Искажающие реальность-7 ир-7

Глава двадцать четвёртая. Святилище

Посадочная площадка находилась с обратной от местного светила стороне ядра кометы, но была расчищена от льда и обломков и ярко освещена прожекторами, так что никаких проблем у Пилота Звездолёта и его напарника не возникло. Дмитрий Желтов и Сан-Дун пригасили скорость, развернули фрегат-спарку на сто восемьдесят градусов и ювелирно поставили в самом центре отмеченного посадочными огнями круга.

Нас встречали. Триста пятьдесят бойцов – всё, что осталось от Армии Земли после почти шести суток непрерывных боёв – парадными рядами выстроились по периметру. На почтительном расстоянии, более чем в полукилометре от людей, виднелись многочисленные защитники храма. Но провокаций и вероломного нападения от мелеефатских бойцов я не ждал. Происходи дело в моём реальном мире, тогда да, некоторые земные командиры и лидеры не удержались бы от искушения уничтожить врагов, представляющих идеальные мишени на открытой хорошо освещённой площадке. Но мелеефаты соблюдали договоры, в этом великой космической расе было не отказать, и потому лишь наблюдали издалека за прибытием кунга Земли.

В сопровождении герд Имрана и герд Тыо-Пана я сошёл с трапа и остановился перед застывшими по стойке «смирно» лучшими представителями человеческой расы. Да, сегодня в вышедшей вместе со мной из звездолёта группе были только люди. Да простят меня Улине Тар, Тини, Айни и все остальные представители инопланетных рас в моём экипаже, но сегодня был не их день.

Датчик давления у меня на скафандре показал удивительные для не настолько уж крупного космического объекта двадцать тысяч Паскалей – почти одну пятую от земной нормы. Вот только температура минус сто тридцать градусов Цельсия и лишь три процента кислорода в воздухе отвергали даже саму мысль снять шлем скафандра. Зато звук в местной атмосфере распространялся, и этим можно было пользоваться.

Усилив громкость микрофона до максимума, я произнёс торжественным голосом:

– Храбрецы! Поздравляю с первой победой! И пусть далась она большой кровью, важность этой победы трудно переоценить. Наша Земля дебютировала в большой космической политике и выступила более чем достойно, заставив считаться с нами и нашими интересами. Как кунг Земли я горжусь, что на нашей планете рождаются настолько достойные представители человеческой расы. Вы не дрогнули перед лицом смерти, не отступили и не сдались, хотя противник был силён и превосходил вас по численности. Вы выстояли и по праву заслужили этот триумф!

Кто-то может возразить, что достигнутые с лэнг Оваз Ушшем договорённости едва ли можно было назвать победой. Скорее «ничья» – стороны остались на своих первоначальных позициях и договорились разойтись. Но я всё же считал это победой. Армия Земли показала свою состоятельность и закрыла свой вассальный долг перед сюзеренами. Никто – ни кунг Вайд Шишиш, ни даже кронг Давэеш-Пир – не смогут упрекнуть людей, что они отлынивали от войны или плохо сражались. Сражались, и ещё как! Зубами удерживали каждый метр коридоров, и даже при соотношении сил один к двумстам продолжали защищать позиции. К тому же мы выторговали звездолёты для переброски в любую указанную точку галактики, да и никто не запрещал людям собрать в изобилии разбросанные на поле боя трофеи. Да и право посещения священного храма тоже можно было считать плюсом. Так что это была не ничья, и уж тем более не поражение, а именно что победа!

По мере того, как говорил, я чувствовал, как изменяется эмоциональный фон собравшихся. Ещё пару минут назад передо мной стояли смертельно измотанные едва держащиеся на ногах люди. Их выдернули прямо с боевых позиций, где солдаты Армии Земли из последних сил держали оборону, уже не надеясь на спасение. И хотя командиры заверили подчинённых, что противник стрелять не будет, и многодневный кошмар закончился, лишь после моих слов до бойцов стало доходить, что они не просто дожили до конца сражения, но победили! Я чувствовал, как отступала обречённость, проходили усталость и боль, исчезало отупение от всех принятых за последние дни препаратов против сна и страха. Видел, как гордо выпрямлялась осанка выстроившихся бойцов. Как на лицах собравшихся одна за другой зажигались улыбки, а у некоторых даже проступали слёзы радости.

Навык Псионика повышен до сто пятьдесят второго уровня!

Навык Ментальная Сила повышен до сто пятьдесят второго уровня!

Навык Мистицизм повышен до сто первого уровня!

Да, без Псионики тут было не обойтись. И не столько даже ради донесения до бойцов какого-то магического внушения, а скорее из практических соображений. Мы обсуждали этот момент с командой ещё на звездолёте, долго спорили и сошлись во мнении, что не сможем обеспечить синхронные переводы на понимаемые бойцами Армии Земли языки. Поэтому говорил я на своём родном русском, но настолько щедро вливал ману в одновременно транслируемое для бойцов ментальное сообщение, что понимали меня наверняка все.

– У людей Земли пока ещё нет медали или знака отличия за успешно проведённые космические операции, но эту досадную оплошность я, кунг Земли, обещаю решить в самое ближайшее время. Все пятьдесят тысяч бойцов получат памятную награду. Кроме того, все выжившее лично от меня получат также специальную премию в три тысячи драгоценных кристаллов гэкхо.

Авторитет повышен до 122!

Авторитет повышен до 123!

Я слегка сбился, поскольку не ожидал настолько сильной отдачи от сказанных слов. Но быстро собрался и продолжил.

– Сейчас совершат посадку звездолёты, который доставят вас на безопасную станцию. Отдыхайте, залечивайте раны, веселитесь, кутите и празднуйте победу. И готовьтесь к новой боевой операции, потому как работа для Армии Земли вскоре найдётся. Настало время человечеству Земли проявить себя уже не в войне за сюзеренов, а в работе на благо нашей с вами родной планеты! И пусть Вселенная содрогнётся от топота ваших сапог!

* * *

Сопровождать меня в подлёдный храм вызвались лишь герд Айни, герд Имран и герд Соя-Тан, и то маленькую волшебницу пришлось долго уговаривать и чуть ли не тащить силой. Лишь слова про то, что это – уникальное место, где обладающие магическим даром игроки могут усилить свои способности, убедили юную чародейку пойти со мной. Остальные члены экипажа дружно отказались. Более того, некоторые признались, что сам жутковатый вид ледяной кометы давит на них и гонит обратно на звездолёт. Странно, сам я наоборот чувствовал огромный прилив сил, ноги словно сами тащили меня ко входу в ледяной храм.

«Экскурсоводом» вызвался поработать сам лэнг Оваз Ушш. Кстати, я ошибся. Командующий флотилией во время краткой перестрелки в космосе находился вовсе не на одном из крейсеров, а вместе с большой группой восьминогих Штурмовиков готовился к последней и решительной атаке на позиции людей. И сейчас этот крупный мелеефат в тяжёлой штурмовой броне встречал меня у сильно пострадавшего во время недавних боёв входа в подлёдное святилище. Он уважительно поклонился, опустив головогрудь, после чего сразу четырьмя лапами указал на проём в ледяной горе.

– Кунг Комар, прошу следовать за мной. Паломники обычно посещают три места в храме зарождения жизни. Прежде всего, главную святыню – ледяную пещеру, которая и является местом возникновения жизни во Вселенной. А также Зал Предвидения и Зал Страха. Некоторые осмеливаются спуститься глубже в Зал Смерти, где на посетителей снисходит озарение, и они могут узреть момент своей смерти в будущем. Но этот зал не пользуется популярностью у паломников и не входит в список обязательных для посещения.

Навык Космолингвистика повышен до сто восемнадцатого уровня!

Герд Айни перевела стрекотание мелеефата, хотя примерно треть содержания я понял и сам.

– Честно говоря, я тоже не стремлюсь увидеть обстоятельства своей смерти. Такое знание принесёт лишь расстройство, но никак не добавит сил на выполнение всего того, чего ты задумал добиться в этой жизни.

– Понимаю, кунг Комар. Я тоже никогда не посещал это мрачное место в глубинах ледяного храма. За его сохранностью следят лишь роботы, а также те немногие представители мелеефатской расы, кто начисто лишён псионических способностей. Но даже для них это тяжкое испытание. Поломки техники в Зале Смерти происходят на порядок чаще, а живые существа сходят с ума, если слишком долго находятся в мрачных глубинах ледяной кометы.

За разговорами мы вошли в длинный коридор, сильно замусоренный обломками боевой техники людей и мелеефатов. В каких-то местах завалы из металлических искорёженных обломков достигали даже высокого ледяного потолка. Я увидел пять разорванных в клочья «Пересветов» с эмблемами «Первого Легиона» фракции Human-3 на бортах. Вместо стандартных дизелей на этих машинах были установлены электромоторы, а спереди на корпус приварены дополнительные бронепластины. К сожалению, даже дополнительная защита всё равно не спасла технику от уничтожения.

Видел множество боевых роботов японского и китайского производства, гильзами от их скорострельных пушек и крупнокалиберных пулемётов обильно был усыпан пол. Видел установленные на стенах и потолке неактивные сейчас турели с надписями на английском. В одном месте возле капонира с тяжёлым танком «Сио-ту-кати» моей фракции «Реликт» на ледяной стене люминесцирующей лимонно-жёлтой краской была сделана неровная надпись на немецком: «Wir sterben, aber wir geben nicht auf!» (Умираем, но не сдаёмся!).

Навык Зоркий Глаз повышен до сто семнадцатого уровня!

Навык Космолингвистика повышен до сто девятнадцатого уровня!

Где-то через полкилометра нам пришлось сворачивать из основного коридора и пользоваться вырезанным во льду обходным туннелем, поскольку пути дальше не было – сплошное месиво разбитой техники, частей бронескафандров и мотков колючей проволоки. Возле самой ведущей в глубины храма лестницы я обнаружил ещё два «Сио-ту-кати», хотя опознать танки фракции «Реликт» в этих оплавленных глыбах было совсем непросто. Один из тяжёлых танков раздавил мелеефатского огромного шагающего робота, да так и застыл на поверженном враге с гордо задранным вверх орудием.

Ремонтные работы тут возле лестницы уже велись – сотни восьминогих существ исправляли нанесённые войной разрушения, восстанавливали ледяные барельефы на стенах и убирали рассыпанные по полу гильзы от стрелкового оружия.

– Нам туда! – указал наш проводник на косо уходящий вниз вырубленный во льду прямой коридор. – Обратите внимание, как по мере нашего приближения к пещере будет подниматься температура.

Я и сам уже это заметил. Уже тут возле лестницы температура была лишь минус восемнадцать, а впереди явственно слышалось журчание воды. И это при минус ста тридцати на поверхности!

Открывшаяся через минуту перед глазами картина поражала своей неестественностью. Никакого искусственного освещения в пещере я не обнаружил, тем не менее тут было светло. Возможно, свет яркой звезды пробивался через прозрачные своды, или причиной служили фосфоресцирующие от колоний плесени стены ледяной пещеры, но я даже выключил фонарь, чтобы насладиться удивительным зрелищем. С ледяного потолка капало и даже лилось ручьями в озеро с жидкой прозрачной водой, в которой мельтешили в обилии проживающие там небольшие существа. Зелёные и красные водоросли на мелководье. И даже зелень на берегу у самой воды – странные сферической формы пористые растения, которыми поросли камни. Температура в пещере была плюс семь, а ещё дозиметр на моём рукаве стал интенсивно пощёлкивать – где-то поблизости находился источник повышенной радиации.

Моё внимание к дозиметру не укрылось от сопровождавшего мою группу мелеефата. Лэнг Оваз Ушш указал суставчатой лапой на озеро.

– Там в глубине лежит каменно-металлический астероид с высоким содержанием кремния, железа, урана и трансурановых элементов. Он упал на комету Ун-Тау около миллиарда тонгов назад и послужил причиной всей этой природной аномалии.

– Невероятное зрелище! – восхитился я. – Действительно уникальное место, настоящее чудо Вселенной. Могу я воспользоваться сканирующим устройством Изыскателя, чтобы запечатлеть все эти чудеса? Возможно, удастся приблизиться к разгадке главной тайны Вселенной – какие условия необходимы для зарождения жизни?

– Да, конечно. Хотя учёные мелеефатов провели все возможные исследования, пытаясь понять и воссоздать эти условия. Но у них не удалось повторить чудо. Органические молекулы и даже спонтанно возникающие при жёстком радиоактивном облучении аминокислоты и кремний-органика не собираются в нечто более сложное, способное жить и воспроизводить себе подобных. Должно было случиться чудо, и оно произошло именно здесь на Ун-Тау.

Тем не менее, я достал металлическую треногу и подготовил Сканнер Изыскателя. Предупредил остальных отойти на безопасное расстояние, выставил бегунки настоек на максимальное обнаружение органики и определение источников радиоактивного излучения. После чего развёл «лапки» геологического анализатора и воткнул в пол.

Навык Сканирование повышен до восемьдесят седьмого уровня!

Навык Картография повышен до девяносто восьмого уровня!

Навык Минералогия повышен до шестьдесят второго уровня!

Навык Минералогия повышен до шестьдесят третьего уровня!

Ничего не изменилось. В пещере по-прежнему было светло, а у поверхности воды мельтешили мелкие похожие на плоских червячков существа. На экране сканнера получилось хорошо рассмотреть под слоем воды на глубине семидесяти метров крупный камень неровной формы размерами где-то пятнадцать метров по самой длинной оси и шириной от восьми до одиннадцати метров. Прибор показывал его сильную радиоактивность и состав. Кремний, железо, магний, уран, плутоний, марганец и стронций. Но не более того. Таких астероидов, как каменных, так и металлических, во льду кометы отобразилось немало. И в чём уникальность именно этого, понять было невозможность.

Я попросил разрешения у лэнг Оваз Ушша провести потом ещё три подобных сканирования с разных точек поверхности кометы, и получил согласие. Хотя признаться, меня в данном случае интересовала даже не столько сама пещера, хотя сомнений не осталось, это действительно был уникальный природный объект, а разбросанные по всей комете обломки сотен звездолётов и боевой техники. Заполучить их чертежи было бы очень даже интересно и полезно.

Но тут моё внимание привлекло странное поведение малышки герд Сои-Тан Ла-Варрез. Девчонка вдруг застонала и рухнула на колени. Айни и Имран бросились было помогать ей, но лэнг Оваз Ушш остановил моих друзей.

– Не нужно вмешиваться! На вашу подругу нашло озарение. Видение важного момента будущего или новые знания. Это великий дар, который случается с верующими в храме Ун-Тау, и не лишайте вашу спутницу уникального подарка от самой Вселенной!

И в этот миг меня самого «накрыло». Мир вокруг исчез, пропал ледяной храм и озеро, пропали лица моих друзей…

Вокруг были лишь тьма и ужас. А ещё боль. Я был тяжело ранен и истекал кровью. Густой и почему-то оранжевой. Она выплёскивалась из меня при каждом ударе обоих сердец. Хотя не совсем уж тьма была вокруг. Просто тёмные коридоры в совершенно незнакомом месте. Залитые водой, опасные и тёмные. Но впереди виднелся свет. Мне нужно было спешить туда и тащить своё разорванное брюшко, из которого вываливались внутренности. А позади слышался жуткий визг и шлёпанье по мокрому затопленному водой полу. Меня быстро настигали. До вирт-капсулы уже было не успеть. Хищники догонят и разорвут меня раньше. И тогда я свернул направо, в боковое ответвление коридора. Я знал, что там тупик. Но там была надёжная и прочная металлическая дверь, которую можно открыть и спрятаться внутри. А ещё там за дверью хранилось оружие. Я представил его. Сотни и тысячи Аннигиляторов на стеллажах вдоль стен. Этим оружием можно будет воспользоваться, чтобы убить врагов.

Я дополз до двери и протянул семипалую конечность к настенной панели. Код ##12099, я знал его. И даже успел набрать первые символы, как вдруг пришла новая боль. Меня схватили зубами за и без того искалеченное брюшко и потащили от двери. Я вцепился всеми пальцами в настенную скобу, но сил не хватило. Рука соскользнула, и меня быстро потащили в темноту. Из последних сил отстегнул с пояса почти разряженный Аннигилятор, его заряда хватало на один-единственный выстрел. Развернулся в сторону схватившей меня инвары. Это была страшная огромная тварь со множеством когтистых конечностей и плавников. Я направил на неё оружие, но заметил ещё двух спешащих к месту пиршества инвар. Это был конец. Я не стал стрелять в удерживающую меня тварь. Вместо этого приставил оружие к своей голове. Последним моим предсмертным желанием, острым и совершенно несбыточным, было то, чтобы человек кунг Комар узнал о моей судьбе. И прислал мне замену в «Убежище Сям тро VII». После чего боль пропала, и наступила темнота…

Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий