Death Stranding. Часть 2.

Столичный узел. Штаб «Бриджес»

– Джон.
Дайхардмэн обернулся, но никого не было. Он понимал, что ему послышалось, но все равно пытался найти обладателя голоса. Он слышал его внутри собственной головы, а значит, и источник находится внутри него. Но несмотря на это, он продолжал испуганно озираться. «Нет, меня никто не звал. Просто послышалось». Когда он узнал о поле битвы, на которое попал Сэм, то подумал, что настало то самое время. Клиффорд Унгер вернулся в этот мир, чтобы отомстить. Сколько раз он молил, чтобы это оказалось кошмарным сном! Но его желанию не суждено было сбыться.
– Джон.
«Пока это просто слуховая галлюцинация, порожденная моим страхом, но когда-нибудь Клиффорд прошепчет мне на ухо мое имя. У меня нет другого выбора, кроме как самому пойти к нему и покончить со всем, встретиться лицом к лицу со своим страхом. Бессмертный крепкий орешек Дайхардмэн превратится в обычного Джона и умрет, – в последнее время он мог думать только об этом. – Наконец это время настало. Клиффорд заманивает меня на Берег через Амелию».
Я и сейчас отчетливо помню все, что произошло в тот день. Я чувствовал небывалое напряжение и возбуждение – это напоминало те ощущения, которые я испытывал, когда в первый раз участвовал в реальном бою, но что-то отличалось».
Тогда он был всего лишь солдатом-новобранцем, чьего имени никто не знал, и нетвердой походкой ступал по полю боя, куда его отправил опытный ветеран.
Прошло несколько лет. Выжив в сражениях, он услышал, как его имя назвал сам главнокомандующий армией США. Перед глазами стояла фигура Бриджет Стрэнд, несколькими месяцами ранее приступившей к исполнению президентских обязанностей.
Смотря прямо на него, она сказала следующее:
– Джон, с этого момента ты будешь делать все, что я скажу, и мы вместе восстановим Америку.
В его памяти отпечаталось выражение ее лица, за строгостью которого была скрыта душевная доброта и участливость. Он ощутил зрелость ее личности, словно она прожила уже несколько жизней.
Бриджет с улыбкой подошла к нему, и свет отразился от украшения, висевшего у нее на шее. Колье было простой Y-образной формы, но отблеск света создал иллюзию, которая, убеждал себя Дайхардмэн, не имела ничего общего с реальностью.
Свет разделил ее тело, рассек в форме буквы Y от груди, сходясь в самом низу живота. «Из ее тела что-то родилось», – почему-то подумал Дайхардмэн.
– Это особенный ребенок.
Инкубатор в форме кокона был наполнен искусственными околоплодными водами. Благополучно извлеченный из матки женщины, у которой зафиксировали смерть мозга, младенец спал в инкубаторе, свернувшись в комочек. Бриджет рассматривала ребенка через окошко устройства.
Действительно, он был особенным. Не так просто найти ребенка, рожденного умершей матерью через двадцать восемь недель после зачатия. Именно поэтому Бриджет обожала его. Она следила за его состоянием, будто это ее собственный сын, обращалась как со своим ребенком. Она стала Геей, поэтому была жестока, хотя и питала бесконечную любовь к младенцу.
Джон чуть не утонул в ее глазах, когда она рассматривала ребенка, и потому отвел взгляд. Пусть биологическая мать, чью жизнь поддерживал аппарат интенсивной терапии, лежала рядом и до сих пор соединялась с младенцем через искусственную пуповину, Джону настоящей матерью уже казалась Бриджет.
– Этот ребенок станет мостом, который свяжет нас, – нараспев произнесла Бриджет.
Младенец – прототип ББ, который, возможно, восстановит Америку и станет спасителем человечества, тихонько захныкал, будто отвечая на ее слова. Бриджет, прислонившись щекой к инкубатору, прошептала:
– Все хорошо, ты особенный.
Для Джона он тоже стал особенным ребенком. Он узнал об этом почти сразу после того, как начались испытания ББ.
– Подожди еще немного, – донесся до Джона шепот, когда он шел по коридору. – Когда все закончится, я отвезу тебя, куда захочешь. Куда угодно.
Не успев вспомнить человека, которому принадлежал этот голос, Джон встревожился: дверь лаборатории – официально она называлась больничной палатой – оказалась открытой. Чтобы попасть на этот этаж, требовалось пройти несколько проверок безопасности, но сейчас эти меры не соблюдались. Число тех, кто мог пройти в палату, было ограничено, а если с драгоценным ББ что-нибудь случится, то он не сможет посмотреть Бриджет в глаза.
Задержав дыхание и стараясь идти бесшумно, Джон заглянул внутрь. Спиной к нему стоял мужчина и смотрел в инкубатор. Даже свободная рубашка не могла скрыть крепкое телосложение и развитые мышцы.
– Смотри, ББ, космонавт!
Вдруг говоривший с младенцем мужчина бесшумно обернулся. Восхищаясь явно отточенными тренировками движениями, Джон не мог оторвать глаз от его лица. Мужчина, вероятно, тоже.
– Ты?
Улыбка мужчины моментально восстановила воспоминания Джона. Сколько раз бог смерти тянул его к себе, сколько же раз он готов был все бросить, но всегда возвращался и его встречала эта улыбка.
– Ты, Джон? Джон же, правильно?
– Капитан, что вы тут делаете?
Они обнялись. Бессмертный Дайхардмэн, всегда возвращавшийся из любой передряги, и Клиффорд Унгер, постоянно балансирующий на грани жизни и смерти, снова встретились.
– Пришел проведать жену. – Клиффорд показал взглядом на больничную кровать у стены.
На ней лежала женщина, окруженная устройствами системы жизнеобеспечения. Ее мозг уже умер, и она видела сны родившегося ребенка. «Значит, ее супругом был Клиффорд? Он отец ББ? Что же капитан знает об этом эксперименте?»
– Ее положили сюда, чтобы не произошло как в прошлом году… – Клиффорд отвел глаза от жены.
– В прошлом году? А, выплеск пустоты на Манхэттене?
Дайхардмэн беспокоился, достаточно ли ровный у него голос, не чувствуется ли в нем волнение. Состояние супруги Клиффорда было таким же, как у той пациентки на Манхэттене. Однако сейчас они смогли избежать повторения инцидента и заставить появиться на свет особого ребенка – Бридж-Бэби. Но он оказался сыном Клиффорда и потому приобрел для Джона особое значение.
«Чей он ребенок? – спрашивал он сам себя. – Он принадлежит Клиффорду или Бриджет и Америке? Его из утробы матери с некрозом головного мозга спасли Бриджет и правительство США. В обмен на это от него требуют стать спасителем страны. От него ждут, что он станет ребенком всего человечества и жертвой, кости которой заложат в фундамент государства. Как Иисус, распятый на Голгофе. Кто был его настоящим отцом?»

 

– Мне обещали другое. Вы обещали сделать все возможное, чтобы спасти ребенка.
Клиффорд приблизился вплотную к Бриджет. Этот разговор состоялся в один из его визитов после встречи с Джоном.
– Пока мы не можем вернуть его, – холодно ответила Бриджет.
В ее бесстрастном голосе не слышалось колебаний и нерешительности.
– Нужно еще немного времени, поверьте.
– Ложь! Я больше не могу вам верить!
Клиффорд был прав. Но Джон не мог помочь ему. Он чувствовал одновременно обиду и отчаяние, потому что не мог ничего рассказать.
После первой встречи с Клиффордом он узнал, что тот совершенно не осведомлен о разработке Бридж-Бэби. Младенца спасли из утробы матери, у которой зафиксировали смерть мозга. Однако ребенок был недоношенным, поэтому нужно было обеспечить ему условия для развития, поместив в отделение реанимации для новорожденных. Если все пройдет благополучно, то ребенка можно спасти. Состояние матери очень похоже на состояние женщины, вызвавшей тот выплеск пустоты на Манхеттене, поэтому необходимо предпринять соответствующие меры. Вот что объяснили Клиффорду. Для него младенец был не Бридж-Бэби, а его собственный любимый ребенок.
– Я должна защищать страну, поэтому не могу выполнить ваши требования и раскрыть вам все детали.
Проигнорировав Клиффорда, собиравшегося ответить на ее отказ, Бриджет покинула комнату. Джону оставалось только молча проследовать за ней, и ему было невыносимо тяжело чувствовать спиной взгляд бывшего командира.
После отказа президента прошло несколько дней.

 

– Я временно отключил охранную систему. Президент дала мне высший уровень допуска, – объяснил Джон Клиффорду, оторвавшись от монитора браслета.
– Систему безопасности я могу обмануть только на пять минут. Не останется записи разговора с вами или информации о вашем визите.
Джон сообщил президенту о сбое механизма самоблокировки двери в тот день, когда он встретил Клиффорда, и благодаря этому получил разрешение повысить свои права доступа до самого высокого уровня.
– Этого ребенка принесут в жертву ради создания новой системы связи и возрождения Америки.
Лицо Клиффорда потемнело. Естественно, ведь он впервые слышал об этом.
– Произошло все через несколько месяцев после первых взрывов, вызванных Выходом смерти. В одной частной клинике проводили кесарево сечение. От обычной операции этот случай отличался тем, что мозг матери умер на седьмом месяце беременности. В больнице поддерживали жизненные функции искусственно, но поскольку из-за снижения кровяного давления матери у плода обнаружили брадикардию, решили проводить экстренную операцию.
Все шло успешно, извлеченный плод должны были разместить в отделении реанимации новорожденных. Однако на самом последнем этапе произошло нечто аномальное. Согласно записям, врач закричал: «Вижу! Я их вижу!» Процесс операции транслировался по закрытой сети в качестве обучающего материала для ординаторов. После анализа видеозаписи предположили, что он закричал в тот момент, когда коснулся рукой пуповины, связывавшей мать и ребенка, собираясь разрезать ее.
Сразу после этого произошел взрыв, вызванный выплеском пустоты, и на месте клиники образовался кратер. Тогда никто не понимал, что произошло, но по мере изучения феномена Выхода смерти пришли к выводу, что врач видел Тварей. Появилась гипотеза, что если получится воспроизвести эти условия – найти беременную женщину, чей мозг умер, и их с ребенком будет соединять пуповина, то станет возможно обнаруживать Тварей, а также приблизиться к разгадке Выхода смерти. Тогдашний президент дал добро на проведение экспериментов для проверки гипотезы. Мы в то время служили в армии, а сведения об экспериментах не обнародовали – о них знала только горстка людей, участвующих в исследовании. Ребенка стали называть Бридж-Бэби, а испытаниям дали название «эксперименты с ББ».
Они проводились в правительственном учреждении на Манхэттене. Все документы и записи того времени строго засекречены, поэтому я не знаю, что именно происходило. Ясно одно – эксперименты закончились катастрофой. Остров Манхэттен исчез в результате выплеска пустоты, а вместе с ним и президент, который присутствовал на испытаниях.
Пост президента заняла Бриджет Стрэнд, бывшая тогда вице-президентом. Она приказала остановить эксперименты и уничтожить все данные. Укрепив руководство страной, она стремилась успокоить беспорядки и социальные волнения из-за случившейся трагедии. Утечки информации об испытаниях ББ не допустили, и официальная версия гласила, что у пациента со смертью головного мозга произошел непредвиденный некроз. Ведь вы решили доверить свою супругу нам именно для того, чтобы избежать такого финала.
Джон удрученно вздохнул. У него пересохло в горле, но, подгоняемый пристальным взглядом Клиффорда, он продолжил рассказ.
– На самом деле эксперименты с ББ не останавливали. Бриджет Стрэнд взяла командование в свои руки и продолжила разработки, еще сильнее ограничив круг посвященных лиц. Твой ребенок стал объектом их исследований. Сначала президент думала, что благодаря ББ можно обнаруживать Тварей. Ведь одна из главных проблем связана с тем, что они невидимы. От этого беспокойство и ужас только росли. Если сделать Тварей видимыми, то иррациональный страх пропадет и мы сможем противостоять им. Однако во время разработок стало понятно, что ББ обладает и другими функциями: он не только дает людям возможность видеть Тварей, но и может стать катализатором абсолютно нового вида связи посредством Берега. Это означало, что его придется использовать не как человека, а как часть системы, как устройство. Так ББ превратился в жертву, которую нужно принести ради восстановления Америки.
Джон вытащил из кармана рубашки клочок бумаги и передал его Клиффорду. Установленные пять минут вот-вот должны были закончиться.
– Уничтожьте, когда прочитаете. Это все, что я могу сделать.
Клиффорд молча взял записку. «Может быть, он никогда не прочитает ее», – подумал Джон и покинул комнату.

 

На следующий день Джон услышал, как за спиной открылась и закрылась дверь. Он не стал оборачиваться – все было по графику. Уловки с системой безопасности удались, а остальное уже было в руках Клиффорда.
– Ты ведь присягнул на верность президенту. Почему ты тогда мне… – спросил Клиффорд, бесшумно встав рядом с ним.
– Потому что вы меня все время спасали.
Они не смотрели друг на друга, взгляды обоих были устремлены на мать ББ, подключенную к системе жизнеобеспечения.
– Я возвращался из любого, даже самого жестокого, боя. Добился выдающихся результатов, и поэтому президент выбрала меня в свои соратники. Будучи самодовольным новичком, я считал, что это все только моя заслуга. И моя карьера строилась на этом. Но когда мы перестали работать вместе, я понял, что мои способности – это иллюзия. Меня всегда спасали вы. Благодаря вам я смог дожить до этого момента. Без опоры рядом я не могу. Сначала ею были вы, а теперь Америка. Это самая малость, которую я могу сделать, чтобы отблагодарить. Позвольте мне спасти вас.
Джон протянул револьвер, который пронес тайком. Клиффорд слегка повел бровью – это оружие он дал Джону давным-давно.
– Я не могу отключить систему жизнеобеспечения. Поэтому освободите ее сами. Она не заслужила участи быть навеки прикованной к кровати, когда ее мозг уже умер. Она не может все время видеть сны младенца. После остановки сердца сигнал тревоги сработает не сразу – я изменил параметры, чтобы обмануть датчики. Но у вас будет только пять минут, как и вчера. Не медлите! Это последний шанс!
Посмотрев, как Клиффорд проверяет барабан револьвера, Джон вышел из комнаты.

 

Сначала он увидел, что пол окропили брызги крови. Не сработало. Цепочка красных пятен тянулась к Клиффорду. Тело двинулось раньше, чем мозг успел подумать, и Джон подбежал к бывшему командиру. Тот сидел спиной к стене, его рука была запачкана в крови, как и инкубатор с ББ.
– Командир, я сожалею, – произнес Джон, присев рядом на корточки.
Клиффорд поднял голову и слегка улыбнулся. Джон услышал топот бегущих ног. Обернувшись, он увидел, как вбегают вооруженные мужчины в полной боевой экипировке – отряд специального назначения, – значит, охрану усилили.
– Не стреляйте!
Он встал, развернулся и остановился. Дула всех пистолетов, которые держали бойцы, были направлены в грудь Джона.
– Спасибо, Джон.
Холодное прикосновение к шее. Запах крови. Клиффорд схватил его сзади. «Правильно, командир, используйте меня в качестве живого щита и бегите!» – Джон с поднятыми руками отступал за Клиффордом. Хватка рук Клиффорда ослабла. Он толкнул Джона в спину, и тот, шатаясь, вылетел прямо на солдат спецназа. Заглушая ругань бойцов, которым он преградил дорогу, Джон прокричал громким голосом:
– Не стреляйте! Там тупик, он в ловушке! Я со службой безопасности займусь им!
Он смог сдержать спецназовцев, но ситуация развивалась не по благоприятному сценарию. Даже хуже – все вернулось к началу. Теперь Клиффорд мог спрятаться только в лаборатории.
Перед дверью в лабораторию было шумно. Когда Джон добежал туда, сотрудники службы безопасности уже принесли бензорез и пытались разрезать металлическую дверь. Он не помнил, что отдавал такой приказ.
– Доступ в это помещение строго ограничен! Не входить!
Сотрудники недовольно обернулись на его сердитый окрик.
– Мы видели, как он забежал туда.
– Его там нет! Ищите дальше!
Охранники посмотрели друг на друга. Стало ясно, что они не могут следовать этому нелепому приказу, но Джон должен был любой ценой увести их отсюда. Он только потянулся к кобуре, чтобы достать револьвер, как раздался голос:
– Нет, он там. Открывайте дверь.
Это была Бриджет, которая и отправила спецназовцев. Джон уже не мог ничего поделать.
Дверь открылась, бойцы рванулись за Клиффордом. Раздались звуки стрельбы, несколько пуль попало в него. Весь забрызганный кровью, Клиффорд что-то говорил, повернувшись к капсуле инкубатора. Вероятно, силы покидали его, и капсула выпала из его рук. Боец спецназа быстро подобрал ее и передал Бриджет. Она вздохнула, а Джон молчал, не зная, что сказать. Клиффорд грустно улыбнулся, посмотрев на них. Он прижимал к груди крошечного голого младенца.
– Командир…
По полу разливались околоплодные воды, вытекшие из разбитой капсулы. Они смешивались с кровью Клиффорда, закручиваясь в спираль. «Он уже отчаялся? Собирается умереть здесь вместе с малышом? Так нельзя. Сколько раз он меня спасал! Я должен спасти этого ребенка ради него! Что же делать?!»
– Стреляй, Джон.
Его пронзила острая боль, будто чья-то рука сжала его сердце. «Почему? Почему именно этот ребенок? Почему я должен выстрелить в его отца?»
– Стреляй! – повторно приказала Бриджет.
Дрожащая рука словно не принадлежала ему. Клиффорд посмотрел на Джона. Бледное лицо, отражающееся в его зрачках, казалось Джону чужим, как и рука, сжимающая револьвер, и палец на курке.
– Стреляй, ради Америки!
Раздалось два выстрела. Америка убила Клиффорда.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий