Эго – это враг

ВСЕГДА ОСТАВАЙТЕСЬ УЧЕНИКОМ

Каждый встреченный мною человек в какой-то момент становился моим учителем, и я чему-то учился у него.

Ральф Уолдо Эмерсон, эссеист, философ

В истории эхом перекатывается легенда о Чингисхане: варвар-завоеватель, подстрекаемый жаждой крови, угро­жающий цивилизованному миру. Мы помним, что его монгольская орда мчалась по Азии и Европе — ненасытная, не останавливающаяся ни перед чем: грабежи, насилие, убийства людей и разрушение культуры, которую те создали. Затем так же, как и его кочевое войско, это ужасное облако просто исчезло из истории, поскольку монголы не создали ничего долговечного.

Как и все реакционные эмоциональные оценки, изложенная точка зрения не могла быть более далекой от истины. На самом деле Чингисхан был не только одним из величайших военных умов в истории человечества, но и вечным учеником, ошеломительные победы которого часто становились результатом его способности впитывать лучшие технологии, методики и новшества любой новой культуры, с которой соприкасалась его империя.

И если в царствовании Чингисхана и в нескольких столетиях династического правления и была одна тема, то это обретение. При Чингисхане монголы были безжалостны не только в завоеваниях: столь же бездушно они крали и осваивали лучшее, почерпнутое в каждой встретившейся культуре. И хотя по сути у монголов не было технологических изобретений, прекрасных зданий или великого собственного искусства, с каждым сражением и каждым врагом их культура поглощала что-то новое.

Чингисхан не родился гением. Зато, как пишет один биограф, у него был «постоянный цикл прагматичного обучения, экспериментальной адаптации и постоянного пересмотра ситуации, которым руководила уникально дисциплинированная и целенаправленная воля».

Он стал величайшим завоевателем мира, потому что был открыт для обучения больше, чем любой другой завоеватель до него.

Первые яркие победы вождя стали возможны из-за его реорганизации войска — деления солдат на десятки. Идею он позаимствовал у соседних тюркских племен и невольно привел монголов к десятичной системе. Вскоре расширение империи столкнуло ее с еще одной «технологией», невиданной ранее: городскими стенами. В ходе нападений на тангутов Чингисхан изучил все нюансы укрепления городов и стратегии, необходимые для осады, и быстро приобрел необходимый опыт.

Позже с помощью китайских инженеров он научил солдат строить осадные машины, которые могли бы разрушать городские стены. В кампаниях против чжурчжэней Чингисхан понял важность завоевания сердец и умов. Общаясь с учеными и правящими фамилиями на завоеванных землях, полководец мог управлять этими территориями так, как не удавалось прочим империям.

Впоследствии в любой стране или городе Чингисхан созывал мудрейших астрологов, писцов, врачей, мыслителей и советников — всех, кто мог быть полезен его войс­кам и его действиям. Для этого монгольские завоеватели возили с собой дознавателей и переводчиков.

Этот древний обычай надолго пережил полководца. Кажет­ся, монголы посвятили себя исключительно военному искусству, однако они находили достойное применение каждому встреченному ремесленнику, торговцу, ученому, актеру, повару, квалифицированному рабочему. Монгольская империя отличалась религиозной свободой, любовью к идеям и смешением культур. Монголы принесли лимоны в Китай, а китайскую лапшу — на запад. Они распространили по миру персидские ковры, немецкие технологии рудных работ, французскую обработку металлов и ислам. Говорят, даже пушки, революционизировавшие военное дело, стали результатом слияния китайского пороха, мусульманских огнеметов и европейской работы с металлом. Их объединила открытость монголов к обучению и новым идеям.

Преуспев, мы окажемся в новой ситуации и встретимся с новыми проблемами. Выдвинувшийся воин должен учиться искусству политики. Продавец — умению руководить. Учредитель — умению передавать полномочия. Писа­тель — умению учить других. Комик — умению играть­ роль. Повар, ставший ресторатором, — умению управ­лять целым заведением.

Это не тщеславие. Физик Джон Уилер, занимавшийся теоретическим обоснованием и разработкой термоядерных процессов, однажды заметил: «По мере того как увеличивается остров нашего знания, увеличивается и берег невежества». Другими словами, каждая победа и каждое достижение, добавлявшие величия Чингисхану, сталкивали его с новыми, ранее не встречавшимися ситуациями. Чтобы понять, что вы знаете меньше, даже если вы знае­те и понимаете все больше и больше, требуется особый вид смирения. На память приходит мудрость Сократа, утверждав­шего: он знает, что ничего не знает.

Вместе с достижениями подступает растущее давление — притвориться, что мы знаем больше, чем на самом деле. Притвориться, что мы уже знаем всё. Scientia infla — знание раздувает. Это рискованно и тревожно — думать, что мы защищены, что все хорошо. На деле же понимание и мастерство — непрерывный подвижный процесс.

Музыкант и художественный руководитель оркестра «Джаз в Линкольн-центре» Уинтон Марсалис девять раз удостоился премии «Грэмми» и получил Пулитцеровскую премию в области музыки. Он как-то дал перспективному молодому музыканту такой совет: «Смирение порождает обучение, поскольку отгоняет высокомерие, накладывающее на нас шоры. Оно открывает нас навстречу истинам. Вы не стоите на собственном пути. Знаете, как определить, истинно ли скромен человек? Я думаю, есть один простой тест: скромные совершенствуются, поскольку постоянно наблюдают и прислушиваются. Они не скажут: “Я знаю путь”».

Следует продолжать учиться независимо от уже достигнутых успехов. Если вы не учитесь — вы уже умираете.

Недостаточно быть учеником вначале — эту позицию надо занимать всю жизнь. Учитесь у всех и всему. У людей, которых победили вы, и у людей, которые победили вас, у тех, кто вам совсем не нравится, и даже у возможных врагов. На каждом этапе, на каждой развилке жизни есть возможность поучиться: даже если это урок в коррекционном классе, мы не должны разрешать эго мешать нам получить его.

Слишком часто, будучи уверенными в собственном интеллекте, мы застреваем в зоне комфорта. Мы упиваемся гарантией никогда не почувствовать себя глупо и никогда не столкнуться с острой необходимостью научиться чему-то­ новому, пересмотреть то, что мы давно знаем. Это скрывает от нас различные слабости нашего понимания, время оказывается упущенным, и наступает момент, когда менять курс становится слишком поздно. Именно здесь безмолвно взимается пошлина.

Стремясь к мастерству, каждый сталкивается с угрозой. Эго, словно сирены на скалах, поет успокаивающую и одновременно ободряющую песню. Однако она может привести к кораблекрушению. В ту секунду, когда мы позволяем эго сказать нам, что учеба окончена, обучение прекращается. Вот почему боец-полутяж Фрэнк Шемрок говорит: «Всегда оставайся учеником». Обучение никогда не заканчи­вается.

Решение просто и изначально неудобно: возьмите книгу по теме, о которой ничего не знаете. Оказывайтесь там, где будете самым незнающим человеком. А что насчет того, чтобы намеренно подвергнуть себя дискомфорту оборонительного поведения, когда оспариваются ваши базовые принципы? Трансформируйте мышление. Изменяйте свое окружение.

Любитель выстраивает оборону. Профессионал считает, что учиться приятно, а иногда и демонстрирует это. Таким людям нравится, когда им бросают вызов, когда с них сбивают спесь. Образование для них — непрерывный, бесконечный процесс.

Большая часть военных культур (да и людей в целом) стремятся насаждать ценности и контролировать то, с чем сталкиваются. Монголы отличались тем, что объективно взвешивали любую ситуацию и при необходимости заменяли прежние методы новыми. Так начинаются все великие дела, но затем что-то происходит. Сегодня существует понятие «подрывные инновации»: в какой-то момент любая отрасль будет разрушена из-за новой тенденции или нововведения. При этом изменится соотношение ценностей на рынке, и, несмотря на все ресурсы мира, текущее руководство не сможет этому воспрепятствовать. Почему так? Почему бизнес не может меняться и приспосабливаться?

В основном потому, что люди утратили умение учиться. Они перестали быть учениками. В тот миг, когда такое произойдет с вами, ваши знания тоже станут хрупкими.

Выдающийся менеджер и мыслитель Питер Друкер говорил, что недостаточно просто хотеть учиться. По мере развития люди должны также понимать, как они учатся, а затем настраивать процессы, способствующие постоянному образованию. В противном случае мы обречем себя на добровольное невежество.

Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий