Он глубоко вздохнул и вытер слезу. Сэм решил, что она наверняка не была вызвана аллергией. «Если Хартмэн не теряет надежды объединиться с семьей, то и я могу найти Люси?» – рассеянно подумал он. Впрочем, он не обладал таким упорством («Ты правда так чувствуешь?»). Может, если бы он не отказался от Люси и Лу, то с помощью Амелии смог бы путешествовать по Берегу, но Сэм оставил эту идею и ушел из «Бриджес». А раз он сбежал, то его непременно должны были догнать.
– У меня есть к тебе просьба. – Хартмэн нажал что-то на браслете, и на огромном настенном мониторе отобразилась карта: на ней был Горный узел, озеро в форме сердца и рядом лаборатория Хартмэна, вокруг которой, словно она была центром паутины, разбросаны несколько убежищ. Одним из них было убежище Геолога, на пути к которому Сэм попал в снежную бурю. Он вспомнил, что Геолог говорил про свое открытие – окаменелость Берега.
Эти земли – безопасная территория, проблема была в длинной черной полосе, простиравшейся на востоке от Краевого узла. Полоса шла с севера на юг, словно отрезая те территории, которые Сэм подключил к сети, от Краевого узла.
– Я тебе уже говорил, наверное: на этой территории сохранилась память о прошлых вымираниях. Окаменелые останки последних динозавров, которые вымерли в меловой период, тоже были найдены в этой области. Окаменелость Берега, которую обнаружил Геолог, судя по всему, подлинная. Благодаря подключению его убежища к хиральной связи мы можем обмениваться подробными материалами, а также данными из прошлого, которые восстановили в штабе, и моими документами, бесследно исчезнувшими во время теракта.
Сэму показалось, что лицо Хартмэна стало немного более воодушевленным, тяжесть, с которой он рассказывал об утрате жены и дочери, пропала. На его лице читалось только чистое любопытство.
– Осталось четыре минуты.
– Надоело! – цокнул Хартмэн языком и что-то сделал с дефибриллятором, отчего таймер обратного отсчета на небольшом дисплее погас. Сэм хотел остановить его, но Хартмэн поднял указательный палец. – Многие сотрудники «Бриджес» заперлись в своих убежищах и посвятили себя раскопкам и изучению прошлого, но из-за терактов с выплесками пустоты и локальных диверсий число исследователей резко сократилось. Однако в последнее время один за другим совершаются важные открытия. К сожалению, будто в ответ на это расширился смоляной пояс. – С этими словами он указал на черную полосу на карте. – Это вещество называют смолой из-за внешнего вида, но по свойствам и структуре оно отличается от смолы.
Сэм видел смолу, когда выбросил ядерную бомбу. Он не забыл ту картину, когда вещество словно поглотило всю энергию взрыва.
– До того как смола начала бить из-под земли, там располагалось несколько убежищ исследователей и логистических объектов «Бриджес», а также станции хиральной сети.
Карта показывала, как менялся ландшафт, и стало понятно, что крошечная точка, появившаяся год назад, сейчас превратилась в вытянутую полосу. Когда Амелия и другие члены экспедиции проходили здесь, смолу еще можно было обойти. Сразу после того как они прибыли в Краевой узел, смола стала бить из земли с куда большей интенсивностью и площадь смоляного пояса значительно увеличилась. Казалось, что все будто подстроено или скоординировано по времени с захватом Амелии в заложники. Такой трюк мог провернуть только Хиггс.
– Если так пойдет и дальше, то подключить запад будет невозможно, – сказал Хартмэн и, словно предвосхищая вопрос Сэма о том, что же делать дальше, снова поднял указательный палец. – Мы пусть и наспех, но подготовили альтернативный объект. Конечно, это не такое масштабное оборудование, как в городах-узлах, но если одновременно включить его в нескольких убежищах, то что-то должно получиться. Если все пройдет удачно и хиральная сеть запустится, то ты сможешь пройти к Амелии, а мы – еще активнее, чем прежде, станем работать над исследова…
Внезапно Хартмэн осел на пол, словно марионетка, у которой разом обрезали нити. Сэм с криком вытянул руки и попробовал поймать его тело, но не успел. Пол отреагировал быстрее – он растянулся и спружинил, смягчая падение Хартмэна. Дефибриллятор на груди запустил обратный отсчет до воскрешения. Сэм расстроился – опять придется ждать три минуты – и сел на диван. Тут же браслет оповестил его о входящем звонке.
Звонил Дайхардмэн, но лица директора, которое обычно высвечивалось, не было видно – он перешел только на голосовую связь. Сэм не помнил, чтобы он сам менял настройки браслета. В памяти всплыло, как Хартмэн подмигнул ему, когда достал тот сосуд с пуповиной. Сэм посмотрел на браслет и увидел, что связь идет через шлюз безопасности этой лаборатории. Хартмэн не хотел показывать директору пуповину. Наверное, есть причины, по которым ее доставляли секретно.
– Сэм! Я отправил тебе дальнейший план действий. Нужно подключить с помощью «Кьюпида» убежища, в которых живут сотрудники «Бриджес», и альтернативный ретранслятор рядом со смоляной территорией, а потом отправиться в Краевой узел. Ожидается, что с подключением убежищ будут восстановлены результаты исследований и погребенные в прошлом данные. Благодаря этому мы должны значительно приблизиться к разгадке Выхода смерти. Также мы окажемся в шаге от спасения Амелии и возрождения СГА. Однако на тебя возлагается нелегкая обязанность донести устройство для подключения объекта. Это очень непростая задача, но мы можем положиться только на тебя. Хиггс сейчас ничего не предпринимает открыто, но трудно поверить, что он и дальше будет оставаться в тени. Будь готов.
Может быть, из-за скрытности Хартмэна и рассказа Дедмэна, но Сэму тон Дайхардмэна показался очень холодным. «Все-таки “Бриджес” очень сильно изменилась по сравнению с той организацией, в которой я состоял десять лет назад», – снова подумал Сэм. Дедмэн, Мама, Хартмэн – все они присоединились к «Бриджес» после его ухода. Бриджет умерла, людей, знавших прежнюю Америку, почти не осталось. О начальном этапе работы «Бриджес» теперь осведомлены немногие вроде Дайхардмэна. То было до рождения Сэма, так что даже он не имел представления об этом периоде. «Бриджес» была не цельным канатом, а состояла из множества тонких нитей, каждая из которых имела собственные идеи и намерения. Получается, Сэм стал одной из этих ниточек.
Сэм спустился по занесенной снегом лестнице из лаборатории и оглянулся. Его беспокоило, что он ушел, оставив Хартмэна в состоянии клинической смерти. Конечно, для того это обыденное происшествие, но Сэму было непросто смириться с тем, что он оставил человека, у которого остановилось сердце, одного. Вдруг дефибриллятор не сработает и начнется процесс некроза? Вот что его тревожило.
«Впрочем, сейчас необходимо приступить к своим обыденным делам – прилежно выполнять обязанности, как будто ничего не произошло, чтобы не выдать свои сомнения относительно Дайхардмэна и “Бриджес”». – Убеждая себя в этом, Сэм начал подниматься в гору. Он включил экзоскелет, надетый в лаборатории Хартмэна: это снаряжение должно было увеличивать силу ног и стабилизировать равновесие. Ему стало легко. С места чуть выше по склону показалось озеро в форме сердца.

 

С каждым шагом по снегу лямки рюкзака все более болезненно впивались в плечи. Температура была ниже нуля, но Сэму приходилось постоянно вытирать пот со лба. Прошли почти сутки с того момента, как он покинул лабораторию Хартмэна. Осталось преодолеть один пик – остаток пути проходил по относительно ровным местам. Экзоскелет, конечно, помогал, но не мышцам спины. Из-за тяжести груза ему хотелось все бросить, но оставалось совсем немного. Если подключить эту территорию к хиральной сети и добраться до Краевого узла, то там он сможет сбросить весь груз: добиться возрождения СГА, спасти Амелию, освободить Лу. Похоронить свое прошлое, в котором он не смог защитить Люси и Лу. Кроме того, повсеместное подключение хиральной связи может дать Хартмэну подсказки для разгадки тайны Берега и вымирания. Понимание Берега должно позволить освободить Лу, запертого там, и самого Сэма, связанного Швом. Если распутать клубок жизни и смерти в этом мире, то они смогут стать свободными.
Сэм бессознательно погладил капсулу, но Лу не отреагировал так, как ожидал Сэм. Дедмэн провел техобслуживание уже больше одиннадцати дней назад, а связь на прежнем уровне установить не удавалось. ББ почти все время спал. «Наверное, это естественно, поскольку рядом нет территорий Тварей и не происходят скачки концентрации хиралия. Младенцы вообще много спят, к тому же этот ребенок еще не рожден. Специально его будить было бы просто прихотью. Пусть ему и перезагрузили память, но разве я планировал выстраивать близкие отношения с самого начала? Называть его Лу тоже было эгоистично. Наверняка в утробе матери его звали по-другому. Я пришел позже, стал проецировать на него свои воспоминания и из-за этого испытывал перепады настроения. Прямо как Бриджет, которая препоручила мне заботу об Америке».
– Это можешь только ты.
«Прекрати! Бриджет, ты уже не президент!» Вспомнилась та больничная палата, превращенная с помощью голограммы в фальшивый Овальный кабинет. Сэму показалось, что тяжесть тела Бриджет, вцепившейся в него тогда, сейчас добавилась к грузу на спине. Дети несут на себе груз, данный родителями. Будь это долги или богатство – они возлагают его на детей, не давая вымолвить и слова. Называют это эстафетной палочкой жизни, рассказывают о преемственности истории. В то же время говорят детям, что оплакивать и хоронить родителей – их работа («Поэтому ты отнес тело Бриджет?»). Но что же делать тем, кто пережил своих детей?
Порыв ветра, завывая, как зверь, хлестнул Сэма по лицу и улетел прочь. Поднялся снежный вихрь, все вокруг стало белым. Сэм опустился на колени, чтобы поберечь ноги и сохранить равновесие, но не смог сдержать стон из-за резкой боли. Рана от шальной пули солдата-скелета еще не зажила.
Из капсулы послышался тихий плач: Лу отреагировал на боль Сэма. Даже если это заблуждение или эгоистичное предположение – пусть будет так. Ощутив, что связь с Лу будто наладилась, он погладил капсулу, глубоко вздохнул и встал. Порыв ветра не перерос в бурю – снег улегся, воцарилась тишина и все стало как прежде. За исключением одной странной детали: впереди что-то светилось.
Сэм снова опустился на одно колено, расстегнул пояс и снял груз. После этого, отсоединив одрадек, он воткнул его в снег и включил. Огромный контейнер с грузом тут же превратился в валун, занесенный снегом: в Горном узле одрадек обновили, добавив ему функцию маскировки грузов с помощью проецирования голограммы.
Сэм спрятался в тени валуна. Если он не ошибается, то источник света точно искусственный. Словно подтверждая его догадку, свет появился снова, но уже ближе. Банда МУЛов? Голограмма должна обмануть не только самих МУЛов, но и их датчики. Если сидеть тихо, то опасность минует.
Впрочем, надеяться на это было излишне оптимистично. Группа сменила курс и направлялась к Сэму. Похоже, что напряжение Сэма передалось Лу – тот сжал крошечные ладошки в кулачки. К ним шли пять человек; они рассредоточились по местности, явно собираясь окружить Сэма. Постепенно банда приближалась. Все ее члены были одеты в напоминающие мантии одеяния темно-серого цвета, закрывавшие все тело, и у каждого в руке было оружие.
«Это не МУЛы, а вооруженная группировка. Их цель, скорее всего, оборудование для связи. Вероятно, они смогли как-то заполучить наш план и вычислили маршрут. – Сэм держал наготове боласган, который вытащил из рюкзака, и следил за передвижениями тех пятерых. – МУЛов можно было бы отвлечь с помощью фальшивого груза, но сейчас не тот случай. Цель этой банды – уничтожение груза; возможно, они идут в авангарде, а за их спинами скрывается Хиггс. Может, придется сражаться с Тварью».
Главное – уберечь оборудование. Сэм верил в эффективность маскировки голограммой, поэтому решил отвлечь их внимание на себя. По правую руку был склон, по которому Сэм недавно спустился, а слева – равнина, но впереди должно быть несколько ледниковых трещин.
Сэм пригнулся и начал отступать. Банда отреагировала незамедлительно – все пятеро двинулись влево от Сэма. Вероятно, планировали догнать его на склоне. Их оружие явно было летальным, заряженным боевыми пулями, а у Сэма только боласган, который стрелял веревкой с грузами на обоих концах. Такое оружие связывало конечности противника и обездвиживало его, но убить не могло. Да и радиус поражения у него был куда меньше, чем у оружия той банды. Сэм прислонился к камню, покрытому снегом, чтобы спрятаться за ним как за щитом. Враги окружали его.
Внезапно Сэм почувствовал неприятную боль внутри. Казалось, что голая рука проникла к нему в живот и сейчас переворачивает внутренности. Кислота из желудка поднялась к горлу. Лу дрожал от страха. Он крепко зажмурился, словно не мог плакать, и все его тело окаменело, будто он уже умер. Это не страх Сэма передавался ему, а совсем наоборот: ужас Лу сковал тело Сэма. Такой сильной реакции не наблюдалось даже на поле битвы при встрече с Клиффордом, да и на территории Тварей подобного не было.
Эмоции Лу передавались бурным потоком. Он ведь не мог описать все словами, поэтому сейчас его чувства бушевали внутри Сэма. ББ не могут говорить, поэтому нужно подключать их напрямую через пуповину и использовать сканер-одрадек. Но это дает ББ способность ощущать мир мертвых.
Сэм закрыл глаза и положил руки на капсулу. Лу почему-то невероятно боялся преследующую их банду. Тут воздух рассекла пуля, едва не задев Сэма.
«Какая внезапная атака!» – Сэм выглянул из-за камня, чтобы проверить обстановку. Непонятно, как они смогли так быстро догнать его, но несколько вооруженных мужчин уже подступали, окружая Сэма. Он видел пятерых, похожих на МУЛов, но собрались они с очевидной целью убить его. Лу боялся этого?
Снова прогремел выстрел, пуля поцарапала камень, защищавший Сэма. Раздался крик на непонятном ему языке, напоминающем язык МУЛов, – короткий выкрик как условный знак, который понимают только свои. Прозвучал он совсем близко. Если они доберутся сюда, то все кончено. Сэм взял боласган наизготовку и выпрыгнул из-за камня.
Выстрелы последовали один за другим. Экзоскелет делал Сэма более проворным. Он бросил гематическую гранату, чтобы отвлечь внимание преследователей. Конечно, не стоило использовать свою драгоценную кровь на террористов, но почти все его оружие было против Тварей, поэтому выбирать не приходилось. Кроме того, раз уж могут появиться трупы, то его кровь будет кстати.
Сэм изо всех сил бежал по снежной равнине, пока кровавая завеса застила обзор бандитам. Боль в левом суставе совершенно прошла, и колено даже не чувствовалось. Ноги Сэма двигал экзоскелет, который не стал бы обращать внимание на его состояние.
Электрическое копье вонзилось в снег. Такие же копья он видел у МУЛов. Все-таки эти пятеро изначально были МУЛами. Обычные курьеры стали одержимы доставкой и превратились в гомо гештальт, а теперь они действуют по чьей-то указке. Сэм прижался к ближайшему валуну и перевел дыхание. Банда приближалась, шаря глазами по окрестностям. Снова прозвучал голос. Он принадлежал человеку, у которого было не такое снаряжение, как у остальных, – на плече закреплен одрадек, на груди – капсула с ББ. Наверное, он главарь? Если заставить его утихнуть, то все как-нибудь наладится.
В животе снова неприятно заболело – Лу боялся. Сэм смотрел на похожего на главаря мужчину, прижимая одной рукой капсулу. Он чувствовал жар, словно подключенная пуповина горела огнем. Лу боялся этого человека.
Сразу после того как Сэм понял это, одрадек главаря начал бешено вращаться, и в тот же момент Лу заплакал. Одрадек принял форму креста и указал на место, где они прятались, будто Сэм – это Тварь. Лу крутился в капсуле, пиная стекло. «Бандиты ищут Лу? Капсула на груди главаря светится красно-черным светом – значит, там есть ББ. Два ББ чувствуют друг друга?»
Главарь издал звук, который трудно описать, и быстро побежал, а вслед за ним бросились остальные четверо, разбрасывая снег. Сэм на мгновение забыл о Лу и выстрелил. Веревка с гирями на концах прочертила в воздухе дугу и спутала ноги бежавшего впереди. Тот упал лицом вперед и, вероятно, потерял сознание от удара током.
Сэм установил на максимум мощность экзоскелета и скачками пустился прочь в сторону ледниковой трещины. Казалось, что это не его тело – он совершенно не чувствовал ног. Возможно, он что-то сломал, но сейчас нельзя было останавливаться. Заряда батареи у экзоскелета осталось совсем немного, и нужно максимально оторваться от преследователей до того, как он совсем закончится.
Впереди показался ряд высоких, в рост Сэма, валунов, похожих на башни. МУЛы уже не бежали за ним: они маячили вдалеке, но не преследовали его, словно демонстрируя, что не потеряли Сэма из вида и могут себе позволить продвигаться спокойным темпом. Возможно, они следили за Сэмом, ориентируясь на Лу.
Сэм попытался сделать шаг, но тут экзоскелет издал предупреждающий сигнал – батарея села. Стоило отстегнуть скелет, как на Сэма навалилась забытая тяжесть собственного тела. Он еле терпел боль в коленях. Казалось, что он очутился на планете, гравитация на которой в несколько раз больше земной. Каждый шаг давался с невероятным усилием, и разрыв между ним и бандой, которого он таким трудом добился, постепенно сокращался. Сэм уговаривал себя не паниковать, продолжая волочить отяжелевшее тело вперед.
Вблизи камни оказались спиральной формы, будто их скрутил какой-то гигант. Сэм даже подумал, что это вполне могут быть стволы деревьев, кора которых напоминает камень. Каменный лес.
Он почувствовал чье-то присутствие. Прижался спиной к валуну, сполз вниз и взял в руки пояс – эту веревку можно было использовать и для упаковки грузов, и для захвата врагов. Для ближнего боя она уж точно подходила лучше боласгана. Сэм, ожидая противников, обратился в слух. Видимость была очень плохой, его беспокоило, что и бандиты будут с оружием наготове.
Послышался звук осторожно приближающихся шагов. Сэм приподнялся, вышел из-за камня с другой стороны и, оказавшись за спиной у противника, закинул ему на шею пояс, который держал с двух концов. Он затянул пояс, чтобы пережать сонную артерию. Враг потерял сознание.
Лу все еще боялся, но уже казался чуть спокойнее, чем раньше. Впрочем, вряд ли бандиты отказались от своих намерений. Сэм беспокоился за брошенное оборудование – может быть, они решили уничтожить его вместо Сэма? Он приготовился. В нескольких метрах впереди главарь с одрадеком и два бандита шли вперед плечом к плечу. Сэм решительно вышел из-за камня, обнаружив себя. Его противники рассредоточились и, не теряя ни секунды, атаковали. Уклоняясь от пуль, Сэм выстрелил из боласгана. Веревка пролетела между двумя камнями, никого не связав, но гиря на конце ударила одного из бандитов прямо в солнечное сплетение.
Остались двое. Пуля пролетела, чуть задев Сэма. Он еще раз кинул гематическую гранату, рассчитывая не на воздействие самой крови, а на силу взрыва, поэтому бросил ее в сторону камня. На верхушке валуна расцвел алый цветок. Вместе с кровавым душем на головы бандитов посыпались мелкие камни и обломки. Окровавленные мужчины издали воинственный клич и открыли беспорядочную стрельбу. Сэм из укрытия ответил выстрелом из своего боласгана – как он и рассчитывал, веревка обвила и повалила одного из нападавших.
Остался один. Мужчина с одрадеком отбросил пистолет и с нечеловеческим воплем ринулся в атаку, сжимая в руке электрическое копье. Его кончик искрил. Главарь выставил его, целясь прямо в Сэма. Увернувшись, Сэм бросился на противника.
Они навалились друг на друга. Резкая боль пронзила руку от плеча до запястья, заставляя неметь мышцы. Судя по тому что мужчина выронил копье, он почувствовал то же самое. Однако он лишь отступил на полшага и пнул Сэма в правое колено. От боли перехватило дыхание. Сэм потерял равновесие, протянул руку, но схватиться было не за что, и он упал на спину. Весь воздух будто вышел из легких, так что он даже не смог простонать. Мужчина сел сверху на Сэма, сжав его ребра ногами. Одной рукой он схватил Сэма за шею, а в другой держал нож. Сэм был обездвижен, Лу заходился в плаче.
Прямо перед глазами Сэма была капсула с ББ противника. Сила мужчина была невероятной. Его колени сжимали Сэма так, что ребра неприятно затрещали, – они вот-вот сломаются. Рука сдавливала шею все сильнее. Сэм уже не мог дышать, в голове была пустота – наверняка сердце и легкие скоро откажут или же сломаются берцовые кости противника. Лу продолжал плакать.
Левой рукой Сэм схватил руку на шее, но не смог сдвинуть ее и на миллиметр. Сопротивление Сэма разозлило мужчину, и он стал душить сильнее. Сэм уже начал терять сознание, но собрав последние силы, вонзил в спину противника лезвие браслета.
Рука на шее на мгновение ослабла. Воспользовавшись этим, Сэм провел лезвием вниз по спине. Мужчина обмяк и навалился на Сэма. Решив, что рана не смертельна, Сэм отпихнул тело в сторону и поднялся. Легонько постучав по стеклу капсулы, он пошел в убежище эволюционного биолога.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий