Гильдия юристов-аферистов-утопистов и прочих специалистов в рамках законов РФ. Бюро решения проблем

Она хочет петь, но Петь не хочет ее

Несмотря на мерзкий моросящий дождь, порывы ветра и прочую мокромерзость погоды средней полосы, разряженная и напомаженная Роза, как некогда рассекающий лед атомоход «Ленин», уверенным шагом шла к своей цели. И вот наконец показалась заветная дверь с вывеской «Студия звукозаписи Покатилья».
Студия находилась на втором этаже районного дома культуры и представляла из себя две небольшие комнатки в самом конце длиннющего коридора, сразу за несколькими техническими помещениями. Вероятно, подобная дислокация не являлась случайной и являла собой пример проявления высшего человеколюбия и заботы о ближних, так как оберегала уши прочих арендаторов и их посетителей от звуков, издаваемых соискателями славы. В студии работали молодой звукорежиссер Илья Покатушкин и два его помощника. Воспользоваться услугами более помпезной компании у Розы возможностей не было. Репертуар будущей звезды не отличался разнообразием и состоял из знаменитой русской песни про мороз. Ну можно было прибавить «Рябинушку» и еще что-нибудь протяжно-плаксивое.
Наконец Роза с надетыми на нее наушниками удивительно походившая то ли на Чебурашку, то ли на иного персонажа из старых добрых советских мультфильмов поняла, куда ей нужно петь, и волшебные звуки полились в уши кудесникам от музыки. Илья Розу не останавливал – он сразу понял, что смысла в этом нет. Несмотря на возраст, Илья уже имел за плечами некоторый опыт, и вопросы наподобие «А кто ей вообще сказал, что она певица?», «А она сама себя слышала?» или «Может ли быть что-либо более профнепригодное?» его больше не беспокоили. Гораздо интереснее был моментально включившийся калькулятор – есть ли у дамы «бабки» и во что выльется работа, если попробовать из этого полушепота-полукудахтанья-полукрика слепить что-либо членораздельное и удобовоспринимаемое ухом человеческим.
Вот эти-то вопросы, без намеков и обиняков, были поставлены перед нашей дивой, как только с «Морозом» было покончено. Возмущенной барышне прокрутили записанный материал и объяснили, что в таком виде это нельзя ставить даже в подземном переходе – побьют. Роза попросила позволить ей спеть еще раз, на что циничный негодяй Покатушкин парировал: «Нет рУбля – нет дУбля». Да и смысла нет – лучше все равно не будет. Затем Илья попросил Розу подождать и, обработав первую фразу песни, дал ей послушать. Чуда не произошло, и бархатно-серебряные переливы в студию не полились. Зато исчезли многочисленные дыхания, придыхания и задыхания, а концы слов больше не были оборваны и сдавлены, как последний хрип умирающего от асфиксии. При большом желании это вполне можно было вынести. Счет был выставлен, и убедившаяся в необходимости его оплаты девица зашагала продавать последние мамины побрякушки, щедро отданные ей на «черный день». А день и впрямь выдался непогожим.
Через два дня Роза принесла Покатушкину деньги и забрала кассету. Напоследок Илья, который успел убедиться в решимости сельской Афродиты снискать всемирную славу, а главное – в ее способности принести деньги, посоветовал ей обратить внимание на что-нибудь менее известное и классическое, а попробовать записать легкий песнячок типа «Клатч и финтифлюх», который недавно написал его товарищ и дал ему на обработку. Но когда на вопрос, сможет ли Роза спеть с листа, девушка ответила, что глистов у нее нет, Илья осознал, что дальнейшее обсуждение творческого сотрудничества бесперспективно. Однако, отлично понимая, что без звукозаписи и фонограммы Роза не сможет выступать никогда, на всякий случай сделал ей пару комплиментов и предложил устроить на неплохую работу, которая, возможно, поможет Розе обратить на себя внимание нужных ей людей. А в благодарность за это взял обещание, что если когда-нибудь она еще будет записываться, то делать она это будет исключительно в его студии.
Ушлый Покатушкин моментально оценил самобытную красоту Розы и не ошибся, предположив ее исключительную фотогеничность. Это и был, пожалуй, единственный ее талант. Чтобы не распугать народ, ей не нужно было ни петь, ни говорить, ни ходить – это она делала откровенно плохо. Ей нужно было фотографироваться. Под стандарты фотомодели она не подходила, но это было и не нужно. Илья позвонил своему давнему приятелю – фотографу, который снимал уголок при доме быта, и использовал его как фотоателье и полиграфию. Также он выполнял заказы на изготовление афиш и рекламных буклетов от популярных столичных клубов. Так Роза и оказалась его моделью. Не ошибся Илья и в психологии: Роза была слабым, недалеким, самовлюбленным и истеричным человеком, а для людей с таким характером характерно даже при отсутствии благодарности попадать в эмоциональную зависимость от тех, кто когда-либо оказал им помощь. Эта встреча стала для звукорежиссера Ильи Покатушкина поистине судьбоносной, и впоследствии ввела его в высшие эшелоны отечественного шоу-бизнеса.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий