Анатомия теургии

Глава 5

Молчаливый хускэрл открыл перед Эльфгаром дверь и посторонился, чтобы тот мог пройти.
Это был кабинет — весьма скромный для королевского, хотя внимательный глаз отметил бы немаленькую книжную полку, великолепно исполненную карту Хельвега на столе и магический светильник на стене — вещь из тех, что по карману далеко не всем. И всё же кабинет не блистал дорогими украшениями и золотой инкрустацией. Гостей здесь не принимали, а пускать снег в глаза своим Тостиг нужным не считал.
Кабинет был удобным, и это главное.
— Садись, что ли, — Тостиг указал на кресло у стены. — Скажи, ты хорошо знаешь мэтра Йона Винтерсона?
— Нет, — Эльфгар сел и буквально утонул в мягкой обивке. — Он приехал во Фьёрмгард почти случайно, но я привлёк его к делу с некромантом, и как-то так получилось, что теперь он работает на меня.
— Хм… — Тостиг забарабанил пальцами по столу. — Кто он такой?
Нельзя сказать, чтобы Йон был болтлив, но за время поездки Эльфгар без труда нашёл время расспросить его. История молодого теурга не отличалась замысловатостью, но, как понял шериф, он был едва ли не первым, кто уехал на юг учиться новой магии. И закончил университет на год раньше срока, что тоже говорило о многом.
— Октафидент из Дейры. Учился в университете Ветеринга, вернулся в Хельвег совсем недавно.
— Из Дейры? — король нахмурился. — Лицо его кажется мне знакомым, но всё не могу понять, где же я его видел. А ведь приметная личность, полукровок-Проклятых немного.
— Последние пять или шесть лет он был на юге.
— Нет, раньше. Гораздо раньше. А, ладно, сам спрошу, — он махнул рукой. — Как у него с магией?
— Мне трудно судить, — Эльфгар развёл руками. — Но то, что я видел, мне понравилось. Парень, конечно, слишком молод, но этот недостаток исправится. А так он при мне обездвижил демона, да не вшивого лакерта, а тварь размером с лошадь.
— Да, мне рассказывали. Ты доверяешь ему?
Глупый вопрос, подумал Эльфгар. Или риторический — с Тостигом нельзя быть уверенным.
— В этом мире не так много людей, которым я доверяю, и уж точно это не едва знакомый мне паренёк, — проворчал шериф. — Из подозрительного за ним только общение с Багровыми. Вернее, с Проклятой-палачом, той самой.
— Не напоминай об этой занозе. А, Харсовы льды! Если подумать, нам это на руку, Может, удастся через него успокоить Багровых.
— Может, но я был бы осторожен. Эдмунд, упокой его Сефран, относился к парню настороженно. И ему-то я доверял в таких вещах.
— Наш покойный священник относился так ко всем, это ещё ничего не значит. Ах да! — Тостиг наклонился и выдвинул один из ящиков стола. — Ты напомнил мне об одном деле. Мои хускэрлы разобрали вещи, и… Вот, держи.
В руки Эльфгару лёг сложенный лист с печатью Эдмунда. В углу каллиграфическим почерком было выведено: «Тому, кто это читает. Пожалуйста, передайте письмо Эльфгару, шерифу Фьёрмгарда. Если он ещё жив».
— Если он ещё жив, — проговорил Эльфгар.
— Да, уточнение любопытное, — согласился Тостиг. — Что ж, на этом всё.

 

«Дорогой друг!
Если ты читаешь эти строки, значит, я уже мёртв, и погиб насильственной смертью. Только в этом случае ты получил бы письмо. Раз так, я могу быть совершенно откровенным. Мне нечего больше скрывать.
Ты считаешь, что твоего сына и его невесту убил некромант, но это не так. Ты и сам, наверное, уже знаешь, что он здесь ни при чём. Они погибли от моей руки…»
Эльфгар смял лист бумаги и швырнул его в угол комнаты, закусив губу так, что по подбородку заскользила капля крови. Смутные подозрения, которые он загонял в самую глубину души настолько, что даже не думал о них, обрели реальность.
Не сразу он нашёл в себе силы подняться. Хотелось сжечь проклятое письмо, не пытаясь узнать, что ещё приготовил ему покойный священник. Но в конце концов шериф всё же взял подсвечник и, отыскав закатившийся под стол комок, снова развернул его.
«…и это будет моим грехом, который Сефран занесёт в свои списки до скончания времён. Но лучше я возьму его на себя, чем позволю случиться непоправимому.
Дунстан предал тебя. Я знал, что на самом деле он не почитает Окту, но закрывал на это глаза. Увы, он пошёл дальше и рассказал некроманту о том, что ты замешан в деле с джумарской экспедицией, и о Джаане Илос. Он хотел перейти на сторону язычников в грядущей войне, и прямо сказал об этом нашему гостю.
Я подслушал их разговор, но это лишь моё слово против слова Дунстана. Обвинив его в открытую, я бы ничего не добился. Рассказав тебе тайно — разжёг бы розню. Оставалось то, что я счёл лучшим выходом — сделать всё самому и обвинить некроманта. Стальные когти и немного познаний в анатомии — этого было достаточно. У меня даже почти получилось.»
Что ж, будь некромант не таким прозорливым — и всё действительно получилось бы. Но высший ранг в цеху колдунов Джумара глупцам не дают.
«Увы, чернокнижник обманул нас. Впрочем, я сразу усомнился в его смерти. Да и ты тоже.
Тени сгущаются, друг мой. Несколько лет назад я был бы рад грядущей войне и благословил бы солдат Тостига. Сейчас могу сказать одно: с войной следует повременить и сначала помочь Багровому ордену разобраться с демонами, иначе нас захлестнёт волна скверны. В моём чемоданчике ты найдёшь отчёты Ордена за разное время. Изучи их — тогда ты лучше поймёшь, что я имею в виду. Убедить короля не удастся, но ты должен продолжить моё дело и подготовиться к тому, что будет.
Используй всё, что сможешь. Да хранят тебя Восьмеро.»

 

Подписи не было. Но такие письма и не подписывают.
Эльфгар сложил листок и поднёс его к огню свечи. Через мгновение тот вспыхнул.
— Прощай, друг, — глухо проговорил шериф. — Не виню тебя ни в чём.
Его жёг стыд. Он ведь с самого начала подозревал, что здесь что-то нечисто, но тогда эмоции взяли верх. Будь Магнус хоть трижды некромантом, но он не нарушал законов Хельвега. Да, его стоило убить, именно это Эльфгар и пытался сделать — но убить честным клинком, а не ложью. Шериф мог легко перечислить множество своих грехов, но лживым себя не назвал бы никогда.
— Приготовиться к тому, что будет, — сказал он сам себе. — Что ты видел в грядущем, Эдмунд?
* * *
Рейдеры Проклятых вернулись с рассветом, и ещё издали Магнус понял, что без проблем не обошлось. Слишком часто оборачивались всадники. Слишком сильно стегал коней возница на телеге. Так не возвращаются с победой.
— Тревога! — закричал один из конников, натягивая поводья.
Ему не пришлось повторять дважды. Лагерь мгновенно ожил, зазвенел сталью, выпуская на снег вооружённых людей. Кто-то на ходу затягивал пояс, кто-то застёгивал куртку, но даже опытные вояки могли бы позавидовать скорости Проклятых. Вечная жизнь на грани давала о себе знать.
— Что случилось? — крикнула Ситилла, пытаясь перекрыть ветер.
— Лакерты! — всадник спрыгнул с коня. — Четверть часа, не больше!
— Сколько?
— Много, — он подошёл ближе. — Сотни три, а то и больше.
— Харсово колдовство! — выругалась палач. — Телеги поперёк просеки, живо!
Работа закипела. Запрягать коней времени не было, поэтому телеги толкали вручную — и дети, и взрослые. Люди знали, чем грозит нападение демонов, так что сейчас все были равны.
Будь противником человек, он легко смог бы обойти это импровизированное укрепление, хоть и не сразу. Заснеженный лес дал бы Проклятым время, и только. Но демоны не были столь умны — видя добычу, они лезли напролом, и оставалось только молиться, чтобы оборона выдержала этот удар.
Магнус не работал вместе со всеми — он даже не успел подойти к телеге, когда Ситилла остановила его.
— Что с вами, мэтр? — в её голосе звучала тревога.
— Не спал всю ночь, — коротко ответил некромант. — Скверну я вычистил, но поздней, чем хотелось бы.
— Вы поседели. Частично.
— Что?
— Седина в волосах. Или, вернее, не седина, ваши волосы стали такими же, как у меня. И кожа…
Магнус посмотрел на свои руки. Джумарский загар уже давно начал сходить, но теперь он исчез вовсе, а кожа выцвела — не так явно, как у Ситиллы, и всё же заметно. Что ж, подумал он, это говорит о многом.
— Заниматься телегами вы не будете, — добавила Ситилла. — Лучше скажите, нам стоит рассчитывать на магию?
— Альтернатива — смерть, так что я сделаю всё возможное, — Магнус поднял голову.
— Тогда залезайте на телегу. Вон на ту, оттуда будет удобней, — она указала в центр баррикады. — Я не верю в октафидентских архонтов, но если они есть, пускай помогут нам всем.
— Это вряд ли, — вздохнул Магнус, идя к повозке. У борта уже сидели женщины с аркебузами в руках, тревожно всматриваясь вдаль — Проклятые уходили хоть и в спешке, но не забыли про оружие. Телеги выстроились в ряд, полностью перегородив дорогу, а перед ними выстроились мужчины с мечами в руках. У них не было длинных пик, чтобы сформировать подобие терции, но кто-то додумался заготовить колья, и это должно было сдержать первый удар врага. А тогда уже в дело вступят клинки.
О том же думала, видимо, и Гита, которая стояла у телеги, прижимая руку к боку. Магнус даже знал, почему: одышка будет преследовать её ещё долго.
— Возвращайся к себе и возьми лошадь, — велел он, подойдя ближе.
— Демона с два. Никуда я не пойду.
— Демонов здесь будет три сотни, а ты слишком слаба. Возьми лошадь. Если поймёшь, что Проклятым конец — беги в лес и постарайся выбраться на тракт. Там я постараюсь тебя встретить.
— А если нет? — колдунья покачала головой. — Далеко я уйду?
Магнус снял с пояса кошель и протянул ей. Ответом ему были поджатые губы и полные отвращения глаза, но деньги колдунья всё же взяла и, подарив ему напоследок жгучий взгляд, пошла к палатке.
Одной проблемой меньше. Справиться так же просто с Ситиллой, скорее всего, не выйдет, а значит, придётся ловить момент. Если, конечно, придётся его ловить вообще.
Три сотни лакертов, а может, и больше. Людей — две сотни, но из них только половина может сражаться, хороших бойцов же и вовсе пара десятков. Расклад не в пользу Проклятых, хоть баррикада и уменьшает разрыв. Но если её прорвут, все защитники обречены на гибель — отступать им некуда, кроме как в заснеженный лес. Впрочем, пожалуй, лучше смерть от мороза, чем от когтей лакертов.
Люди ждали. Кто-то стоял, застыв и вцепившись в оружие, будто оно могло убежать, кто-то переминался с ноги на ногу, не отрывая взгляда от дымки вдалеке. В этих людях не было холодного спокойствия профессионалов, будь то ландскнехты Силумгара или диестро Исолльских островов, но и паники тоже не было. Пока. Когда демоны ударят в полную силу, один Сефран знает, удастся ли сохранить строй. Но если этого всё-таки не случится, нужно решить, что делать.
Спасать Проклятых, разумеется, бесполезно. Разрозненная толпа — лучшая добыча для лакертов, а перебить их всех не смог бы и архимаг Ветерингской академии. Возможно, если ему дать десяток-другой учеников, которые могли бы поделиться своей магией, что-то и вышло бы, но всё равно демонов слишком много. Голой силой их не взять.
Значит, придётся бежать. Из всей группы Магнус нуждался только в Ситилле и Гите, а потому их жизни в приоритете — после жизни самого некроманта. Палач и колдунья слишком ценны, чтобы бросить их на съедение лакертам. Остальные — нет.
Прежде он не очень-то интересовался демонами, рассматривая их лишь в качестве преграды на пути к цели, и не более того. Его познания об этих существах, хоть и довольно обширные, преследовали исключительно практические цели. Но теперь, побывав за гранью, там, где не бывал ещё ни один демонолог — во всяком случае, выживший при этом — Магнус заинтересовался всерьёз. Скверна, вытянувшая краски из его тела, странный мир по ту сторону пространственного разлома — всё это говорило о многом, особенно если вспомнить старые легенды и Святую книгу октафидентов.
Отчасти поэтому некромант не желал терять Ситиллу. Он мог что-то упустить, а она — восполнить.
— Идут! — закричал кто-то в передней линии. — Готовьтесь!
Ответом ему было чирканье огнив — стрелки поджигали фитили аркебуз. Не самое современное оружие, но против демонов сейчас сгодились бы и арбалеты. Лакеты не могли похвастаться хорошей бронёй, зато были быстры, как змеи, и совершенно бесстрашны. В таких условиях от аркебузиров не так много толку.
Магнус и сам уже видел наступающую багровую лаву — лишённую правильного строя толпу красношкурых тварей, бегущих по утоптанному снегу. Будь у них больше времени, можно было бы присыпать дорогу, чтобы лакерты завязли в снегу и позволили стрелкам собрать свою жатву, но времени не было.
— Целься! — рявкнули сбоку. Голос был женский, только женщина эта могла бы перекричать бывалого боцмана.
— Сто-о-о-ой! — протяжно крикнул командир рейдеров.
Демоны приближались. Магнус привычно пошевелил пальцами, чувствуя, как по руке пробегает тёплая волна силы, и как чешется кожа — скверна снова дала о себе знать.
— Сто-о-о-о-й! Колья по команде!
Сорок ярдов, не больше. Отсюда уже можно было разглядеть зубастые пасти и горящие яростью глаза. Почему демоны так агрессивны? — вдруг подумал Магнус. Мысль была не очень своевременна, но с ним такое случалось. Почему же?
Ответа не было.
— Сто-о-о-ой!
— Стрелки — ждём!
Где-то справа ухнул выстрел — одна из стрелков всё же не выдержала. Ответом ей грянули ещё и ещё, невпопад, один за другим.
Слишком далеко.
— Не стрелять! Колья — хватай! — надсадно заорал командир, берясь за ближайший.
— А-а-а-а-а!
Волна лакертов ударила по людскому строю.
Захрустело ломающееся дерево, закричали первые раненые. Грохнул залп — это десяток аркебузиров на правом фланге смогли сохранить ясную голову, выпустив свинцовый рой почти в упор. Вскрикнула женщина справа от Магнуса — это лакерт, ухватившись за борт телеги, легко запрыгнул внутрь и ударил когтями. В лицо ему тут же влетела плеть Фраата, но слишком поздно.
Снег дымился от крови.
Демонам не хватило массы, чтобы проломить людской строй, а выставленные колья приняли на себя первые ряды, но этого оказалось недостаточно. Лакертов нисколько не смутили трупы сородичей, они продолжали напирать, взбирались по телам и прыгали сверху, убивая Проклятых одного за другим. Будь на их месте отряд братьев Багрового ордена или опытных ландскнехтов, всё было бы иначе. Но укрепления защищали те, кто не упражнялся каждый день с оружием, и это стало роковым для всех.
Магнус бил тонкими плетьми Фраата, целясь по глазам — сложный, но эффективный трюк, мгновенно выводящий врага из строя и при этом экономящий силы. А сейчас, когда враг связан боем, попасть по узким глазам-щёлкам лакерта было гораздо проще.
Люди проигрывали. Бойцы ещё держались, прижатые к телегам, но их гибель была лишь вопросом времени, а в нескольких местах лакерты уже проникли за укрепление, где их встречала Ситилла. Багровая двигалась и убивала быстрыми отточенными движениями, по одному взмаху клинка на каждого врага. Горло, подмышка, бедро. Артерии, сухожилия, нервные узлы. За её спиной сгрудились раненые и те из стрелков, кто вовремя успел отступить.
Едкий пороховой дым тянулся над землёй, а ружья гремели снова и снова.
Магнус мягко спрыгнул с телеги, тут уклонившись от выпада и стегнув Тлением по голове вставшей на пути твари. Ещё одна, заметив это, на мгновение остановился и упал — клинок Ситиллы рассёк ему шейные позвонки.
— Мэтр? — она взглянула на некроманта.
— Постарайтесь выжить, — коротко ответил тот, вставая рядом. Через укрепление уже лезла целая толпа демонов, и колдун принялся разминать пальцы.
— Спасибо за совет, — Проклятая скривилась. — Сама бы я ни за что не догадалась.
— Я совершенно серьёзен. Если начнётся резня, мне надо, чтобы вы остались в живых.
— Приму к сведению. Стрелки! Целься!
Десяток женщин за её спиной подняли аркебузы.
Залп вонзился в наступающих лакертов, разом опрокинув на снег половину тварей. Тяжёлые пули прошибали незащищённые тела насквозь и убивали снова, а задние ряды спотыкались о трупы сородичей и перекатывались на снег, тут же попадая под удары мечей. Ситилла и выжившие рейдеры медленно отступали, заставляя врага снова и снова вязнуть среди мертвецов. Но их было всего трое, и через минуту стало ясно, что усилия тщетны — демоны протиснулись сквозь последний барьер и ударили по раненым.
Магнус коснулся висящей далеко в глубине сознания нити, призывая своего мёртвого скакуна. Нечего было и думать уйти от лакертов без коня, а погибать здесь он не собирался.
Ящеролюдов осталось всего пара-тройка десятков. Людям почти удалось. Почти…
Он поднялся в седло, увидев, как демоны огибают Ситиллу по дуге и устремляются в лагерь. Там уже почти никого не осталось, многие успели сбежать в лес, но испытывать судьбу с Багровой твари явно больше не хотели. Ровно до тех пор — Магнус знал это — пока та не окажется последней. А потому надо было спешить, пока палач опустила рейтшверт и тяжело дышала, глядя, как демоны убивают тех, кого она клялась защищать.
Мёртвого коня не нужно было пришпоривать, не было у него и поводьев. И ему было безразлично, нести ли одного всадника или двоих.
— Уходим, мейстрес! — копыта химеры вспахали снег, останавливаясь, и Магнус протянул руку.
Ситилла колебалась.
— Скольких вы спасёте сейчас, пока не умрёте? А скольких — за всю жизнь, если сохраните её?
Он сумел-таки найти правильные слова. Проклятая молча схватилась за его ладонь, и Магнус выпрямился, подтягивая её наверх. Короткая мысль, тут же превратившаяся в импульс магии — и конь зашагал вперёд так же равнодушно, как и раньше.
Где-то среди шатров кричала женщина. Но помочь ей Магнус уже ничем не мог.
Назад: Глава 4
Дальше: Интерлюдия IV
Показать оглавление

Комментариев: 0

Оставить комментарий