Гильдия юристов-аферистов-утопистов и прочих специалистов в рамках законов РФ. Бюро решения проблем

Придет серенький волчок и ухватит за бочок,
или
Гибрид ангидрид твою перекись марцид, вой Зобара и удачное завершение операции

По прошествии двух недель со дня памятной встречи цыган с Подмерзавцевым на Ульяновской улице проводилось совещание, на котором наши герои рассказывали друг другу о проделанной работе, делились достижениями и складывали мозаику из добытой информации в общую картинку. Мадам Дудкина соседствовала с Сан Санычем, и зачастивший к ней Моня мог с уверенностью сказать, что ровно в четыре часа ночи семейство нечистоплотного чиновника собиралось на кухне. В субботние дни к столующимся присоединялся глава семьи. Посиделки продолжались до шести или даже до семи утра. Кухня отлично просматривалась из гостиной госпожи Дудкиной с помощью военного бинокля, и Эммануил Маркович подметил, что в семействе не принято мыть руки перед едой. На столе у военачальников перед генеральным сражением разложена карта, а перед нашими героями лежал типовой проект оборзеевского коттеджа. Дом являлся шедевром антинародного творчества и был построен в лучших традициях стиля «В'ампир», ибо его великолепие родилось на деньги, украденные у пенсионеров и налогоплательщиков. Домов таких было много, но ведь и народа немало. А застройщик, постперестроечный враг человека, возвел свои замки на территории сельских угодий и лесов, которые с помощью взяток переводились в категорию земель под индивидуальное строительство. Да, просторные поля и пашни, пасущиеся стада и пашущие на благо людей трактора канули в Лету. Но оставим эту скорбь экологам и вернемся на Ульяновскую улицу.
В доме Подмерзавцевых было три этажа: цокольный, два жилых и чердак-мансарда. Дом был кирпичный, прочный, ухоженный. На цокольном этаже размещался бассейн, спортзал и погреб для хранения продуктов. На первом располагалась кухня-гостиная с камином, санузел, котельная и гостевая. На втором были четыре спальни, санузел и огромный балкон. Вентиляционная шахта проходила с чердака по санузлам на кухню, где в стене находилось вентиляционное окно. Котельная располагалась в отдельной комнатке на первом этаже. Дом был на охране. В углу участка располагался домик для прислуги, в котором проживали садовник, уборщица, водитель и повариха. Сад был прекрасен и ухожен. Вдоль вымощенных дорожек горели фонарики, росли туи, стояли декоративные фигурки, фонтанчик и альпийская горка. Владение напоминало домик гномика из немецких сказок. Вот только хозяином его был злой лепрекон. Впрочем, явление это вряд ли может кого-нибудь из нас удивить. Витя и Дмитрий Саныч недоумевали, как разукрасить имеющуюся картину маслом, но Моне уже было ясно, что надо делать, и он заверил ничего не понимающих друзей, что все складывается более чем удачно. Теперь все зависело от человека, зверя и обстоятельств.
Человеком был тот самый химик Лева, который 7 ноября люминесцировал Лайко-Зобара в цвета новогодней гирлянды, и все взоры с надеждой были обращены к нему. Леве надо было срочно изыскать не имеющее цветовой окраски стойкое вещество, которое при попадании в пищу вызывает сильнейшее расстройство желудочно-кишечного тракта, но не опасно для здоровья и выводится из организма. И Лева, к тому времени перебивающийся с хлеба на воду кандидат наук и гений, посоветовавшись со своими друзьями гастроэнтерологом, фармацевтом и патологоанатомом, таки соорудил подобную смесь.
Зверем был Лайко-Зобар, от которого требовался тот самый жуткий фирменный протяжный вой, которым волкодав приветствовал луну и сводил с ума соседей. Но Зобар повзрослел, поумнел и остепенился. А после того, как источник вдохновения был все-таки отрезан, концерты при лунном свете прекратились навсегда. Зобар не хотел выть ни за какие пироги и котлеты. Операция была на грани срыва. И тут доктора собачьих наук Жору осенило. Лайко не кормили в течение дня, а затем вывезли на природу, где компания приготовила шашлык. Просящей собаке не перепадало. Затем смачный кус мяса привязали к веревке, и начали махать перед пастью Зобара. Все попытки волкодава ухватить кусок оказались тщетны, и на пятой минуте извращенного живодерства Лайко взвыл. Он выл долго, громко и страшно, с характерными переливами, надрывами и вариациями. Дело было сделано, и Зобар получил утешительный приз – сочный, свежий и большой кусок телятины! Вой был записан на японский диктофончик очень хорошего качества, а так как пес запел только на пятой минуте, то и по включении диктофона трансляция начиналась с отсрочкой. Так, как и было нужно. Современный читатель спросит, зачем надо было мучить несчастное животное, когда в интернете можно найти любую запись, например, того же волка. Все дело в том, что в то время интернет еще не был так распространен и только начинал проникать в нашу жизнь. Компьютерно-грамотных людей также было немного. И сотовые телефоны были далеко не у всех, а у кого были, занимали полсумки и напоминали гирю, которой можно было убить противника. Да и разве сравнится вой ирландского волкодава, вобравший в себя пыль веков, с интернетными волками?
Обстоятельства же были просто обстоятельствами: все должно было сложиться и получиться. И не сорваться.
К тому времени Ирэна Ковалевская стала частым гостем в доме скучающей Иветты Подмерзавцевой. Женщины сдружились. Омолаживающие маски Ирэны с вытяжкой из понтов горного оленя, смешанных с крупицами морского жемчуга и серы от Везувия, пользовались огромным спросом. Ирэна и сама удивлялась, почему дамы так хорошо выглядят после экспонирования на лицо и шею обычной, ничем не разбавленной десятипроцентной сметаны! В очередной раз приехав в гости, пани Ковалевская нанесла свой чудодейственный крем на лицо Иветты, а затем, не снимая медицинских перчаток, втерла Левину смесь в ручки дверей и кухонный кран. Иветте, утомленной бездельем, жить было скучновато, и она с удовольствием приглашала Ирэну остаться у себя с ночевкой. Чтобы не мешать сну Подмерзавцева, в будние дни экстравагантная Ирэна просила стелить ей на чердаке, где стояла ее раскладушка и где она любила смотреть на звезды через панорамное окно в крыше.
Прошел месяц, и настал час «икс» – суббота. К этому времени в доме Подмерзавцевых творилось неладное – на прошлой неделе приезжала скорая. У всей семьи было сильное отравление. Их даже доставили в больницу, но ничего необычного не обнаружили. Отравление прошло, и их отпустили домой. По возвращении болезненные симптомы возобновились. Была приглашена другая повариха, но ничего не изменилось. В субботу в кабинете Подмерзавцева раздался звонок, и шипящий голос Марины напомнил о проклятии Нины. К вечеру к Иветте заявилась Ирэна и умоляла пустить ее ночевать, так как она забыла ключи на работе, а салон уже закрыт. Выслушав о кишечных страданиях семьи, Ирэна намочила салфетку спиртом и тщательно протерла намазанные дверные ручки и смесители, а также попросила, чтобы страдальцы вымыли руки. Она объяснила, что так на Тибете сопротивляются порче. К ночи всем полегчало, и изголодавшаяся семья собралась на кухне. В установленное время Ирэна включила диктофон и на веревке тихо спустила его по вентиляции на уровень кухни. Затем она спустилась к Подмерзавцевым, сказав, что ей приснился кошмар, стало не по себе и очень страшно. А в это время Моне захотелось подышать воздухом, и, оставив госпожу Дудкину смотреть цветные сны, он отправился побродить по поселку. Скрывшись в ночной тьме, Эммануил Маркович залез на дерево и кинул заранее приготовленную ветку на провода. Свет отключали и раньше. Во время сильных ветров обрывы на линии были не редкостью. Но каково было и без того напуганным странностями последних дней людям, когда одновременно с наступившей тьмой прямо рядом с ними раздался волчий вой, усиленный акустикой вентиляционной шахты! О дом ударил камень, и Ирэна, повернувшись к окну, истошно заорала, соревнуясь с волкодавом. За ней заорали и остальные. Подмерзавцевы выскочили на улицу и побежали в дом прислуги.
Ничего не понимающая мадам Дудкина открыла окно и поинтересовалась у подошедшего к тому времени Мони, что случилось с соседями.
– Не знаю, – зевая и глядя из окна на происходящее, ответил Эммануил Маркович. – У них то ли друг умер, то ли лошадь приболела, то ли канализацию прорвало. А в деревне коротыч. Похоже, ветка упала.
В понедельник в милицию зашел адвокат Подмерзавцева и поинтересовался у Свисткова, где он может найти Нину Петровну. Он объяснил, что цель его визита – помочь бедной женщине.
Ту квартиру в центре Москвы вернуть было невозможно, но сердобольный Сан Саныч изыскал возможность выделения Нине Петровне равноценной жилплощади в подведомственном ему районе, тоже почти центральном.
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий