Анатомия теургии

Глава 15

Сегодня Гита собиралась уезжать. При одной мысли о возвращении на промёрзшую дорогу хотелось зарыться под одеяло с головой, но деньги неумолимо таяли, а заработать в Андреде Гита не могла — кто знает, что здесь уже рассказывают о её побеге? Поскупившись на погоню, Тостиг вполне мог разослать описания беглой норны по окрестным местам, а тем более в Андред, через который ехали все путники в Дейру. А уж догадаться, куда она направится, не составляло труда.
В который раз Гита пожалела, что не додумалась создать себе тайную берлогу где-нибудь в деревушке, милях этак в двадцати от столицы, где можно было бы спокойно пожить хотя бы месяц. А ведь хотела, давно хотела, когда Красный король начал давить на ведьм. Но всё никак не могла собраться, и вот, пожалуйста, теперь уже поздно.
И хотя она всё-таки сказала хозяину, что съезжает, уехать вот так просто не смогла.
Этим утром в холле гостиницы собралось как-то очень уж много людей. Накануне Гита завтракала в одиночестве, ужинала в компании, а сегодня, судя по всему, никто так и не уехал — все будто ждали чего-то. Увы, сама она ждать уже не могла.
— Зря вы сейчас едете, — сказал хозяин, вешая ключ на крючок. — Тут единственная дорога — мимо форта, а ночью его штурмом взяли.
— Что? — Гита застыла на месте.
— Рейтары какие-то, говорят, Чёрного короля. Кто-то им мост опустил, ворвались внутрь, ну и… — он пожал плечами. — И говорят ещё, с ними какая-то тварь была, вроде лошади, только с руками. Не иначе демона приручили. Так и не скажешь, кого бояться больше надо.
— А подробней?
— Да какие подробности, мейстрес? Слухи одни. Там выжило-то всего несколько ребят, они сейчас в госпитале все. Потравили их чем-то, магией какой-то. Что рассказали, то я и вам передал. Опасно там нынче. Я бы остался.
Ну ещё бы, подумала Гита, с такими ценами иного ожидать было глупо. Но, в общем-то, хозяин был прав — добропорядочный путник поступил бы разумно, выждав хотя бы денёк. Ехать мимо форта, захваченного неизвестно кем, да ещё и с каким-то демоном — это надо быть совсем безбашенным.
Гита себя причисляла именно к таким. Вдобавок она знала только одного человека, на чей счёт можно было приписать неведомое существо, и если это так, стоило узнать наверняка.
— Я всё-таки покину вас, — ответила она, поворачиваясь к двери.
Лезть в седло было больно, но уже мягче, чем раньше — заклинание дало свои плоды, рана больше не кровила. Лошадь нехотя выходила на дорогу, явно желая вернуться в уютное стойло, и Гита её понимала: утро выдалось холодным.
Оставалось надеяться, что визит в форт не сделает его жарким.
* * *
— Быть не может, — сказал Эльфгар.
— Это святая правда, — ответил гонец. — Форт захвачен.
Их приближение, конечно, заметили, да никто и не таился. Местные жители дали весть в Андред, а уже рив города послал вестника, чтобы предупредить армию. Попробуй они сунуться в форт, и в лучшем случае пришлось бы отступить. В худшем, если захвативший цитадель командир не заботится о своей чести, их встретили бы ружейным огнём.
Новость обескуражила шерифа. Он готов был попасть в осаду, и держаться, пока не подойдут основные силы — собственно, для этого Тостиг и поторопился отправить авангард, но совсем не предполагал, что враг окажется быстрее. Настолько быстрее. Они ведь не просто успели пройти сюда путь от Дейры, но и захватить форт. И явно сделали это без долгой осады, иначе в Ранкорн пришла бы весть.
И что делать дальше, Эльфгар не знал.
Конечно, первым делом стоило сообщить королю. Банков Меаччи поблизости не было, так что придётся обойтись естественными методами — то есть отправить гонца. И, пожалуй, дойти до города, чтобы не ночевать совсем уж в поле. В город захватчики не сунулись, впрочем, никакой ценности для них он не представлял, если не считать грабежа. Но Гарольд тоже не был дураком и, судя по всему, грабить население запретил.
Но вот дальше — дальше была полная неизвестность. Осадить форт? Для этого нужна была тяжёлая артиллерия и инженеры, которыми Эльфгар не располагал, а кроме того, хотя бы втрое больше людей. Без этого шансы на успех выглядели совсем уж призрачными. Хотя противник ведь как-то справился. Хотел бы он знать, как.
Гонец сказал немного — только что, что смогли пересказать уцелевшие. Но и этого хватило, чтобы Эльфгар сразу прервал его и велел позвать Йона Винтерсона.
Деоринг неодобрительно сверкнул глазами. Он не доверял молодому теургу, и, возможно, не зря. Да и сам шериф в последнее время уже не знал, кому верить, а кому нет. С того проклятого дня, как он попытался убить Магнуса Эриксона, вся его жизнь шла под откос.
Но другого теурга у него не было, а здесь явно требовалась его помощь.
Жуткая тварь, о которой говорил гонец, не могла возникнуть сама по себе. Почти наверняка это постарались ведьмы — Эльфгар хорошо помнил Альму, разъезжающую верхом на осквернённом волке — но было и ещё кое-что, что не давало шерифу вынести окончательный вердикт. Он бы сразу всё сказал, если бы существо просто убивало солдат. Да, это жестоко, противоестественно, такие твари просто не должны существовать — но их могли создать ведьмы. Пусть даже одна-единственная ведьма. А вот странные шары, распространявшие невероятную вонь, из этой картины выбивались.
— Он просто плевался ими из пасти, — говорил гонец. — Будто выблёвывал, как мне говорили. Ух, даже звучит мерзко. Не знаю, что это такое, демон, может, но я про таких никогда не слышал. Это вам Багровых надо расспросить. Мало ли с кем язычники водятся, может, и демонов приручать теперь умеют.
Демонов — вряд ли, подумал Эльфгар, а вот осквернённых он видел самолично. Только не верил он, что это демон.
— Похоже на химеру некроманта, — сказал Йон, когда гонец закончил, и шериф покачал головой. Эту мысль он старался гнать подальше, но, судя по всему, зря. — Я не знаю ни одно живое существо, способное творить подобное, и уж точно не в Хельвеге. Все говорит о том, что оно создано искусственно, а это, в свою очередь, говорит о некромантии.
— И мы знаем только одного некроманта, который сейчас пребывает в Хельвеге, — Эльфгар глубоко вздохнул. — И наша задача только что стала намного сложнее.
— Вряд ли удастся захватить форт, если его обороняет маг девятого звена. Мои скромные силы…
— Я знаю, мэтр. Не собираюсь требовать невозможного. Выступаем! Попробуем хотя бы поговорить с ними.
* * *
Небольшой отряд ехал по лесному тракту — спокойно, не торопясь. Ситилла давно убедилась, что армия с её обозом слишком неповоротлива, и нет никакого смысла гнать лошадей, как бы ей этого ни хотелось. Багровым нужно попасть между молотом и наковальней, а лучшего способа, чем оставаться на наковальне, она не знала.
С ней отправились трое братьев, но, по правде сказать, Ситилла вполне справилась бы и сама. Охранять в пути было не от кого: люди, завидев багровый плащ, отворачивались, а демоны опасались приближаться к лагерю. Даже больше того, гораздо интереснее для них оказался шатёр Ордена, который они ставили поодаль — несколько лакертов погибли, пытаясь отведать свежего мяса. Ситилла же снова убедилась, что дела в Хельвеге хуже некуда. Оставалось надеяться, что это придаст её словам убедительности, когда всё начнётся.
Армии столкнутся — и столкнутся очень скоро. Ей удалось добиться от Гарольда обещания, что сражение не начнётся без переговоров, но знает ли об этом Тостиг? Она отправила письмо в столицу, и братья в Ранкорне должны были поговорить с королём. Вот только они могли не успеть.
— Госпожа, — услышала она и обернулась, перестав следить за мелькающими в ночном лесу тенями. Демонов там не было, Ситилла знала это наверняка. Но других занятий у неё всё равно не было.
— Что случилось? — равнодушно бросила она.
— С вами хочет поговорить норна.
Вечер в один миг перестал быть скучным.
Альма ждала у костра, чинно сложив руки на животе — если бы не мужская одежда, её можно было бы принять за благородную даму. Но и ведьмы такое не носили, предпочитая дорогие меха. Альма будто проводила черту между ними и собой, отличаясь во всём — даже в одежде.
— Приветствую, госпожа палач, — сказала она, заметив Ситиллу.
— Здравствуй, — глухо ответила та. — Чем обязана?
— Вы побывали в мире демонов. С Магнусом Эриксоном.
Один из братьев за спиной норны шевельнулся, но Ситилла покачала головой.
— Мне нужно поговорить об этом. Наедине.
— Тогда давайте прогуляемся, — Проклятая пожала плечами. — Годится?
— Да, — Альма опустила руки. — Надеюсь, я пришла сюда не зря.
— Посмотрим, — усмехнулась Ситилла.
Ей не очень-то хотелось возвращаться в чаще — ей вообще не нравилось находиться среди могучих деревьев Андредского леса. Лес казался Проклятой единым существом — и существом враждебным. Может, причиной была та встреча с ордой лакертой — такое не проходит бесследно. Может быть. Ситилла не знала.
Но Альма не стала углубляться в лес.
— Тебе рассказал Магнус? — наконец не сдержалась палач.
— Нет.
А это уже интересно, подумала Проклятая.
— Тогда как?
— Я расскажу, если вы ответите на мои вопросы.
— Идёт.
— Ворон, госпожа палач. Я могу слышать то, что слышит он. Вы разговаривали с человеком из Ордена, там, на башне, я услышала имя Магнуса и решила узнать больше. Вот и всё.
— Занятно, — Ситилла повернулась, разглядывая темноту меж деревьев. Там шевелилось что-то, или ей кажется? — Не возражаешь, если как-нибудь потом я расспрошу подробнее об этой магии?
— В ней нет ничего тайного, — норна пожала плечами. — Я готова даже учить этому искусству, если среди сестёр Ордена найдутся женщины с даром. Теперь я могу спрашивать?
Проклятая кивнула.
— Магнус Эриксон. Каким он был там, за гранью?
— Что? — на миг Ситилла растерялась, не зная, что сказать.
— Вам пришлось сражаться в том мире. Плечом к плечу с ним. Каким он был?
— Но… — она задумалась. Вопрос был странным, но, видимо, у Альмы имелись веские причины, чтобы спрашивать такое. И спрашивать у неё, а не у своего учителя. Во всяком случае, Ситилла обещала ей ответить, и обещание следовало выполнить. — Он был таким же, как и всегда.
— Лёд.
— Да, — теперь Проклятая говорила ровно. — Он совсем не изменился. Бывает, человек страшится, но пересиливает страх. Это заметно. Бывает, он, наоборот, распаляется, чтобы не показать, будто боится. Я в такие минуты становлюсь настороженной, слежу за всем вокруг, не спуская глаз. Магнус же… он просто наблюдал. Не увидела я у него ни страха, ни растерянности, ни трусости, ни… вообще ничего. Он убивал демонов, будто дрова колол. Не знаю, чем тебе это поможет.
— Через что должен пройти человек, чтобы стать таким? — глухо спросила Альма. — Он будто лишён чувств. Смотрит на мир, как на какой-то чертёж, который надо изучить. Или исправить. Люди для него — просто плоть и кровь, наделённая разумом.
— Да, похоже на то, — согласилась Ситилла. — Ты думала, что в бою он окажется иным?
— Не в бою. Там, где не бывал никто из людей. Я думала, он способен хотя бы на восхищение.
— Он восхищался. По-своему.
— Вот как…
— Лучше тебе поговорить об этом с ним напрямую, когда вы встретитесь.
— Я боюсь, — совершенно искренне ответила Альма. — Он согласился учить меня и успел показать уже многое, но я всё равно не понимаю его. А сейчас так тем более.
— Тогда могу спросить я, — Проклятая пожала плечами. — Если позволишь.
Норна покачала головой.
— Пожалуй, мне придётся пересилить это. Спасибо за беседу, госпожа палач.
* * *
Пистолет рявкнул, выплюнув сгусток огня и дыма, и Рона опустила оружие. Это был пятый выстрел из финальной серии, и пятый попавший точно в цель.
Она стреляла с пятнадцати шагов по ростовой мишени — впервые с тех пор, как лишилась глаз. И долгие тренировки, наконец, принесли плоды.
Девушка сама попросила Магнуса о такой проверке, и тот обратился к Бернульфу, без лишних вопросов получив пистолет из оружейной форта и коробку с заранее снаряжёнными бумажными патронами. Октафиденты явно собирались остановить здесь армию Гарольда до подхода основных сил, и подвалы были буквально набиты боеприпасами, оружием и продовольствием, так что распоряжаться ими можно было как угодно. Пистолет несколько отличался от того, которым раньше пользовалась Рона, но, в конце концов, какая разница? Всё равно пришлось бы пристреливать. Даже если бы у неё были свои, живые глаза.
Но, как оказалось, обсидиановые ничем не хуже.
Ей по-прежнему приходилось концентрироваться, чтобы заставлять их работать, но теперь этому не требовалось уделять так уж много внимания. Всё равно что идти по узкой дорожке, не сходя с неё: в какой-то момент забываешься и просто идёшь, уже не думая ни о чём. К тому же дорожка с каждым днём становилась шире.
Она коснулась пистолета осторожно, будто ядовитой змеи — в памяти ещё жил образ тех, старых, которые в один миг ожили в руках. В тот день, когда Магнуса пришли убивать. Но этот был холоден и мёртв, и теперь она сама могла оживить его простым усилием воли. Это даже проще, чем зажечь свечу.
Она так и сделала — разорвала оболочку бумажного патрона, высыпала весь заряд в ствол, не став заводить механизм замка, сунула следом пыж и пулю, а потом, прицелившись, направила в порох поток силы. И тот, ответив, тут же вспыхнул.
Потребовался всего десяток выстрелов, чтобы приноровиться к новому способу стрельбы, и, наконец, выбить серию. Опускала пистолет Рона с чувством, будто вернула ещё одну частичку прежней себя.
— Очень неплохо, — сказал Магнус. Некромант стоял в стороне, сложив руки на груди, и внимательно наблюдал за всеми действиями подопечной. Рона не знала, как он сам управляется с огнестрельным оружием, но почему-то не сомневалась, что колдун умеет и это. С другой стороны, зачем нужен капризный огнестрел тому, кто владеет плетью Фраата?
— Я вижу куда лучше, чем раньше. Красок нет, но мне не нужно всматриваться вдаль, чтобы увидеть мишень.
— Потому что живой глаз — это линза, как в зрительной трубе. Особые мышцы сжимают и растягивают его, чтобы навести фокус. Обсидиан же воспринимает саму реальность, если верить учёным трактатам. Я не знаю, как это происходит, да оно и неважно. Важно, что это работает.
— Ты практик, — вспомнила она его слова.
— Да. Как и ты.
Заскрипел снег, и она обернулась — это был Бернульф. На дымящийся пистолет в руке девушки он смотрел с неподдельным интересом.
— Не обращайте на меня внимание, мейстрес, — сказал командир рейтар. — Продолжайте.
— Но… — Рона запнулась, поняв, что он хочет увидеть. — Хорошо.
Достать бумажный патрон, откусить кончик, высыпать порох в ствол. Сунуть пыж, пулю, утрамбовать шомполом. Она вновь не стала заводить механизм, и это не укрылось от взгляда Бернульфа.
Выстрел. Порох вспыхнул, повинуясь воле Роны — странные ощущения, когда не спускаешь курок, а просто приказываешь оружию, как будто оно живое. Грянул по ушам короткий грохот, и снова из мишени полетели клочья. Рона не промахнулась и на этот раз.
— Отрадно видеть, как слепая девушка стреляет лучше, чем иные зрячие мужчины, — заметил Бернульф. — Хотя, насколько я понимаю, вы отлично видите.
— Быть может, — глухо проронила Рона.
— Колдовство. Скоро, небось, летать будем по воздуху, как птицы, — он сплюнул. — И как вам с этими штуками вместо глаз?
— Лучше, чем у иных зрячих.
Бернульф ухмыльнулся.
— Что ж, надеюсь… — начал было он, и вдруг обернулся. Магнус взглянул ему за спину — это был один из рейтар.
— Командир, у ворот женщина, — сказал он. — Говорит, ей нужен некромант.
— Откуда она знает, что он здесь?
— Я спросил, но она послала меня ко всем демонам и добавила, что если я сейчас его не позову, то она развалит равелин по камешку, — он пожал плечами. — Решил, лучше сообщить вам.
— Кажется, я знаю, кто это, — усмехнулся Магнус. — Давайте взглянем.
Он не ошибся — у подъёмного моста и впрямь стояла Гита.
Девушка заметно изменилась с тех пор, как он видел её в последний раз. Изменилась не столько внешне, сколько манерой держаться, смотреть, двигаться. С первого взгляда некромант понял, что ей очень больно даже стоять, и без труда догадался, почему. Но если рана снова открылась, и если Гита до сих пор не в Дейре, значит, что-то пошло не так.
— Добро пожаловать, мейстрес Фэруолл, — с лёгкой иронией сказал Магнус, ступив на доски моста. — Мне казалось, ты либо погибла, либо уехала в Дейру.
— Это долгая история, — у неё даже голос стал другим. Совсем чуть-чуть, но колдун всё же уловил это. — Я с удовольствием её расскажу, но желательно в постели.
— А вы мне нравитесь, — Бернульф хохотнул.
— В постели, потому что из-за одного шустрого ублюдка я едва стою на ногах, а не потому, что мечтаю о любви. Мне нужна помощь, Магнус. Снова.
Бернульф сделал едва заметное движение, и стоявшие за его спиной рейтары шагнули вперёд. Гита нервно мотнула головой, но беспокоилась она зря: один из них просто взял под уздцы её лошадь, а второй встал чуть позади, готовый в любой момент помочь.
— Норнам здесь всегда рады, — сказал он. — По крайней мере, сейчас.
— Благодарю, — Гита тяжело задышала. — Надеюсь, это не из-за разлома у вас над головой.
— Командир! — донеслось сверху. — Вижу всадников, и у одного белый флаг!
— Ну началось, — Бернульф сплюнул. — Ребята! Отведите мейстрес Фэруолл в казармы и найдите комнату поприличней, всё ж не кэрла размещаем. Мэтр, останьтесь со мной. Думаю, поговорить вы ещё успеете и осмотреть тоже, а на переговорах вы бы мне не помешали.
— Думаете? — Магнус взглянул на дорогу.
— Ещё как.
* * *
Отряд всадников приближался к равелину, медленно, не торопясь, будто по снежному насту. Белый флаг в руках парламентёра защищал куда лучше, чем стальные панцири, но не давал гарантий.
Впрочем, вздумай мушкетёры в форте стрелять, вряд ли они упустили бы хоть кого-то из тех, кто ехал сейчас по дороге к форту.
Бернульф во главе десятка рейтар выдвинулся из ворот равелина навстречу — белого флага у него не нашлось, но пистолеты они держали в кобурах. Следом ехал некромант с ученицей. Мост предусмотрительно подняли, так что если это всё-таки ловушка, врагу не поздоровится, ну а собственной жизнью командир, по его же словам, не очень-то дорожил. Магнус считал иначе, но для него отряд всадников не представлял угрозы.
Они остановились в нескольких шагах друг от друга, и парламентёр воткнул древко флага в землю.
Ну надо же, подумал Магнус, глядя в его лицо. Разойдясь с молодым теургом тогда, в приёмной Красного короля, он почти забыл о его существовании. Но тот времени даром не терял и, судя по всему, его шпионские игры продолжались вполне успешно. Хотя это ещё с какой стороны посмотреть.
Они не выглядели удивлёнными, а Эльфгар и вовсе старательно не замечал некроманта. Значит, успели получить вести из города, а раз так, то и этот визит ставил целью вовсе не договориться с захватчиками — любой разумный человек прекрасно понимал, что просто так те не уйдут — а побольше разузнать о них. А там, глядишь, и осада начнётся.
— Приветствую, почтенные гости, — без тени насмешки пророкотал Бернульф. — К сожалению, форт больше не открывает свои ворота людям Красного короля.
— Я — Эльфгар, шериф Фьёрмгарда, уполномоченный короля Тостига, — говоря это, Эльфгар пристально изучал лицо собеседника. — Хотя моё имя ты и так знаешь.
— Знаю. И ты моё знаешь тоже, так что разворачивай-ка своих и проваливай куда подальше, а то у нас пушки заряжены и ребятам страсть как охота поджечь фитили.
— Ты же не думаешь, что сможешь удержать форт этой горсткой солдат?
— Ещё как думаю, господин шериф. Иначе не стал бы его захватывать, правда? Красный король сподобился устроить там отличные склады, у нас вдосталь и еды, и пороха, и даже магии чуток имеется. Да ты слышал, наверное, в городе всякое болтают. Так что жару мы вам зададим, не сомневайся.
Эльфгар выслушал всё это удивительно спокойно, и Магнус лишь укрепился в своём мнении.
— Может, и так, да только у нас тоже пушки есть, и магия найдётся, — ответил он. — Его величество обещал помилование каждому язычнику, который сложит оружие…
— Да как же! — хохотнул Бернульф. — Слышали мы уже о его помиловании, знаем. До сих пор помилованные на север прут, по этой самой дороге. Спроси их о королевской милости, господин шериф! Послушай, что тебе ответят!
— Йольской ночью люди убивали друг друга, Бернульф. Это не было резнёй.
— А хоть бы и так, всё равно верить вам никто не станет. Лёд тронулся, Эльфгар. Жаль, что ты оказался по ту сторону полыньи.
— Могу сказать то же о тебе, — вздохнул шериф и цепко взглянул на Магнуса. — Что ж, я пытался.
Йон молча выдернул флаг из земли. Не сказав больше ни слова, Эльфгар повернул коня и тут же пустил его галопом, будто желая как можно скорее убраться отсюда.
Магнус молча, уже без улыбки смотрел им вслед.
Форт не сможет сопротивляться большой армии, это очевидно. Слишком мало людей, слишком слабые укрепления. Его задача — задержать врага, и уж это рейтары сделают, сомнений никаких. Правда, вполне вероятным исходом была смерть всех защитников, и это в планы Магнуса не входило: если сражаться за Чёрного короля он был ещё согласен, то отдавать жизнь за него уж точно нет.
И, глядя на удаляющихся парламентёров, он уже обдумывал, как следует модифицировать химеру, чтобы при случае сбежать на ней. Или в ней: некроманты крепости Фец никогда не отличались брезгливостью, а пережить прыжок через ров так куда проще. Нужно лишь позаботиться о доступе свежего воздуха.
Проблемой была Рона, а теперь ещё и Гита. Вряд ли они поместятся в брюхе химеры втроём, а бросать девушек Магнус не желал: в конце концов, одна из них оставалась его ученицей, а второй он обещал помощь. И если простые человеческие чувства в нём давно выгорели и поблекли, то данное слово оставалось твёрдым — даже перед лицом смерти. И никак иначе.
— Их слишком мало, — ровно выговорила Рона.
— Да, но они всё равно требуют сдачи.
— Значит, придут ещё.
Магнус усмехнулся про себя — ученица думала точно так же, как и он сам.
— Готова к осаде?
— Как можно быть готовым к тому, чего никогда не испытывал?
— Просто. Успокоить разум. Мыслить ясно и здраво. Не давать эмоциям захлестнуть сознание. Ты уже умеешь это.
— Умею, наверное. Я и сейчас спокойна.
— И тебя не пугает то, что может случиться?
— А что может меня пугать? — она повернула голову. — Смерть? Я уже умерла однажды. Если придётся умереть здесь, так тому и быть.
В какой-то мере она была права, но такой фатализм претил Магнусу. Он уже навидался достаточно таких людей — они складывали руки там, где стоило бы продолжать бороться. Просто отвергали шанс из-за собственных иллюзий.
Он не хотел, чтобы Рона пошла по их стопам.
— Поднимайте мост! — повернув коня, крикнул Бернульф. — И готовьтесь, скоро будет жарко!
Назад: Глава 14
Дальше: Интерлюдия VI
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий